Шрифт:
Александр Бачило
Новоселье
(жилищно-эксплуатационный триллер)
Темнота постепенно скапливалась на окраине города, чтобы двинуться отсюда в решающее наступление сразу по всем улицам. Только зубчатый силуэт полуразрушенной постройки в окружении жидких древесных крон чернел на фоне городского зарева, да великанами, изрыгающими тучи мрака, вставали над окраиной заводские трубы. Больше ничего не было видно.
Однако человек в долгополом плаще и шляпе, низко надвинутой на глаза, уверенно шел в темноте извилистой дорогой. Дорога, некогда асфальтированная,
По одному ему известным приметам незнакомец отыскал нужный поворот, и скоро перед ним выросла темная масса, вблизи оказавшаяся длинным деревянным строением в два этажа. Приблизившись к нему, человек остановился. На мгновение ему показалось, что в одном из окон мелькнул тусклый огонек свечи.
– Странно, - тихо прошептал незнакомец и взялся за дверную ручку.
Отчаянный скрип, казалось, пробудил уснувший дом. Эхо прокатилось по длинному коридору, и где-то в глубине его раздался не то плач младенца, н то кошачий вопль. Глухо отозвалось на чердаке. Из-под ног человека, ступившего в сырой мрак за дверью, с шуршанием и писком во все стороны бросились мелкие твари.
Двигаясь наощупь вдоль стены, он попал в коридор. Удушливый запах плесени и разложения не пугал его, сочившиеся влагой бесформенные лоскутья, свисавшие из-под потолка, он только отводил рукой, когда они задевали его по лицу.
Вот, наконец, и нужная ему дверь.
Незнакомец, не снимая перчаток, вынул из кармана ключ, вставил его в замочную скважину и осторожно повернул. Дверь открылась.
– Фф-уу!
– вздохнул человек в плаще.
Он шагнул в комнату, и сейчас же тяжелые кожистые складки налетели на него сверху, обхватили голову, не давая дышать. Но человек не сдавался. Отчаянным усилием он освободился из опасных объятий и отшвырнул атаковавшее его существо в сторону.
– Нарочно, что ли, проход загородила?
– сердито зашипел он.
В темноте вспыхнула спичка.
– Коля, ты?
– жена, не вставая с кровати, зажгла свечу на столе и поправила одеяльца ребятишкам. Чего так поздно?
– Чего, - буркнул Коля.
– Заседали опять!
– Пальто зря убрал. Повесь обратно на дверь. Из щелей дует невыносимо. Анечка кашляла весь день. Хоть бы ты прибил там рейки какие-нибудь или войлок...
– К чему там прибивать? Труха одна. И квадратности в косяках нет. А что со светом опять?
Жена пожала плечами.
– Отключили... Еще днем. Хорошо, я в обед успела каши сварить. А потом к плите было и не протолкнуться. Зоя Федоровна с Пасюхиной подрались... Да, в общем, как всегда.
Она откинулась на подушку и смотрела, как муж, с трудом балансируя в узком проходе между кроватями, пытается стянуть с ноги ботинок.
– Коль, а Коль. Вы про что заседали-то? Не про квартиры?
Николай, отогнув простыню, присел на матрас. Кивнул устало.
–
– Ну?
– Ну что - ну? Не будет нам ни хрена! Ни в восемьдесят девятом, ни в девяностом!
– Ты ж говорил, на заводе денег много. От новых заказов. И все пойдут на жилье...
– Что деньги...
– Николай задумчиво смотрел на пламя свечи.
– Понимаешь, Галюха, какая беда: не в деньгах теперь счастье. Стройматериалов нет, и не достать. Строить некому. А если самим браться - половину людей придется с заказов снимать. Того и гляди - сроки полетят. И не будет ни денег, ни строительства. Вот и крутись... Ладно, давай спать.
Галина отвернулась к стенке и долго лежала молча, но Николай знал - не спит. Минут через десять она стала тихонько всхлипывать, вздрагивая плечиком.
– Ну чего ты?
– Коля повернулся и обнял жену, поместив ладонь в теплой выемке между ее большой мягкой грудью и большим мягким животом.
– Не могу я тут жить больше, Коля, - тихонько, чтобы не разбудить детей, рыдала Галина.
– Воды нет, света нет, тепла тоже... Дети болеют, крысы последнее воруют, талоны вчера сожрали на крупу, идиоты. Соседи сволочи, перестреляла бы всех, гадов! Не могу-у!
– Ну ладно тебе... что ж теперь... потерпи еще, может это...
Коля помолчал, потом поцеловал ее в затылок и, тяжело вздохнув, прибавил:
– Как будто бы я могу!
Начальник отдела капитального строительства Григорий Ефимович Моралевич поднял глаза от чертежа и вздрогнул. Прямо перед ним, развалясь на стуле, сидел незнакомый субъект да еще и улыбался очень свободно. Между тем, Григорий Ефимович полагал, что в кабинете он совершенно один.
– Кхм!
– с легким смущением кашлянул начальник.
– Слушаю вас.
– Я по поводу жилья, начал посетитель, становясь серьезным.
– Вчера было собрание...
Моралевич не дал ему закончить.
– Нет, нет! В жилкомиссию!
– замотал он головой.
– Я вам не могу дать никакой информации...
– А я могу, - тут же заявил субъект.
– У меня есть именно то, что вам нужно.
С ловкостью фокусника он выдернул из воздуха визитную карточку и протянул ее Моралевичу.
– Мы готовы заняться вашим жилищным строительством. Из наших материалов.
Григорий Ефимович недоуменно поднял густую бровь и заглянул в визитку. На глянцевом картоне красовался фирменный знак, составленный из разноцветных концентрических окружностей, рядом мелко, но разборчиво было напечатано: "Совместное предприятие "Преистройка"". Григорий Ефимович еще раз перечитал название предприятия и поднял вторую бровь.
– А, это!
– заулыбался посетитель.
– Не обращайте внимания! Поначалу в документах вышла опечатка, а потом решили так и оставить. Для оригинальности. Время теперь такое, все спешат... Вот я вам проектик проектно-сметной документации покажу. Это же не дом, а игрушка! Пальчики оближите! Шесть тыщ пятьсот квадратов, двести шестнадцать квартир, как с куста. И все из наших стройматериалов, до последнего гвоздика...