Ночной десант
Шрифт:
– Насколько я понимаю, – сурово одернул подчиненного Хэнкс, – новых ошибок эти люди уже не допустят. Продолжай!
Штром указал на второй фотоотпечаток и пояснил:
– Передовая машина свернула к автобусной остановке, и из неё вышли два охранника. По ним тотчас открыли огонь из пулемета «М-60», скрытого в дренажной трубе на противоположной стороне шоссе. По оценкам ФБР, пулеметчик скрывался в этом месте с ночи, поскольку не удалось разыскать ни одного свидетеля, который заметил бы нечто подозрительное после рассвета.
Первой очередью из пулемета были убиты оба охранника из передовой машины, попытавшиеся помешать расстрелу
– Черт побери! – проворчал Хэнкс. – Эти ребята были серьезно вооружены.
– После того, как был уничтожен замыкающий автомобиль, – продолжал Штром, как бы не слыша начальника, – машина, в которой находился Сантия, попыталась обойти передовую машину и прорваться вперед. Но водитель, видимо, замешкался, когда понял, что ему придется ехать по телам убитых и раненых подростков А путь назад был отрезан объятым пламенем замыкающим автомобилем охраны.
– Надо понимать, что эти ублюдки специально устроили расстрел группы школьников, чтобы остановить автоколонну, – заключил Хэнкс. – Окажись я на месте охранников, боюсь, я бы тоже остановился и дал бой.
– Именно так все и произошло, сэр, – тотчас подтвердил Штром. – Посмотрите сюда, – попросил он, указывая на фотоотпечаток – Хотя на первом этапе они действительно убили несколько подростков, чтобы привлечь к себе внимание, впоследствии они вытеснили огнем школьников на шоссе и там их расстреливали чтобы завалить телами дорогу.
Тем временем «М-60» перенес огонь на автомобиль, где сидел Сантия. Хотя машина бронированная и защищена пуленепробиваемыми стеклами, они не смогли выстоять под ливнем огня из крупнокалиберного пулемета. Пули калибра 7,62 мм пробили лобовое стекло. Водитель получил смертельную рану в голову. Командир группы охраны, сидевший рядом с водителем, попытался выкатиться из дверцы и дать бой, но, очевидно, его сразу же подстрелили бандиты, набежавшие сзади.
Штром поднял глаза.
– Убийцы собрались возле машины, в которой находился Сантия, и фактически в клочки разорвали свою жертву, выпустив в него две обоймы из автоматов «MAC-10».
– Нападавшие скрылись в грузовичке, который позднее нашли покинутым возле Фредериксбурга, штат Виргиния. Машину угнали за ночь до нападения из района Спрингфилда. Не обнаружено никаких отпечатков пальцев. Специалисты ФБР обшарили грузовичок со всех сторон внутри и снаружи, но абсолютно ничего не нашли.
Откровенно говоря, это все, что у них есть.
Провели баллистическую экспертизу использованных боеприпасов, но и это ничего не дало.
Обычные девятимиллиметровые патроны для «МАС-10», а патроны для «М-60» проследили к партии пулеметов, которые мы отправили отрядам контрас в Никарагуа больше четырех лет назад. С тех пор столько воды утекло, что никто не сможет установить, в чьи руки попало это оружие.
Штром захлопнул папку и подвел итог:
– В своем расследовании ФБР зашло в тупик и может надеяться лишь на неожиданную удачу.
– Что говорят наши специалисты по этому поводу? Какие они могут сделать выводы на основе имеющейся информации? – спросил Хэнкс, указывая на лежащую на столе папку.
– Честно говоря, у нас сейчас слишком
Хэнкс недовольно покачал головой. С президентом шутки плохи, и к разговору с ним нужно что-то придумать, чтобы не выглядеть круглым идиотом. Хотя на данном этапе все шишки сыпались на ФБР, Хэнкс знал, что рано или поздно к расследованию подключат ЦРУ, поскольку в убийстве судьи Сангин наверняка были замешаны иностранцы. Хэнксу необходимо было разработать план, который можно представить Старику, если тот потребует немедленных действий.
– Я прекрасно понимаю, Штром, что у тебя нет пока никаких улик, которые можно было бы представить в суде, и сейчас меня интересует твое мнение как профессионала. В конце концов, ты работал с этой информацией все прошлые сутки и у тебя должны были возникнуть какие-то мысли.
Штром понял, что ему не удастся уйти от ответа, и он нехотя заговорил:
– Да, сэр, кое-какие идеи напрашиваются сами собой. Первое, что приходит в голову, – Сантию убрали по приказу одного из главарей колумбийского наркокартеля. Об этом свидетельствуют все имеющиеся у нас факты. Сантия нанес мощный удар по одной из самых влиятельных семей картеля, когда подписал документ о высылке их из страны. Один из видов оружия, который был использован во время нападения, автомат «инграм МАС-10», весьма популярен среди колумбийцев. Очевидцы, описавшие внешность двух бандитов, расстреливавших школьников, сходятся на том, что это уроженцы Латинской Америки. Крайняя жестокость, проявленная бандитами, а также их готовность принести в жертву случайных прохожих ради достижения своей цели – все это характеризует именно колумбийцев, которые ведут себя точно так же у себя на родине.
Кроме того, – продолжил Штром, – стрелявшие в Сантию нарисовали на его теле пулями букву Т, а это знак банды из Боготы, известной под именем «терминаторы». Во всяком случае, так они себя называют, но, с другой стороны, можно допустить, что это было сделано с тем, чтобы сбить нас со следа. «Терминаторами» командует та часть картеля, которую контролирует семейство Агате, а не семейство Рамирес.
– Приятно сознавать, Штром, что ты согласен с выводами, к которым пришли газеты, – усмехнулся Хэнкс. – Как ты считаешь, насколько велика вероятность поймать преступников?
– Честно говоря, сэр, я думаю, что преступники уже вернулись в Колумбию. Мне кажется, что ФБР вряд ли удастся что-либо обнаружить на территории Соединенных Штатов.
– Это означает, что скорее всего нас привлекут к этой операции, – предположил Хэнкс.
– Так точно, сэр.
Директор решил взглянуть на проблему под иным углом.
– Мне кажется, что ФБР пытается выяснить, откуда бандиты узнали, где находился судья Сантия и каким маршрутом его повезут.
– Всенепременно, сэр, – кивнул Штром. – К сожалению, у них нет и намека на то, с чего начать.
– А что говорят в государственном департаменте?
– Есть кое-что. Поскольку средства массовой информации подняли большой шум вокруг возможной причастности колумбийцев, власти в Боготе проявляют известную нервозность. Вы наверняка слышали, что посол Колумбии не устает делать публичные заявления, выражая гнев и возмущение. Но в частном порядке он запросил аудиенцию у государственного секретаря, дабы обговорить создавшуюся ситуацию с глазу на глаз.
Просмотрев свои записи, Штром продолжал: