Ночной кошмар
Шрифт:
– Позвольте помочь?
– Знаете ли, я не беспомощна, – отрезала она.
– Я у вас в гостях, – ответил Сэм. – Хочу помочь.
– У меня нет этой дурацкой воды из бутылок.
– Из крана сойдет.
Ольга налила в оба стакана воды и поставила их на противоположные концы стола. Когда Сэм попытался подвинуть для старухи стул, она шлепнула его по руке:
– Хватит бойскаутских закидонов. С чем вы явились, юноша?
Сэм подождал, пока она закончит возиться со стулом: отодвинет его кулаком
– Мне жаль беспокоить вас, миссис Кучарски, – начал Сэм. – Я надеялся, вы сможете ответить на несколько вопросов о вашем внуке.
– О Теодоре? Вы здесь насчет Теодора? Поздновато, не находите? – с горечью спросила она. – Они позволили ему умереть год назад.
– Кто позволил ему умереть?
– Его так называемые друзья, вот кто. Пустили его за руль после того, как он выпил. И еще эта девчонка. Дочка шефа. Тедди был слишком хорош для нее.
– Они все были в машине в момент аварии.
– Конечно, все, – она заговорила громче. – Но погиб только мой мальчик! Теодор был хорошим польским мальчиком. Он заслуживал лучшего, – ее рука так дрожала, что вода едва не выплеснулась через край поднесенного к губам стакана до того, как старая женщина отхлебнула из него. – Он был всей моей семьей. Если б они были настоящими друзьями, они бы не разрешили ему вести машину…
– Сожалею вашей потере.
Она молчала некоторое время, и Сэм уже хотел принести извинения и удалиться, но едва он собрался встать, как женщина снова заговорила.
– Он любил свою машину. Это все, что ему оставил отец. Когда Петр, мой сын, купил ее, я подумала, что это пустая трата денег. Но он восстановил ее по кусочкам. Занимался любимым делом годами. И Теодор очень заботился о ней, пока…
– Это был ужасный несчастный случай.
– Для Теодора ужасный, – поправила она. – Его так называемым друзьям хоть бы хны.
– Я так понимаю, травмы получили все.
Женщина, насмешливо фыркнув, отмахнулась:
– Травмы? Так, мелкие неудобства. И они легко отделались. У девчонки связи – еще бы, с отцом-шефом полиции. К ней особое отношение. А мальчики…
– А вы в курсе, что Стив Буллингер и Тони Лакоста оба мертвы?
– Что? Мертвы? – нахмурилась она. – Откуда мне было знать? Я не читаю газеты, а новости по телевизору так расстраивают. С чего бы мне их смотреть?
– Они оба погибли под колесами автомобиля. Водитель скрылся.
– Ха! Только представьте! – она покачала головой. – Как в том старом кино – «Почтальон всегда звонит дважды»[2]. Может, они тоже должны были умереть в аварии, убившей моего Теодора? Как там говорят? Жить взаймы?
– Их сбила одна и та же машина. Тони прошлым вечером, Стива днем раньше.
–
– Странность в том, – Сэм подался вперед, наблюдая за ее реакцией, – что машина – «Чарджер» шестьдесят восьмого. Красный с белой полосой на капоте.
Женщина снова нахмурилась, на этот раз озадаченно:
– Машина Теодора?
– Точно такая же.
– Быть такого не может. Машина на куски развалилась. Ржавеет на свалке. Я собственными глазами видела. Хотела забрать ее, но она… всмятку. Ее не восстановить.
– Не вспомните кого-нибудь, кто бы хотел отомстить?
– Я была его единственной семьей, – возразила женщина. – И я не в том состоянии, чтобы переехать кучку мелких хулиганов.
– Другие друзья?
– Он повернулся на этих троих. Не было больше никого. Я единственная, кому не все равно, что Теодор умер.
– Люси Куинн очень даже не все равно.
– Уверена, что именно это она и твердит направо и налево, – пренебрежительно парировала женщина. – Хочет, чтобы ей сочувствовали.
На нее напал припадок кашля, и бледное морщинистое лицо сделалось свекольно-красным. Сэм начал было подниматься, но она отмахнулась и отхлебнула воды.
Сэм опустился на стул, потянулся к фотографии на столе и развернул ее к себе: женщина с седеющими волосами улыбается рядом с мальчиком-подростком, наряженным в рубашку с галстуком, перед церковью.
– Это вы с Теодором? – удивился Сэм.
– Конечно.
– А когда фотографировали?
– Примерно… года полтора назад. Эта девчонка фотографировала. Подлизаться хотела. Но Теодор получился хорошо.
– Да, – медленно проговорил Сэм, отставив фото. – Да, хорошо…
Он бы в жизни не сказал, что женщина на фотографии и перед ним – один и тот же человек. Трагедии, болезни и стресс имеют обыкновение старить людей, но в этом случае эффект был невероятный. За полтора года Ольга Кучарски словно постарела на четверть века. Сэму кое-что пришло в голову, но он решил подойти к делу деликатно.
– Какие у вас были отношения с Теодором?
– Хорошие, – гордо отозвалась она. – Мы были одной семьей. Единственной семьей друг для друга. Мы заботились друг о друге.
– То есть, вы следили, чтобы он ходил в школу, делал уроки, достаточно спал…
– Разумеется.
– А он следил, чтобы вы заботились о себе.
– Естественно. Я иногда бываю забывчивой. Он напоминал мне принимать лекарство.
– Точно, – подтвердил Сэм. – Члены семьи заботятся друг о друге.
– Так и есть, – кивнула она. – У вас есть семья?
– Брат.
– Тогда вы понимаете.
Сэм согласно наклонил голову:
– Наверное, Теодор следил за тем, чтобы вы регулярно посещали врача.