Ночные грезы
Шрифт:
Она еще не успела добежать до дверей, когда услышала, что автоответчик уже включился. Странно – был всего один звонок. «Должно быть, звук льющейся в ванну воды заглушил телефонную трель», – догадалась Джордан.
Схватив трубку, она отчаянно крикнула:
– Алло! – как раз вовремя, чтобы услышать свой собственный голос, записанный на пленку, вежливо просивший звонившего оставить сообщение.
Легкий щелчок, а затем – длинные гудки. Кто бы ей ни звонил, он бросил трубку.
– Проклятие! – Разозлившись, Джордан яростно пнула
Она была уже на полпути к ванной, когда в памяти ее вдруг всплыли две вещи.
Во-первых, Спенсер попросил ее не входить, пока он моется.
И во-вторых, она совсем недавно поставила на кухне телефон с автоматическим определителем номера.
С досадой отбросив в сторону телефон-трубку, Бо принялся мерить шагами гостиную, потом подошел к окну, из которого открывался вид на памятник Вашингтону, и рассеянно уставился на белоснежный обелиск, резко выделявшийся на фоне розовато-лилового вечернего неба. В действительности Бо даже не замечал, куда он смотрит. Сердце его бешено колотилось в груди, едва не разрывая грудную клетку.
Только что, за мгновение до того, как он бросил трубку, Бо услышал голос Джордан. И тут его палец, словно повинуясь своей собственной воле, нажал на кнопку, и в трубке послышались короткие гудки.
Впрочем, если честно, Бо понятия не имел, что бы он сказал, если бы Джордан ответила. «Да и какие сообщения в подобных случаях полагается оставлять на автоответчике?» – с досадой подумал он.
Но теперь ему по крайней мере было известно, что она дома.
Это хорошо. Но что же дальше?
И Бо принялся мысленно перебирать в голове все то, до чего додумался раньше.
Он может прямо спросить ее о мальчике, оказавшемся на ее попечении…
Или пойти в полицию.
Здравый смысл и осторожность твердили ему, что не стоит впутываться в это дело, лучше всего сообщить властям, а там уж пусть они принимают нужные меры.
Однако когда Бо уже поднял трубку, чтобы позвонить в полицию, что-то его остановило.
Это было то же самое чувство, которое заставило его набрать номер Джордан.
И оно же до сих пор удерживало его от того, чтобы довериться властям – хотя все, чему он был свидетелем накануне, ясно говорило о том, что дело тут нечисто. Малыш явно попал к Джордан не по своей воле – это просто бросалось в глаза. Ему было неуютно и страшно – Бо заметил это сразу же. А то, о чем он только что прочел в газете, указывало, что жизнь мальчика, возможно, висит на волоске.
И тем не менее в глубине души Бо не сомневался, что если Спенсеру и угрожает опасность, то только не со стороны Джордан. Пока что он не имел ни малейшего понятия, как малыш попал к ней. Бо совсем не знал Джордан. Впрочем, насколько он мог судить, и Спенсер знал ее не намного лучше.
И все-таки Бо чувствовал, что может ей доверять. Это чувство пугало его, оно противоречило всему – логике, здравому смыслу… и все же интуиция
Итак…
Если он все-таки не станет звонить в полицию, стало быть, ему необходимо переговорить с Джордан с глазу на глаз. И лучше всего не по телефону. Но если он ошибается, если его интуиция его подвела, то одному Богу известно, что может выкинуть эта женщина. Сбежит, прихватив с собой мальчика, или…
Или еще хуже…
Нет. Бо покачал головой.
Джордан никогда не причинит вреда Спенсеру – в этом он был уверен. Он совершенно не знал ее, не имел ни малейшего представления, на что может решиться эта женщина в минуту опасности, но готов был голову дать на отсечение, что на такое она просто не способна.
Его бабушка часто говорила, что у Бо особый талант разбираться в людях. И каждый раз при этом вспоминала давнишнюю историю о том, как Бо, едва начав ходить вдруг ни с того ни с сего укусил мистера Минера, нового банковского клерка, за палец, да так сильно, что пошла кровь. А вскоре этого проходимца арестовали за растрату. Весь город был потрясен, но только не бабуля. Она рассказывала всем и каждому, что, мол, всегда подозревала – этот Чивер темная лошадка. «Недаром же наш Бо, – глубокомысленно добавляла бабушка, – такой милый, славный ребенок, невзлюбил его с первого взгляда».
А еще она часто вспоминала, как Бо, будучи шафером на свадьбе у дядюшки Кэла, упорно отказывался поцеловать невесту, хотя таков был обычай. Он даже не захотел сфотографироваться с ней, вот до чего дело дошло! «И чем все кончилось? – торжествующе добавляла бабушка. – Семенная жизнь дядюшки Кэла продолжалась недолго – ровно столько, сколько понадобилось его жене, чтобы наделать достаточно долгов, чтобы бедняга Кэл расплачивался до самой смерти. А она в конечном итоге сбежала из города, да еще с женатым мужчиной».
«Уж этот Бо! – любила повторять бабушка. – Он такой. Никогда не покривит душой. Если вы ему нравитесь, это сразу видно. И если не нравитесь, тоже. Но уж если кто ему не по душе, то это не просто так».
И вот теперь Бо чувствовал, что ему нравится Джордан Карри. Возможно, ему действительно не стоит встречаться с ней. Возможно, у него нет оснований верить ей безоглядно… И все же Бо чувствовал, что просто не может донести на нее в полицию, несмотря на то, что он прочел в газете. Сначала он выяснит все сам.
И лично.
С еще влажными после душа волосами Джордан наконец устроилась в уютном кресле в углу гостиной, со вздохом облегчения откинулась на спинку и взяла одну из газет, купленных в супермаркете. Спенсера она уложила в постель, и он крепко уснул, едва успев коснуться головой подушки – еще до того, как Джордан вытащила грязное белье из корзины, чтобы загрузить его в стиральную машину.
Затолкав в нее всю эту кучу, Джордан включила телевизор и решила посмотреть какой-то старый фильм с Фрэнком Капрой.