Носки для Леопарда
Шрифт:
Бабушка обошла чулан со все сторон, чтобы убедиться, нет ли позади него каких шутников. Шутников не было. Тогда бабушка заперла сарай на замок и, торопясь, пошла домой.
Глава пятая, в которой Леопард получает подарок
– Посмотри-ка, Лео, что мы тебе купили!
Накануне дедушка приобрел для Лео книжку с легендами и мифами Древней Греции. Книжка была вполне подходящая: не очень толстая и с цветными иллюстрациями. Она шуршала и вкусно пахла краской.
Лео предпочел бы дельтаплан. Ну, или, может быть, батут. Но обижать дедушку своими мыслями
Бабушка Света, в общем-то, считала, что для девяти лет книжка рановата, хотела даже поспорить, но дед Максим сказал ей накануне:
– Это же почти как сказки, только мудренее. Вот начнет он читать мифы, и поймет, что сказки уже перерос. И потом, у мифов есть одно достоинство: все они короткие.
Спорить с практичностью деда Максима ни у кого не хватало умения.
Лео читал книгу и посматривал на морковные блины, которые все еще были горячими. Ах, если б можно было сразу и есть, и читать! Но дед Максим был против того, чтобы с книгой в руках люди жевали. А баба Света не разрешала читать во время еды. Чтобы не думать о морковных блинах, Лео уселся на подлокотник дивана, свесил ноги и принялся читать и пересказывать вслух.
– Сначала ничего у древних греков не было. – пересказал Лео одним предложением целый абзац, – Был только Хаос – безграничная темнота и пространство без порядка…
– Прямо как у нас в кладовке, – вставил дедушка Максим, который сидел рядом и чистил от ржавчины старые весы.
– … и Тартар – бездна без пространства. – продолжил Лео, – это вроде черной дыры в космосе! – и Лео незаметно для себя залез с книгой на спинку дивана.
– И нашего чулана, – заметил дед Максим, – вроде никакого пространства нет, а вещей там – бездна.
– Из них появилась Земля-Гея. Из Геи родился Уран – небо. Это про то, как земля сделала себе атмосферу! – воскликнул Лео и переместился на комод. Про историю возникновения Земли он только что проходил в школе. Дед Максим, не отрываясь от ремонта старых весов, ногой подвинул к комоду ковер, лежащий на полу перед книжным шкафом.
– Из Хаоса появился Эрос – дух творчества, – продолжил Лео, – Когда появился Эрос, Гея с Ураном родили двенадцать титанов,трех циклопов и трех сторуких великанов – гекатонхейров.
– Все-таки рано мы эту книжку разрешили, – покачала головой бабушка Света. Но дед Максим многозначительно посмотрел на нее. Бабушка Света вдруг поняла, что Лео не споткнулся на словах «пространство» и «безграничная». И даже слово «гекатонхейры», которое она сама не могла выговорить, прочитал без ошибки.
– Уран запер обратно в Гею сторуких великанов, так они были ужасны, и Гее было тяжело и обидно. Поэтому она позвала всех титанов, чтобы они помогли ей свергнуть жестокого мужа… Никто из титанов не согласился, только один Кронос. Он сверг Урана и захватил власть в мире. И тогда Уран предрек, что дети Кроноса свергнут его так же, как он отца. Баба, а есть конфеты? – внезапно прервался рассказ о трагедии, развернувшейся когда-то на заре веков.
– Конфету ты сегодня уже ел, имей силу воли, – ответила бабушка Света, выполняя наказ деда Максима.
– Жаль. – сказал Лео и продолжил читать, – Четыре титана женились на своих сестрах: Кронос на Рее, его самый старший брат Океан на Тефиде, Гиперион на Тейе, Кой на Фебе… А разве так можно?
–
Лео продолжил:
– Океан и Тефида создали реки, ручьи и три тысячи морских богинь – океанид. А Кронос очень боялся, что предсказание его отца сбудется, и чтобы его избежать, всех своих детей проглатывал. Когда его жена Рея пожаловалась Гее, та посоветовала ей, когда Кронос захочет проглотить ребенка, дать Кроносу камень, завернутый в пеленку, а ребенка спрятать. Так Рея и сделала. Вместо шестого ребенка, своего младшего сына Зевса, Кронос проглотил камень. А Зевса Рея спрятала и вырастила в пещере.
Лео переложил во рту конфету, которую неизвестно где раздобыл.
– Что-то тут неправильно, – задумалась бабушка Света, – я еще со школы помню всех братьев и сестер Зевса: Гестия, Деметра, Аид, Посейдон и Гера. Если их съел Кронос в младенчестве, как они потом могли быть богами?
– Дочь Океана, богиня Метида, дала Кроносу выпить зелье, и он выплюнул обратно своих остальных детей, – ответил Лео, – зелье какое странное… стошнило его, наверное. Зевс стал править миром. Поселился выше всех на горе Олимп и стал жить-поживать и всеми командовать. А титанов оставил жить на горе Отрис. – Лео гордо оглядел комнату. Сидел он выше всех, но самое главное – прочитал без передышки целых две страницы и все-все понял. Ему очень понравилась история про Зевса.
– Слезай со своего Олимпа и давай начнем вязать носок! – сказала бабушка Света, раскладывая пряжу.
– Мне не надо, я не мерзну! – ответил Лео, аккуратно закрывая книгу и послушно слезая с комода на диван, потому что бабушка ждала его внизу с желтой сантиметровой лентой.
Глава шестая, в которой случается неожиданное
– Давай, Леопардик, ногу! – с этими словами бабушка Света обернула ногу Лео желтой тесемкой в районе лодыжки. Когда-то бабушка пыталась звать его ногу «лапой», разве может быть иначе у леопардов? Но Лео резонно возразил, что в таком случае ему нужно еще рычать и царапаться. И спать на дереве. Спать на дереве ему не разрешили, и «лапу» пришлось отменить. А дед Максим тогда подумал, что внук весь в него.
Бабушка Света отметила на ленте карандашиком обхват ноги Леопарда и принялась набирать петли.
Собственно, для носков была самая неподходящая пора – какие носки могут быть, когда лето на носу? Но когда Лео об этом сказал, бабушка Света ответила, что носки – одежда всесезонная, и вообще, могут много для чего пригодиться. Лео дождался, пока бабушка отпустит его ногу и начнет набирать петли, и незаметно ускользнул в кухню.
Бабушка Света принялась за вязание.
Слежавшаяся пряжа не очень ловко скручивалась вслед за движением спицы.
– Уфф… Уффф… Уфф… – издавала пряжа.
– Смотри-ка! Отдувается, словно устала. Давно лежала, отвыкла от гимнастики? – смеясь обратилась бабушка Света к мотку пряжи, – сейчас мы тебя быстро в форму приведем, – и она потянула шерсть от спицы.
Шерсть на спице издала звук, похожий на кряхтение. Бабушка Света любила вязать, и ей нравилось, когда пряжа вела себя, как живая. Еще с детства. Нитка нитке рознь: шерстяные шуршали, синтетические поскрипывали, а хлопчатобумажные шелестели.