Носитель

Гриценко Александр Николаевич

АЛЕКСАНДР. Конечно, заразил всех и в кусты. Нет уж, теперь живи. Пойдем банки грабить. Если больные.

ВИТЯ. Да, не загоняйся. Все у тебя нормально, я чувствую. И то, что больной я чувствовал уже давно. Я сейчас это только понял. Я уже за несколько дней чувствовал все, поэтому и пошел сдавать анализы.

АЛЕКСАНДР. Тебе сказали в больнице — неси полис и паспорт, тебя лечить будут. Так что не волнуйся. Говорят, в Москве самые лучшие лекарства, в провинции таких нет. Так что тебе повезло, что ты в Москву приехал.

ВИТЯ. Санек, я, правда, чувствовал… Неспокойно было на

душе… А мне Вадим, перед тем как у нас под дверью помереть, предсказал, что я до старости не доживу. Сказал, что я умру в тридцать три года. Меня машина собьет. Соврал он, сволочь!

АЛЕКСАНДР. Может быть, с этими лекарствами еще доживешь. И машина тебя собьет.

ВИТЯ. Мне сказали, что может быть лекарство, которое вылечит СПИД, скоро изобретут. Недавно вообще никаких средств от СПИДа не было. Если бы во времена Фреди Меркури были бы такие лекарства, то он бы еще бы был бы живой.

АЛЕКСАНДР. Я слышал. Тебе еще сказали, что среди поп-звезд много ВИЧ-инфицированных, просто они это скрывают.

ВИТЯ. У них бабки есть.

АЛЕКСАНДР. Меня Бог сохранил оттого, что я с Люсей не переспал. Таней увлекся, которая кусается. А так бы точно переспал.

ВИТЯ. У меня на лице прыщи и абсцессы на ногах кажется от этого.

АЛЕКСАНДР. Ну, ты сейчас начнешь.

ВИТЯ. Я эту суку из Екатеринбурга, только приедет, сразу замочу! Утоплю! Ели бы она сейчас здесь была, тут же убил бы! Марина Каримова! Говорили мне пацаны: «Зачем тебе нужна эта Москва»! Я ведь в первый день, как приехал сюда, заразился!..

АЛЕКСАНДР. Не понимаю, зачем ты на нее полез?

ВИТЯ. И ты тоже. Типа сам виноват?! Это жизнь?! Да?!

АЛЕКСАНДР. Я такого не сказал.

Витя выходит, громко хлопнув дверью.

Сцена третья

В комнате Люся, лежит на кровати. Входит Катя.

КАТЯ. Ты одна? А где все?

ЛЮСЯ. Гусев лежал-лежал, потом вскочил, оделся и убежал на улицу. Меня позвал, я не пошла. Что с ним, он какой-то в последнее время странный?

КАТЯ. Да, я вообще не знаю. Я у него спросила: «Что у тебя случилось, Витя?» Он говорит: «Потом скажу, Катя». Вообще со мной почти не разговаривает.

ЛЮСЯ. А как Ваня, с которым ты познакомилась у метро?

КАТЯ. Я с ним встречалась. Он меня пригласил в кофейню.

ЛЮСЯ. И чего?

КАТЯ. Ничего, Люся. Приглашал к себе, я не пошла. Люся, сколько мусора, опять вы с Сашей намусорили!

Убирает.

У тебя с Сашей ничего не получится, тебе нужен муж богатый и чтобы служанка была, а ты будешь только краситься и ухаживать за собой.

ЛЮСЯ. Ну, и хорошо. Я лентяйка, только с таким жить и смогу.

КАТЯ. А ты Саше нравишься.

ЛЮСЯ. Ему все нравятся. Он бабник. Мы с ним просто друзья.

КАТЯ. Ага, и спите в одной кровати.

ЛЮСЯ. И чего?

КАТЯ. В общаге кстати думают, что мы живем шведской семьей.

ЛЮСЯ. Правда? Так, теперь буду ночевать

дома.

Входят Витя и Александр с пакетами.

АЛЕКСАНДР. О, а мы вам еду принесли.

Витя обнимает Катю.

КАТЯ. И что Катя должна готовить? Катя убирается, Катя готовит. Ладно, я здесь служанка, хорошо.

ВИТЯ (хмуро). Я сам приготовлю.

Достает из сумки пельмени.

КАТЯ. Да нет, раз я служанка, то уж сама приготовлю.

Катя берет пельмени, кастрюлю и выходит.

АЛЕКСАНДР. Люсюля, опять грустная. Опять скучно, девочка моя?

ЛЮСЯ (тепло). Да.

ГУСЕВ. Девочка моя, мальчик мой, — как заговорили.

ЛЮСЯ. А ты завидуешь? Да? Да?

Входит Катя. Берет веник, подметает.

ВИТЯ (хмуро). Катя, дай мобильник, мне позвонить надо.

КАТЯ. А ты мне деньги на мобильный кладешь?

ВИТЯ. Пошла на хрен, овца тупорылая!!

Выходит.

ЛЮСЯ. Что с ним?

АЛЕКСАНДР. Творческий кризис.

ЛЮСЯ. Литераторы вообще странные. Но с вами все равно интересно. Я хоть мало чего понимаю в ваших разговорах, но мне все равно интересно. А со своими я не могу, они только о бабках, о шмотках разговаривают. Мажоры типа. Крутые типа.

АЛЕКСАНДР (смеется). Дура ты, Люся. Но в тебе есть, значит, искра Божья. Это хорошо. А еще ты добрая, я тебя за это люблю очень, и естественная. Какая есть.

ЛЮСЯ. Даже чересчур. Мне это мешает. Другие строят из себя что хотят, крутят парнями, а я не могу.

АЛЕКСАНДР. Глупая, это же твое достоинство. Кому надо оценит.

ЛЮСЯ. Надоело ждать кого надо.

Катя бросает веник.

КАТЯ. Что с ним, Саша? (Плачет).

АЛЕКСАНДР. Да, ничего.

Александр обнимает ее, гладит по голове. Входит Витя.

ВИТЯ. Катеночек, ты чего?

Александр передает Катю в руки Вити. Тот обнимает Катю, что-то шепчет. Выходят вместе.

ЛЮСЯ. Представляешь, мне Катя сказала, что Гусева никогда не бросит, она к нему очень привязалась.

АЛЕКСАНДР. Ну, будет сумасшедшая семейка. А как же тот, которого она встретила, когда шла из метро?