Ночные грезы
Шрифт:
Волосы ее казались влажными. Бо догадывался, что от них исходит запах ее любимого шампуня. Зажмурившись, он потянул носом воздух, и на миг ему даже показалось, что он ощущает знакомый аромат.
На ней был белый махровый халат, закрывавший ее до колен, однако он распахнулся до талии, когда Джордан наклонилась над столиком. Бо дернулся, как от удара током, сообразив, что под халатиком на ней ничего нет. Даже отсюда было видно, как ярко розовеет обожженная кожа ее шеи и плеч на фоне белых полушарий груди.
Мгновенно желание
Забыв обо всем, он ринулся к двери. И только протянув было руку, чтобы распахнуть ее и ворваться внутрь, Бо понял, что делает.
Нет, так нельзя! Нужно взять себя в руки!
Нельзя же вломиться в комнату, схватить Джордан в объятия и бездумно, в опьянении страсти, овладеть ею!
Ни в коем случае!
Он должен подумать о последствиях.
«Да ладно, – чертыхнулся Бо, – какие тут могут быть последствия?!»
Во всяком случае, сейчас, когда он видел только Джордан и кровь его кипела, он был просто не в состоянии думать о подобных пустяках.
Вернее, он вообще ни о чем не мог думать.
Только о наслаждении.
Бо распахнул дверь.
Джордан вскрикнула.
Глаза их встретились.
– Шшш… это я, – прошептал он, перешагнув порог, и почувствовал благодатную прохладу помещения.
– Ты меня здорово напугал. Я решила, что ты уже в постели.
Он вдруг обратил внимание, что она держит в руках тюбик с кремом.
– Не хочешь посидеть со мной на террасе? – предложил Бо, изо всех сил стараясь смотреть ей в лицо. Но взгляд его упорно тянулся к вырезу халатика на соблазнительной груди.
Джордан бросила взгляд мимо него, на пустую террасу, где сиротливо стояли два шезлонга.
– Такая чудесная ночь, – соврал он.
«Какая уж тут чудесная, – ехидно возразил сам себе Бо, – ни луны, ни звезд, а из-за дикой влажности и духоты чувствуешь себя, словно в турецкой бане».
И тут же разозлился на себя за то, что ляпнул такую глупость.
Он отдавал себе отчет, что пытается заманить ее на террасу, вот и несет всякую чушь. Благо там, под покровом темноты, она не сможет увидеть этот волчий голод в его глазах. И не почувствует тоски в его словах.
– Ладно, – кивнула Джордан, одергивая на себе халатик. – Только пару минут, не больше. Нам нужно поговорить о Спенсере.
– Да, да, конечно. Обязательно, – затараторил Бо, придерживая для нее дверь. Когда она проходила мимо него, слабый аромат каких-то диких трав, который прежде только мерещился ему, стал до ужаса реальным, и Бо едва сдержал себя, чтобы не зарыться лицом в ее волосы. – Я сейчас вернусь, – хрипло пробормотал он.
– Куда ты?
Но он уже закрыл за собой дверь. О едва сознавая, что делает, Бо влетел к себе в спальню, в три прыжка пересек ее и ворвался в ванную. Первое, что бросилось ему в глаза, был кожаный несессер, в котором он держал свои
«Что ты делаешь? О чем ты думаешь, черт побери?!»
Но думать сейчас он был не в состоянии.
Сказать по правде, он вообще устал думать. Всю свою жизнь Бо, казалось, только и делал, что думал. И теперь ему вдруг захотелось только чувствовать.
Отвернувшись, чтобы избежать укоризненного взгляда своего двойника, Бо поспешно вернулся на террасу и, задыхаясь, уселся в свой шезлонг.
– Похоже, дождь собирается, – проговорила Джордан, поглядывая на небо.
– Возможно.
– А когда ты ездил в магазин, ты, случайно, не слышал сводку погоды на завтра? И газету не догадался купить?
– Даже и не подумал об этом. Да и потом, какая разница? Если ему суждено пойти, так он пойдет, несмотря ни на какие сводки, – пожав плечами, сказал Бо.
– Да, наверное, ты прав. – Джордан немного помолчала. – И все равно надо бы следить за газетами. Вдруг будут какие-то новости…
…о Фиби и Рено. Он понял ее без слов. И разозлился на себя – ну что ему стоило догадаться купить газету? Подумал, что в местных газетах вряд ли решатся уделить внимание этому убийству? Или бессознательно старался продлить это блаженное время, когда они неожиданно оказались одни? А может, это обычная трусость? Может, он просто испугался – вдруг, обнаружив, что убийство раскрыто и преступники за решеткой, Джордан решит, что у нее больше нет никаких причин оставаться с ним?
Но если все дело в этом, почему бы ему не захватить завтра с собой и Джордан вместе со Спенсером? Он отправится на свое совещание, а Джордан – в полицию, и на этом все кончится. И если он вернется сюда, то вернется один – в точности как и собирался.
Но теперь одна только мысль о том, чтобы провести неделю в Оутер-Бэнксе в одиночестве, привела его в ужас.
– Так что же мы будем делать? – спросила Джордан.
Услышав от нее это «мы»; Бо вздрогнул. Стало быть, они вместе?! Он больше не один! Невероятно, чтобы одно коротенькое слово смогло…
– Бо?..
Он обернулся.
– Приеду в Вашингтон, постараюсь узнать, что там слышно. Хорошо бы вначале выяснить, как идет расследование, а уж тогда решать, идти ли в полицию.
Джордан со вздохом облокотилась на перила, вертя в руках тюбик с кремом.
– Мне все чаще кажется, что именно это следовало сделать с самого начала.
– Нет, – возразил Бо, стараясь не думать ни о чем – только о Спенсере. – Ты сделала все правильно, не нужно никакой полиции. Вспомни, ведь Фиби не обратилась к ним, верно? Значит, у нее для этого были причины. Она приехала к тебе – выходит, никому, кроме тебя, она не доверяла. Да и сейчас – откуда ты знаешь, кому можно доверять? В том числе и полиции…