Нова
Шрифт:
— Это моя собственная мода, — он взглянул на Брайена. — У меня нет правой руки. Все это, — он сжал пальцы в кулак, — металл и пластик, приводимый в движение моторчиками, — он резко засмеялся. — Но она работает... Почти как настоящая.
— О, — смущение прозвучало в голосе Брайена. — Я не знал.
Принс засмеялся.
— Иногда я сам почти забываю. Иногда. Так где ваш корабль?
— Вон, — показал Лок. Он остро почувствовал те двенадцать лет, которые прошли со времени их предыдущей встречи.
— Все подключились?
— Вы должны мне заплатить, капитан, — прохрипел Дэн. — То подключайся, то отключайся.
— Готово, капитан, — это Брайен.
— Открывайте нижние заслонки.
Принс сидел позади Лока, положив ему руку (настоящую) на плечо.
— Приходит каждый, кому не лень, и, вдобавок, ведет кого-нибудь с собой. Ты прилетел только что, а люди начали прибывать за неделю. Я пригласил человек сто, а теперь их уже три сотни. И становится все больше и больше, — инерция навалилась на них, космопорт начал стремительно уменьшаться, и заходящее солнце начало восходить на западе, заливая мир своим светом. Вспыхнула голубая кайма атмосферы. — Одна Че Онг притащила с собой целую ораву откуда-то с окраины созвездия Дракона...
— Че Онг — это та самая звезда психорамы? — донесся из динамика голос Брайена.
— Студия предоставила ей недельный отпуск, и она решила побывать на моей вечеринке. А позавчера ей вдруг пришло в голову заняться скалолазанием, и она упорхнула в Непал.
Солнце теперь светило в корму. Для того, чтобы попасть из одной точки планеты в другую, надо всего лишь подняться и опуститься куда нужно. Но на космическом паруснике надо подняться, обогнуть Землю три-четыре раза, и только потом снижаться. Добраться с одного конца города на другой или достичь другой стороны планеты — это одинаково отнимет у вас семь-восемь минут.
— Че связалась со мной днем по радио. Они одолели три четверти Кеньюны. Но ниже их сейчас вьюга, поэтому они не могут вызвать вертолет со спасательной станции в Катманду. И, конечно, вьюга не помешала ей найти меня на другой стороне планеты и пожаловаться на свои затруднения. Во всяком случае, я обещал ей придумать что-нибудь.
— Как же, черт побери, ты собираешься снимать их с горы?
— Ты спустишься на высоту двадцати футов и зависнешь над землей, а я спущусь и доставлю их на корабль.
— Двадцать футов! — Пятнистая планета медленно поворачивалась под ними. — Ты хочешь вернуться на вечернику живым?
— Ты получил ионолет, посланный тебе Аароном?
— Мы на нем и находимся.
— Он должен быть достаточно чувствителен для таких маневров. А ты дока по части управления кораблем. Так или нет?
— Ну, ладно, постараюсь, — Осторожно произнес Лок. — Я еще больший дурак, чем ты, — он засмеялся. — Постараемся, Принс!
Снега и горы медленно плыли, под ними. Лок ввел в компьютер координаты горы, сообщенные Принсом. Принс перегнулся через плечо
Женский голос ворвался в кабину:
— О, вон там! Посмотрите, это же они! Принс! Принс, дорогой, ты пришел, чтобы спасти нас? Мы, бедные, уже все покрылись гусиной кожей. Принс!.. — ее голос перебивала музыка и какой-то гомон.
— Спокойнее, Че, — произнес Принс в микрофон. — Я же говорил, что придумаю что-нибудь, — он повернулся к Локу. — Здесь! Они должны быть где-то тут.
Лок изменил частоту, и «Калибан» стал спускаться, слегка сносимый вбок гравитационными искажениями, создаваемыми горой. Навстречу вырастали скалы, зазубренные и пламенеющие.
— Эй, смотрите! Смотрите все! Разве я не говорила, что Принс не позволит нам пропустить вечеринку и помереть здесь со скуки?
И другие голоса:
— О, Сесил, я не могу сделать...
— Сделай музыку погромче...
— Но я не люблю анчоусы...
— Принс! — кричала Че. — Поторопись! Опять начинается этот снег. Ты знаешь, Сесил, ничего бы этого не случилось, если бы ты не вздумал проделывать эти салонные штучки с...
— Иди сюда, солнышко, потанцуем!..
— Я сказала: нет! Тут рукой подать до обрыва!
Под ногами Лока, на экране в полу, в лунном сиянии проплывали снега, гравий, крупные глыбы.
— Сколько их там? — спросил Лок. — Корабль не так уж велик.
— Ничего, как-нибудь втиснутся.
На заснеженном утесе, проплывающем по экрану, стала видна группа людей. Некоторые из них сидели на зеленом пончо в окружении винных бутылок и корзин с едой. Некоторые танцевали, некоторые сидели в шезлонгах. Один вскарабкался на торчащий обломок скалы и щурился, глядя на спускающийся корабль.
— Че, — сказал Принс, — мы здесь. Запаковывайте все. Мы не собираемся болтаться здесь целый день.
— Благи небеса! Это ты? Эй, поднимайтесь все! Мы спасены! Это Принс.
На утесе сразу же была развита бурная деятельность. Молодые люди забегали, хватая вещи и запихивая их в рюкзаки. Двое сворачивали пончо.
— Эдгар! Не выбрасывай! В нем сорок восемь градусов, и такие бутылки на дороге не валяются. Да, Хиллари, ты можешь сменить музыку. Нет! Не выключай обогреватель, еще рано! Ох, Сесил, ты совсем дурак. Б-р-р-р! Ну, полагаю, через минуту-две мы будем готовы. Конечно же я потанцую с тобой, милый. Только не рядом с обрывом. Подожди минутку. Принс! Принс!
— Че, — позвал Принс, когда Лок опустился еще ниже. — У вас там есть какая-нибудь веревка? — он закрыл микрофон рукой. — Ты видел ее в «Дочерях Майами»? Где она играет тронувшуюся шестнадцатилетнюю дочь ботаника?
Лок кивнул.
— Это не было игрой, — он убрал ладонь с микрофона. — Че! Веревку! Есть у вас веревка?
— Сколько угодно! Эдгар, куда задевались все веревки? Мы же поднялись сюда на чем-то! А, вот они! Что нам теперь делать?
— Вяжи большие узлы через каждую пару футов. Сколько до нас?