Новая Эпоха
Шрифт:
Валкар застыл, Лана ощущала его смятение, желание помочь другу, толику злости, горечь и где-то в глубине чувство вины. Прикоснулась к его сознанию, чтобы успокоить. Валкар дёрнулся и посмотрел на неё, в его глазах плескалось сожаление.
— Оставьте его, – рядом раздался жёсткий голос Цея.
Лана подняла голову — чёрные глаза Верцелиуса отражали полыхающее неподалёку пламя и смотрели на Монтео, но Лана ничего не смогла прочитать в них.
Валкар болезненно зажмурился и стиснул кулаки. Как целителю и другу ему было невероятно сложно принять такое решение.
— Я
Цей без слов схватил племянника за плечо и с силой отшвырнул в сторону. Валкар не ожидал такого, поэтому пошатнулся и завалился на спину. Верцелиус занял его место, воткнул в землю меч и присел рядом с Монтео.
— Повезло тебе, – печально усмехнулся, приподнимая его голову. – А я вот уже больше четырёх сотен лет копчу небо.
Монтео слабо улыбнулся, его губы начали приобретать синий оттенок, кожа лица стала почти белой, он тяжело дышал, слабея с каждым выдохом. Лана всхлипнула, наблюдая, как жизнь покидает его. Прижала руки ко рту, чтобы не разрыдаться. Между Цеем и Монтео был безмолвный диалог, понятный только им двум.
— Сделай это, прошу тебя, ты ведь понимаешь, – прошептал Монтео, глядя в глаза Цею.
Тот нахмурился и медленно взялся за рукоятку меча. Когда до Ланы дошло то, о чём он попросил Верцелиуса, внутри поднялся ураган.
— Нет! Что вы делаете? – она протянула вперёд руку, чтобы намертво вцепиться в широкое запястье Цея. Тот перевёл на неё мрачный взгляд. – Не надо!
Валкар нашёл место возле головы Монтео и положил руки ему на плечи. Лана присмотрелась и поняла, что золотые ленты, которыми был обмотан раненный элинир, вяло расползаются от него во все стороны, оставляя тело. В груди Монтео трепетал золотой огонёк, чистый и яркий, он притягивал взгляд. Девушка завороженно наклонилась ближе, затем подняла глаза на Валкара, который терпеливо наблюдал за ней, и на Цея, ставшего ещё более мрачным, но руки с рукоятки меча не убравшего. В груди каждого из них был такой же яркий золотой огонёк. Она подняла голову и осмотрелась, вокруг них за щитами метались монстры и воины. Где-то мелькнула серебряная шевелюра Кая и светлая макушка Габриеля.
«… у всех, этот огонёк есть у всех», – думала Лана, рассматривая воинов, вампира и лежащего неподалёку Элиаса.
Лана вернула взгляд на Монтео, его ореховые глаза смотрели прямо в её.
«У вашего основного врага есть то, чего нет у остальных, но есть у каждого из вас», – отчётливо прозвучали в сознании слова Посоха.
— Душа, – прошептала Лана. – Ну конечно.
— Что? – Валкар нахмурился, затем осторожно прикоснулся к её сознанию, пытаясь понять. Она раскрылась перед ним, воскрешая в памяти диалог с Посохом и показывая то, что увидела. Глаза элинира изумлённо округлились.
— Последняя воля умирающего будет? – поднял бровь Цей, всё ещё сжимая рукоятку меча.
— А то, – усмехнулся Монтео и закашлялся. Ореховые глаза не мигая смотрели на Лану. – Я не смог быть с тобой. Возможно, мне стоило бороться, – он перевёл виноватый взгляд на Валкара, но Лана ощущала, что её любимый сейчас не испытывает ничего, кроме горечи. – Наверное, я
Монтео сильно закашлялся кровью, Валкар приподнял его голову, чтобы он не захлебнулся.
Лана посмотрела в лицо любимого и поджала губы. Валкар перевёл на неё взгляд и грустно усмехнулся.
— Уж как-нибудь переживу.
— Прости, – прошептала девушка и наклонилась к губам Монтео. Во рту появился солоноватый привкус крови, ледяная кожа друга обжигала.
— Спасибо тебе за то, что закрыл от демона, – всхлипнула Лана, отстранилась и вытерла слёзы. Монтео улыбнулся, ореховые глаза счастливо блеснули и закрылись.
«Если бы ты меня не любил, я могла бы сделать тебя стражем, но чувства не исцелить, а мучиться с этим и видеть…», – отвлечённо подумала Лана и замерла, наблюдая, как над телом поднимается тот самый шарик и стремительно улетает вверх.
— Прощай, друг, мне будет тебя не хватать, чтобы ни происходило между нами последние годы, – с горечью прошептал Валкар и приложил руку к бледному лбу Монтео.
Цея вздохнул и сложил руки мёртвого на груди.
— Да примет Творец твою светлую душу в свои Небесные Чертоги, туда, куда мне никогда не попасть. Ты своё отстрадал, – тихо пробормотал и резко поднялся на ноги. Обвёл Лану с Валкаром цепким взглядом: – Чего расселись? Подъём и в бой, он ещё не закончен.
— Лана, идём, – Валкар приблизился к ней и подхватил под мышки, поставив на ноги перед собой. Затем протянул руку и вытер с её губ кровь. – Мы нужны на поле боя.
— Почему мне пришла такая идея? – задумчиво глядя на него, спросила Лана.
Валкар удивлённо вскинул бровь.
— Страж, но ведь у меня есть ты.
— У тебя есть я, – элинир улыбнулся и выхватил из-за спины мечи. – Что тебя удивляет?
— Не могу пока понять, – помотала головой Лана и взялась за виски. – Мне нужно подумать.
— Нет времени на раздумья, – рыкнул стоящий рядом Цей. – Нам надо продолжать мочить этих гадов.
— Оглянись, Цей, мы проигрываем, – Лана обвела рукой поле боя вокруг. – Силы не равны изначально, наш враг задавит нас числом. И ещё эта проклятая секира.
— Дракон пришёл в себя! – прокричал кто-то с надеждой.
Все трое повернули головы.
— Элиас! – Лана сорвалась с места и бросилась к горящей стене огня, возле которой шевелилось чешуйчатое тело её друга.
«Лана…», – вяло прозвучало в её мыслях.
Элиас поднял зелёную морду, покрытую грязью и копотью, жёлтые глаза с вертикальным зрачком заморгали и прищурились на происходящее вокруг. Он попытался встать и расправить крылья, но тут же рухнул обратно, подняв столп пыли.
— Элиас! Мой дракоша… я здесь, я с тобой, – девушка подбежала к нему, ловко прочищая себе путь щитами и золотыми шарами. Валкар держался рядом, отражая атаки в тех местах, где щитов не было.
— Моё крыло… – ошарашено прорычал Элиас.
— Тшш… всё будет хорошо, я с тобой, – Лана прильнула к горячей чешуе на его груди и дотянулась рукой до морды.