Новоумие
Шрифт:
Нам очень повезло, потому что в этом семестре нашим тренером был сам Гай Хэйнс, [13] приглашенный профи. Мистер Хэйнс выставил нас с Кристиной против пары безымянных учеников из массовки.
Игра началась, и я была приятно поражена силой и уверенностью, с которой я била по мячу — куда подевалась неуклюжесть, периодически тормозившая мое стремление к спортивным достижениям?
Я видела, как мистер Хэйнс одобрительно закрывает лицо руками: очевидно, после моих ошеломительных успехов, он уже не мог смотреть на остальных. Впрочем, мне показалось,
13
Теннисист Гай Хэйнс — герой фильма Альфреда Хичкока «Незнакомцы в поезде», снятого в 1951 г.
Я уже хотела пожаловаться мистеру Хэйнсу на их недопустимое поведение, но тут матч неожиданно подошел к преждевременному и кровавому финалу.
Сейчас я вам расскажу, как было дело. Я как раз отбивала подачу блестящим ударом над головой, но ракетка случайно выпала у меня из руки и со всей силы шмякнулась на пол. Все произошло так быстро! Я услышала звук треснувшего дерева и увидела щепки, разлетевшиеся во все стороны. В следующую секунду я весело рассмеялась — нет, только такая растяпа, как я, могла сломать твердую теннисную ракетку!
Мои одноклассники прекратили играть, но почему-то не смеялись и даже не смотрели на меня, несмотря на очередную демонстрацию моей очаровательной неловкости. Вместо этого они все пялились на Кристину, которая валялась на спине, пригвожденная к полу длинным зазубренным обломком ракетки. Одежда на ней быстро становилась красной, и кровь мощной струей хлестала из дырки в груди, похожей на весьма серьезную рану.
Остальные ученики были парализованы ужасом. Такое и раньше нередко случалось в моей старой школе, поэтому я чувствовала себя достаточно опытной, чтобы взять ситуацию в свои руки.
— Отойдите назад, не толпитесь вокруг нее, дайте ей воздух. Продолжайте играть в теннис, через несколько минут она, так или иначе, перестанет истекать кровью.
На лице у Кристины появилось на редкость забавное выражение, кажется, она была искренне потрясена моими словами. Наверное, ее поразили качества лидера, которые я столь блестяще продемонстрировала.
«Ты права, подруга Кристина, я гораздо более сложная и удивительная личность, чем ты могла себе представить!»
Мистер Хэйнс схватил Кристину за руку и крикнул Джастину что-то насчет скорой помощи. Кажется, он всерьез запаниковал: видимо, не привык сталкиваться с кризисными ситуациями. Однако он сумел сохранить приятные манеры и вежливо отклонил мое предложение о помощи, напомнив, что я уже достаточно сделала, поэтому мне лучше уйти из зала, от греха подальше. Какой джентльмен!
Последовав его совету, я побежала в раздевалку, весело помахав Кристине, которую, подняв с пола, клали на каталку.
— Увидимся за обедом, Крисси!
Когда я закончила переодеваться, прозвенел звонок. Я поспешно выбежала из раздевалки, спешно сделав вид, будто спешу послушать последние сплетни в кафетерии, и налетела на одного из парней с английского.
— О, Бегги, светлый ангел,
Еще одно предложение? Это становилось скучным. Сначала Джастин после английского, теперь этот парень, у которого, насколько я знаю, даже имени нет. Почему все ребята в Академии пристают ко мне с этой любовной чепухой? Ладно, от этого парнишки я, кажется, знаю, как избавиться.
— Рейв-вечеринка? С удовольствием, просто скажи, как тебя зовут и дай свой телефон, чтобы я могла позвонить тебе и обо всем договориться.
— М-мое имя? Это, м-м-м-м-м… — Несколько мгновений он обдумывал мой вопрос, а потом уныло сгорбился, признав свое поражение. Я пошла дальше.
Я была уже сыта по горло этим Днем арабских сказок, но мои страдания еще не закончились. У дверей кафетерия толпилась кучка парней, старательно делавших вид, будто они никого не поджидают.
Заметив меня, один из них бешено замахал рукой и быстро залопотал:
— О, что это, видать, уж время обеда подоспело? Пора подкрепиться, а вот и Бегги — наша Солнечная машина!
Эти слова подстегнули остальных, и не успела я опомниться, как меня окружила плотная толпа скромно улыбающихся парней. Некоторые из них держали в руках листы бумаги и выкрикивали странные слова, типа «ибо», «соблаговолите» и «рок», а другие хватали меня за волосы или пытались прижать мои руки к своей груди.
Когда их поджарые юношеские тела тесно сомкнулись вокруг меня, я почувствовала себя ошеломленной и почти обесчещенной.
— Прошу вас, уважайте мои границы! — закричала я.
Сама не знаю, как мне это удалось, однако точное попадание локтями и коленями в ограниченное число правильно выбранных болевых точек противников вскоре позволило мне отогнать их настолько, чтобы можно было пуститься наутек. Влетев в неприступную твердыню женской раздевалки, я рухнула на скамейку и попыталась отдышаться.
Все это становилось очень странным. Я знала, что Чип запал на меня с первого дня, когда я появилась в школе, но теперь оказывалось, что все остальные парни в школе тоже жадно домогаются моего внимания. Кино, ужины, поездки на мыс Вдохновения… Меня со всех сторон осыпали романтическими предложениями, и я искренне не понимала, в чем тут дело.
— Понятно, что Глухомань Виладж — городок небольшой, но и здесь можно найти кучу девушек, гораздо красивее меня! — бормотала я, пытаясь привести себя в порядок.
Мои роскошные струящиеся волосы были спутаны руками обезумевших поклонников, одежда оказалась порвана сразу в нескольких местах, и живописные лохмотья опасно обнажали мое тугое юное тело.
Я посмотрела в зеркало на свое невыразительное, ничем не примечательное лицо. Мои элегантно очерченные брови слегка хмурились, а ясные глаза смущенно сверкали из-под длинных, трепещущих ресниц. Приоткрыв полные алые губы, я тихо вздохнула:
— Ты такая обыкновенная, Бегги! Наверное, все дело в их половых гормонах или уж я не знаю! Уверена, они точно так же атаковали бы бедняжку Кристину, если бы ее не погрузили со всеми предосторожностями в реанимобиль.