Норман
Шрифт:
– Обязательно, я же давно у них на заметке. Если бы не сын, уже кругов тридцать, как мой пепел развеяли бы.
– А кто ваш сын, - Софья, проявив женское любопытство, высказала вопрос, большей части нашего общества.
Все замерли, ожидая ответа. Дед усмехнулся:
– Аргеен эль Камен.
На крыльце повисла тишина, видимо личность известная. Когда все разошлись, я спросил у отца, кто такой этот Аргеен, ответ меня обескуражил.
– Основатель ордена светлых. До сих пор, верховный магистр этого ордена.
Под
– А с его дочерью, теперь что будет?
– на Софью события с Солдом, явно произвели впечатление.
Все промолчали.
– Её тоже сожгут?
– Вряд ли, хотя могут. Но то, что ей в жизни многого не достичь, это точно - дочь тёмного, - дед налил всем ещё по чарке.
Лекам, встал и ушёл на улицу.
– Чего это он?
– Нейла.
– Ох, ты! Я и забыл.
К вечеру все изрядно умаялись, но были готовы если потребуется, то в течении десяти мер выехать в путь. Вернулись дед с Лекамом, привезя два мешка продуктов, основу которых составляли крупы, немного хлеба, солёное сало и соль. Лекам весь вечер ходил мрачный. Спать все легли в подавленном настроении.
– Не спится, - Рамос вышел на крыльцо, с бутылкой и двумя чарками.
Одну из чарок протянул Лекаму. Молча выпили.
– Что надумал?
– Надо, про Нейлу узнать, всё ли в порядке. Зря я её тогда не забрал.
– Хочешь повторить подвиг Солда?
– Нет, но и другого решения пока не могу найти. Поеду в Еканул, постараюсь узнать, что-либо о Нейле, да и каникулы скоро.
– Может лучше родителям сообщить?
– И ввязать их сюда? Может и Нейлы уже нет, ещё и их светлые в оборот возьмут.
– Тяжёлые у тебя мысли.
– Зная светлых, скорее правдивые. Не прощу себе, если с ней что стало.
– Ну, тогда как только подсохнет, если светлые до этого не появятся, так и поедем.
– Нет Рамос, не могу ждать, вдруг потом поздно будет. Да и всей нашей ордой до мокрого сезона добираться будем, и даже если доберёмся, чем вы мне сможете помочь? Приступом взять академию? Один я быстрее доеду.
– Может ты и прав.
16. Аллойя и Саймол.
На следующий день, Лекам с утра объявил об отъезде.
– Подожди, ты один собрался?
– эльф расширил и так не маленькие глаза.
Лекам подробно объяснил свои доводы.
– Нет ладно все вместе тяжело и рискованно, долго, но надо хотя бы вдвоём, а если ногу лошадь подвернёт, сам, где пострадаешь, порежет кто, и даже повязку наложить не кому будет. Не-ет. Я еду с тобой.
– А то у нас эльфы, толпами по королевству ходят, да тебя за версту, даже в плаще узнать можно. С учётом того, что нас ищут, до первого стражника захудалого баронства. Я с боем не собираюсь добираться. Сказал,
– Ну, может с эльфом и действительно заметно, но и Эллалий прав, нельзя одному, - поддержал я эльфа, - давай я с тобой поеду, судя по рассказам, у них картинки с прежнего меня, а теперь сравните, какой я сейчас, а какой был раньше. Да я даже если вплотную стоять буду перед тем, кто меня знает, он меня не сможет узнать. А ты в лавку зайти по дороге и то не сможешь. А вдруг узнают. Да и в Екануле, тебя каждая лошадь в лицо видела. Как ты будешь узнавать о Нейле? У стражи спросишь: не слышали ли вы, что-нибудь случалось за последнее время в академии? Или сразу к светлым пойдёшь? А я, могу и простачком прикинуться, будто поступать в академию хочу. Ну а насчёт возраста не знал.
Все смотрели молча на меня.
– А ведь прав младший Ровный. По всем вопросам прав, - нарушил молчание Савлентий, - и добраться с ним легче, и узнать о племяннице твоей проще, и два серых хвоста, которые уже зубы могут показать, лишней помощью в дороге не будут. А около города оставите их, где-нибудь в лесу. А то они разболтались в последнее время, утром Касса мне показала, как они стаю волков подрали, видимо территорию неподелили, так серьёзные бойцы.
– А я то думаю, откуда у Новера царапина на морде! И ведь молчит зараза! Хвост отрежу!
– я неподдельно разозлился, так как мне хасаны объяснили эту царапину, совсем по-другому.
– Как бы он тебе не откусил, - Малик был в своём репертуаре, - а потом уж Софья вам обоим их повторно за это оторвёт.
Шутка Малика разрядила серьёзный настрой собравшихся. Отъезд решили перенести, на после обеда, мне надо было собраться.
Перед отъездом, Софья, под понимающими, но, тем не менее, ухмыляющимися взглядами отца и деда, затащила меня в нашу комнату. Когда всё было закончено, и мы уже оделись. Она сжала меня рукой за причинное место, и прошептала:
– И только попробуй. Оторву.
И тут же обняла и поцеловала меня:
– Береги себя.
Встретиться с остальными, договорились перед тёмным приграничьем, около села, Высокие травы. И Лекам, и отец знали те места. Можно было договориться о переписывании при помощи птичьей почты, но я не умел накладывать такое плетение на птиц, Лекам не мог, так как сил не хватало, а Савлентий не знал, куда их направлять. Предложенный мною для этой цели амулет связи, который использовался Савлентием, оказался действием менее десяти вёрст, и передавал только сигнал.
Выехали мы на четырёх лошадях, чтобы они не так уставали. До Еканула, ехать было три десятины, мы планировали преодолеть это расстояние, за две. В дополнение, к моему обычному вооружению, Малик сунул мне жезл мага:
– Вам нужнее будет.
Когда отъехали две версты, нас догнала сейша, обогнав прыжками, она бросилась в кусты рядом с нами, и вытащила оттуда верещащего и упирающегося Пушистика. После чего ударами лап, способными сбить всадника вместе с лошадью, погнала его обратно.