Шрифт:
НЕМЦОВ Владимир Иванович
НОВАЯ КОЖА
– Наша кожа весьма несовершенна по своей природе. Вот вы говорите загар... Загар - это изменение пигментации клеток для защиты человеческого тела от действия ультрафиолетовых лучей. Попробуйте приобрести его сразу ничего не выйдет. Вспомните, как в санатории люди принимают солнечные ванны: точно по звонку переворачиваются с боку на бок, чтобы не сжечь драгоценную кожу. Чересчур нежная у нас с вами защитная оболочка.
Так говорил Костя Снетков своей спутнице Оле, когда уже к вечеру
– А все-таки я бы хотела немного загореть, - сказала Оля, - вне зависимости от ваших биологических объяснений. Пигментация клеток, ультрафиолетовые лучи, прочие научные явления - все это очень важно, но я в этом ничего не понимаю. Когда я перед выходом на сцену загримируюсь и положу на лицо тонкий слой коричневой краски, стыдно признаться, я так нравлюсь самой себе, что не могу оторваться от зеркала.
Оля смутилась от этого признания и, видимо считая во всем виноватым Снеткова, недовольно спросила:
– Ну что вам стоит найти способ быстрого загара? Неужели это проблема?
Сказано это было в шутку, но Костя возразил:
– Никто еще этим не занимался. Да и зачем?
– Зачем?
– Оля вынула зеркальце из сумки и посмотрелась.
– Противно же. Краснеет один нос. В воскресенье приеду сюда дожариваться. Боюсь, что совсем облупится. Вы приедете?
И, попрощавшись, Оля скрылась за поворотом. Вспоминая свой разговор с девушкой, Костя шел задумавшись, пока не уперся в какую-то решетку. Заглянул вниз и невольно отшатнулся. Далеко под ним чернела вода. Он стоял на Крымском мосту.
"А что, если действительно создать искусственный защитный слой от ультрафиолетовых лучей?"
Зажглись огни Парка культуры и отдыха. Вычертились в небе силуэты вращающегося колеса, арки ажурных павильонов, как на негативе.
"Надо, чтобы пигментация кожи изменялась сразу. Как от проявителя на негативе. Проявителя? Стоп! Об этом стоит подумать. Спокойно, не торопись... Если впрыснуть под кожу каплю специальной фотографической эмульсии - а она на солнце темнеет куда быстрее кожи, - не будет ли это ускорителем данной реакции? А потом проявить... Правда, в этом случае неясно, в каком взаимодействии будут находиться биологические и химические процессы, но это надо проверить".
– Проверить... Проверить!
– повторил он несколько раз, еще раз удивленно посмотрел себе под ноги и быстро зашагал по мосту.
Через несколько дней у себя в лаборатории Костя, захлебываясь, рассказывал друзьям о перспективах своего открытия:
– Нет, вы только подумайте. Вам нужно ехать в экспедицию, куда-нибудь на Памир. Вы, конечно, прячетесь от солнца. Надеваете широкополые шляпы, закрытые рубашки, иначе с лица слезет кожа, как кора, а шея и плечи покроются волдырями. Но стоит только предварительно впрыснуть под кожу мой состав, как все эти неприятности перестают существовать. Лицо и, если хотите, тело покрываются чудесным бронзовым загаром. Кожа становится плотной,
Он приводил всякие специальные подробности и наконец удивил всех небывалым заявлением:
– Человек получит новую кожу. Он не будет знать, что такое прыщи, ожоги, шелушение, потому что новая кожа приобретает особое свойство - плотность защитной ткани, как эластичная хлорвиниловая пластмасса. Даже царапин и то будет меньше. Смотрите...
На столе у Кости лежал странный кролик, как бы разрезанный пополам: с одного бока обыкновенный, с пушистой шерстью, а с другого - гладко выбритый, покрытый светло-коричневым загаром.
– Я царапаю ланцетом кожу кролика, - продолжал Костя, - но кровь не показывается. Видите, как трудно нарушить такую плотную ткань?
– Но позволь, ты же хотел окрасить кожу в цвет загара, а показываешь еще какие-то новые свойства, - удивился химик из соседней лаборатории.
– Действительно, вначале я занимался только изменением пигментации кожи, но потом путем дополнительных экспериментов мне удалось изменить не только цвет ее, но даже структуру.
– Эдак ты можешь дойти до того, что у человека вырастет кожа слона, насмешливо заметил кто-то.
– Нет, моя задача значительно скромнее. Я хочу повысить защитные свойства кожи, защитить человека от укусов насекомых, от мозолей в походе, от царапин, которые потом загрязняются и болят. Ничто так не осложняет человеческую жизнь, как мелкие неприятности. Укусил комар - малярия, натер ногу - возможна флегмона. Поэтому я и хочу устранить из жизни человека хоть маленькую часть этих больших мелочей.
– Вы свой чудесный эликсир только на кроликах пробовали?
– спросил студент-практикант.
– Нет, смотрите.
Снетков завернул рукав, и все увидели его загорелую руку, слегка оранжевого цвета. Кожа была гладкая и блестящая.
– Вы можете выбирать разные оттенки загара?
– почтительно спросил студент.
– Несомненно. Они у меня даже занумерованы. Ведь это так же просто, как окраска фотографии в тот или другой тон. Представьте себе, что через несколько лет к врачу будут приходить люди, рассматривать альбомы и выбирать себе новую кожу любого оттенка. Может быть, женщины придумают "модную" кожу особого цвета, ну, скажем, цвета старой бронзы.
– Этого я и боюсь, - усмехнулся химик-сосед.
– Не хватало нам еще модниц с зелеными лицами! Пусть уж красятся по старинке.
– Существенное возражение, - ответил Костя.
– Но ведь и моду можно как-то регламентировать.
Это прозвучало не очень убедительно, однако никто Косте не возразил. Мало кто верил в его довольно странное изобретение.
Костя приехал на водную станцию и, шагая по пляжу, искал Олю. Но вот и ее условный знак, видимый издали: на ветке, воткнутой в песок, развевался цветной платочек.