Ночные танцы

Робертс Нора

Значит, двадцать пять тысяч, о которых говорила Луэлла, являлись выкупом. Платой за разбитую жизнь. Глядя на фотографию Моргана, в это вполне можно было поверить. Этот человек считал, что деньги могут купить все.

—Я впал в ярость. Я чуть с ума не сошел от мысли, что он может забрать у меня все — все, чем я дорожил. Всю мою жизнь. И он действительно мог это сделать. — Стэн вытер пот, выступивший над верхней губой. — Он ни секунды не сомневался, что я возьму деньги. Я крикнул, что не позволю ему увезти Джойс и нашего ребенка. Что нам не нужны его поганые деньги, мы уедем с

ней подальше отсюда. Тогда он открыл коробку и показал их мне. Думал, видимо, что я не смогу устоять. И я выбил ее у него из рук.

Он дышал неровно, словно заново переживал ту минуту — всю свою ярость и отчаяние. Мэгги, хотя и была напугана, вдруг почувствовала острую жалость к нему.

—Он даже не рассердился. Вообще. Спокойно нагнулся и собрал купюры. Он просто подумал, что я хочу больше. Набиваю цену... Он так ничего и не понял — это буквально не укладывалось у него в голове. Но потом... потом он все же поверил. И так же спокойно взял мое ружье. И в тот момент я четко осознал, что сейчас он убьет меня. Пристрелит на месте, совершенно хладнокровно. И выйдет сухим из воды. Все, о чем я думал, — это что никогда больше не увижу Джойс, не возьму на руки нашего малыша. И я тоже схватился за ружье. Мы начали бороться.

Стэн почти задыхался. Его глаза как-то странно остекленели. Мэгги представляла эту сцену так ясно, словно видела ее сама. Она закрыла глаза. Перед ее внутренним взором невольно предстала другая сцена — из фильма, для которого она писала музыку. Там тоже страсть и отчаяние привели к убийству. Но в истории Стэна все было по-настоящему. И тут не нужна была музыка, чтобы подчеркнуть драматизм ситуации.

—Он был сильный, Морган. Очень сильный. Я знал — если ему удастся отнять у меня ружье, — я покойник. И вот сам не знаю, как... — Стэн вцепился себе в волосы, — оно оказалось у меня в руках и я стал падать назад. Я никогда не забуду эту секунду — это было как в страшном сне. Я падаю на спину, и ружье стреляет.

Мэгги видела, как отчаянно борются юноша и мужчина, как юноша медленно начинает заваливаться назад, раздается выстрел...

—Но это действительно был несчастный случай. Самозащита, — наконец осмелилась она.

Он покачал головой. Его рука снова скользнула вниз, к кобуре, и спина Мэгги покрылась холодным потом.

—Мне было двадцать. У меня не было ни гроша за душой. И я только что убил одного из самых влиятельных людей в городе. А в коробке рядом с ним лежали двадцать пять тысяч долларов. Кто бы мне поверил? Может быть, я потерял голову от страха, а может быть, наоборот, сделал самую разумную вещь, какую только мог... но я закопал его там, в овраге. Вместе с его деньгами. А потом утопил его машину в реке.

—Луэлла... — начала Мэгги.

—Я понятия не имел, что она поехала за мной. Наверное, она знала Моргана лучше, чем мы, и понимала, что он никогда в жизни не согласится на нашу с Джойс свадьбу. Если бы я догадывался, что она наблюдает за нами из леса, может быть, все и сложилось бы по-другому. Теперь я понимаю — она так никогда и не оправилась от шока. Ведь ее мужа убили у нее на глазах. Она потом откопала коробку с деньгами — видимо, у нее были какие-то свои соображения —

и перепрятала ее в доме. Думаю, все эти годы она защищала меня.

—А Джойс?

—Джойс ничего не знала. — Стэн покачал головой и потянул воротник рубашки, словно он душил его. — Я ничего ей не говорил. Понимаете? Я люблю ее. Люблю с тех пор, как она была еще совсем девочкой. Я бы все для нее сделал — все на свете. Если бы я рассказал ей... рассказал, как ее отец угрожал мне... она могла бы подумать, что это не был несчастный случай. А я не смог бы жить с этим. Все эти годы я пытался загладить свою вину за то, что произошло в овраге. Я посвятил себя закону. Защите горожан. Я старался быть самым лучшим мужем, лучшим отцом — я знаю как.

Он схватил фотографию и скомкал ее.

—Этот чертов снимок! Проклятое кольцо! Я был настолько не в себе, что не заметил, что потерял его. Увидел только через несколько дней. Это кольцо моего деда. — Он с силой потер висок. — И десять лет спустя его откопали. Вместе с Морганом. Представляете, что я почувствовал, когда узнал, что Джойс опознала его? Она сказала, что это кольцо принадлежало ее отцу. Но она знала, что оно мое! Она знала! — повторил Стэн пылко. — Но встала на мою сторону. И не задала мне ни одного вопроса. А когда я во всем ей признался, поверила мне безоговорочно. Господи, столько лет. Я жил с этим столько лет.

—Но теперь... вам не нужно больше держать это в себе. — Мэгги старалась говорить спокойно, хотя ее сердце билось где-то в горле. Стэн был на пределе, почти не владел собой, и Мэгги чувствовала, что он может сорваться в любую секунду. — Люди вас знают. Уважают вас. И Луэлла все видела. Она даст показания в вашу пользу.

—Луэлла практически сумасшедшая. Кто знает, сможет ли она вообще сказать хоть что-нибудь связное, когда дело дойдет до суда? Я должен подумать о Джойс. О своей семье. Своей репутации. — Мускул на его щеке дернулся. Он пристально посмотрел на Мэгги. — Так много поставлено на карту, — тихо сказал он. — Мне есть что терять.

Он вытащил из кобуры револьвер.

* * *

Не снижая скорости, разбрасывая гравий, Клифф вылетел на подъездную дорожку. Джойс рассказала ему всю историю, и теперь в голове у него билась только одна мысль — Мэгги. Мэгги оказалась в самом эпицентре этого страшного водоворота — ненависти, любви и страха. И если сегодня что-нибудь случится — виноват будет только он. За то, что оставил ее одну. На полной скорости он миновал последний поворот — и резко затормозил. Навстречу ему вышел лейтенат Рикер. Выругавшись, Клифф выскочил из машины.

—Здравствуйте, мистер Делэйни, — бесстрастно сказал Рикер. — Миссис Эйджи.

—Где Мэгги? — крикнул Клифф.

Он хотел отодвинуть Рикера с дороги и броситься в дом, но тот с неожиданной силой удержал его.

—Она в доме. И пока с ней все в порядке. Лучше вам будет остаться здесь.

—Я иду туда.

—Пока еще рано. — Лейтенант хладнокровно взглянул на Клиффа. Потом повернулся к Джойс: — Ваша мать тоже в доме, миссис Эйджи. С ней все нормально, она спит. И... ваш муж тоже там.