Новичок
Шрифт:
— Пусть будут поляки, так им!
— Европейцы, заметь. Следом — Наполеон с факелом. И так бесконечно. Не приживается золотой в земле, хоть убейся, каждый раз после нашествия приходится всё начинать заново. А территория страны огромна! Сравни теперь наши расклады с Голландией, которая, даже не моргнув от стыда, стала политической проституткой ради сохранения тех золотых. Впрочем, как все прочие карликовые страны, — что при Гитлере, что позже при Америке. И они, в составе сводных армий, постоянно отправлялись искать новые колонии, понимая, что другого способа процветания при таких маленьких площадях и скудости ресурсов просто нет! Куда шли? В Россию, в том числе, чтобы благоденствовать за счёт других. Кто из европейцев на нас не нападал?
Попытался вспомнить. Не
— Болгары, вроде? Говорят, что ни один болгарский солдат против нас не воевал.
— Ерунда всё это, отговорки. Если ты стоишь на стороне гитлеровской оси, то, значит, воюешь, даже без посланных солдат, как воюет любой военный завод или тыловой склад противника. Одни поляки во Вторую мировую, как бы их сейчас ни полоскали, не сдались, не переметнулись к Гитлеру. Остальные… Как вообще венгры оказались под Воронежем? Сами пришли или воспользовались моментом, сволочи? Мало того, что эти карлики разрушали наши города и веси, они тащили к себе ресурсы, слышал, что немцы даже чернозём с Украины вывозили, не проверял на правдивость.
Мне осталось только плечами пожать.
— Так что все эти истории в пользу бедных про высочайший уровень «всего вообще» у западных народов, который якобы и превратил страны Европы в сплошное пространство кайфа — чушь собачья! Бабки! Единственный реальный способ проверить рабочие качества нации, если уж это кому-то захочется, видится мне в варианте установки капитальных изгородей между всеми странами, полный запрет внешних контактов, и анализ сто лет спустя! Герметичные системы. Вот тогда и выяснится, кто чего реально стоит… Впрочем, за примером далеко ходить не надо, почитай воспоминания русских моряков, которые одними из первых посещали закрытую тогда островную Японию. И что они там увидели грандиозного? Небоскрёбы? Роскошное образование? Может быть, промышленность? Да ничего подобного, они увидели кошмарно отсталую страну… Все мемуары полны «хи-хи». Кстати, как ни парадоксально это звучит, Японию спасла атомная бомба! Если бы на острова вошли наши и американские войска, то от всех вложенных в квадратный метр золотых не осталось бы и следа. И я очень сомневаюсь, что корейцы и китайцы, по примеру соседей поверженной Германии, стали бы помогать кровавому соседушке возрождаться из пепла…
Лекторий, говоришь? Да ему и надо лекции читать.
— Что же, твоя теория проста и понятна, — вставил я. — Согласно ей, России ещё в свои квадратные метры вкладывать и вкладывать. При этом сделав так, чтобы больше никто никогда на неё не нападал, не грабил и не выжигал уже вложенные несчастные рубли.
— Верно. Это касается и Китая, и Бразилии. Бразилии будет проще, так же как нам. Что сейчас делает Китай с его колоссальной численностью и ограниченными ресурсами? Колонизирует Африку, потому что больше некого… Без этого им никак. Китайцам очень нужны ресурсы континента, и они их получают! Китай вцепился в Африку мёртво и пойдёт до конца, вплоть до замещения населения собственным, благо, его хватает. Очередная разновидность колонизации. Никогда он не дёрнется на Россию, и всё из того же императива: надо во что бы то ни стало сберечь уже вложенные в свою площадь деньги. Потому что после страшной очередной войны с полным уничтожением инфраструктуры отныне не выкарабкается никакая страна, нет больше цивилизационного потенциала у планеты, нет ресурсов! Африка же ядерными ударами не ответит. Рубль-площадь… Франция совершает чудовищную ошибку, пугая наших олигархов, как носителей и вбивателей в территорию тех самых золотых. Колоний для неё больше не будет… Правда, сейчас страны Западной Европы пошли несколько другим путём, завлекая в свои путы очередных олухов на Востоке. Те пока не высушены, не выдоены, есть, где разгуляться.
— Тем не менее, признай, что разница в культуре всё-таки есть.
— Есть, конечно, не спорю… Палками вбитая! Если я вложил бабки, обустроив пространство возле своего банка, а ты начинаешь ходить по розовым плиткам и плевать на них, разбрасывать по красоте сопли, то я потрачу ещё чуть-чуть, заплачу околоточному, и он будет бить тебя между лопаток ножнами шашки, пока ты не привыкнешь
— В Европе люди на улицах улыбаются.
— Господи, и ты туда же с этой историей… Пойми, люди всегда улыбаются, попадая туда, где им улыбаться хочется! Я не про оскал в лифтах. В комфортных городских центрах, в курортных районах, в местах отдыха. Отдались от Барселоны в промышленные районы Каталонии и посмотри, как там «улыбаются» работяги после смены… Или когда идут на неё. Глянь на утренние лица жителей Нью-Йорка, прокатись в метро. Знаешь, Дар, в центре Москвы, на Кузнецком Мосту или на Дмитровке тоже все улыбаются… И что есть Москва, особенно её центр? Место в России, куда исторически вложен возможный максимум золота на квадратный метр, главный магнит страны! И вообще, не делай из людей планеты сборище дебилов с улыбкой Гуинплена. Люди улыбаются тогда, когда им хочется. Постоянно улыбаться они не могут. А теперь вернёмся на практически безгрешную планету Криста.
Я демонстративно потёр руки, наконец-то.
Уверенно толкнув дверь, в «Грабли» зашёл ещё один посетитель — солидный мужчина-европеец в светло-бежевом, образцово чистенький, ухоженный, человек явно со статусом и кошельком. Неспешно оглядел зал. Заметив Германа, расплылся в улыбке и поприветствовал. Ростоцкий ответил поднятием руки. Посетитель уверенно пошёл к столику, официант выждал и направился следом, без меню в руках. Ещё один постоянный клиент.
— Я хочу повторить исторический процесс, — жахнул Герман, ставя чашечку на блюдце.
— Ни много ни мало? — изумился я.
— И только так. Чистое прогрессорство, причём с активным использованием ресурсов этой планеты. Хочу менять жизненное пространство вокруг себя.
— Удаётся? — чёрт, я никак не могу удержаться от ехидства.
— Почему нет? На сегодняшний день Манаус — не просто самый цивилизованный город, он уже в отрыве! Правда, возникла новая история: в последнее время начал просыпаться от спячки король Панизо, которого активно пинают местные олигархи и главы многочисленных кланов. Хотят догнать и перегнать, пусть попробуют, посмотрим, кто первым начнёт производство авто! Сейчас пройдёмся по улице, и я тебе кое-что покажу… В общем, понимая роль финансовых вложений в территорию, скажу предельно честно: мне нужно именно золото Кристы. Местное. Много! Вот ради этого стоит бросить всё и начать заново на этой планете, поверь. По-настоящему достойная цель, понимаешь?
Признаюсь: эта «история» меня уже перепахала.
Что? Теперь и я начну вставлять «историю» не только в речи, но и в мысли? Нет уж…
Кивнул головой. Нет, здесь не причуда миллионера…
Ростоцкий говорит правду, он реально мог тупо заколачивать бабло и на Земле, раз получалось. Здесь налицо действительная жажда стать первым, лучшим. Железная мотивация, непробиваемая. Постановка рекорда, пьедестал.
Герман поднял руку, подошёл официант. Серый кардинал внимательно просмотрел счёт, однако расплачиваться не стал. Приписал что-то и расписался.
— Обозначил чаевые, — пояснил он. — У хозяина счёт в моём банке.
Конечно, бляха, верх удобства. Я вздохнул и спросил:
— Пойдём, что ли?
Мы вышли на улицу.
Ресторан стоит на Мейн-стрит, это главный променад, место расположения наиболее успешных магазинов и контор. Вечером тут начинается размеренная тусовка, которой я ещё не видел, ибо в прошлые визиты, как раб на галерах, вкалывал на погрузке «Темзы». По Мейн-стрит запрещён проезд гужевого транспорта с его «выхлопом» из навоза… А вот автомобилям можно. Их тут очень мало, и людям нравится наблюдать за техникой, символизирующей прогресс. Часто встречаются велосипеды: от вполне современных китайских и настоящих раритетов древности до кустарных самоделок жуткого вида и качества. Ребята рассказывали, что жители Манауса постепенно скупили почти все велики на Лете. Велорикши есть в Панизо, а в этом городе такой вид транспорта не приветствуется.