Новые бродяги
Шрифт:
Вот, к примеру, Крещение. В европейской части России в этот день во всех храмах выстраиваются длиннющие очереди за святой водой. Что делают с ней после того, как заполучат заветную бутылочку и принесут домой, всегда оставалось загадкой. Староверы же Бурятии её используют и весьма необычно. Окунают в неё обычный школьный мелок и рисуют крестики на окнах и дверях. Ну, как тут не вспомнить русский языческий обычай в ночь на Ивана Купалу класть на подоконники и порог дома крапиву, дабы защитить жилище от нечистой силы.
Или взять те же подношения духам в виде привязывания ленточек на деревья. Экологи бьют тревогу, природа загрязняется, а ленточек настолько много, что деревья не могут нормально развиваться. И не удивительно, ведь их вяжут все: и буряты, и туристы,
– Мы живем на земле шаманов, – говорят они, – И должны соблюдать обычаи земли, приютившей нас.
Хотя ленточка совсем необязательный атрибут. Может быть спичка, монетка или любой другой предмет, главное, показать духам свою добрую волю в приношении даров.
Сначала диву даешься, а, поразмыслив, понимаешь: мудро живут эти люди.
И почему-то вспоминается описанный Умберто Эко бразильский ритуал, тот «где вас ни о чем не просят, не просят даже верить. Только наблюдать, уважительно, конечно, в духе той же толерантности ко всем верам, с которой они принимают вас самих вместе с неверием вашим».
***
Когда вернулись в машину и тронулись в путь, Лена принялась без остановки рассказывать легенды про Байкал и окрестные места. Многие из них были широко известны, в том числе и Рите, и, в общем-то, в повторениях не нуждались. А Костя фольклором вообще интересовался мало.
Но две легенды показались Рите стоящими ее «молескина», и она, удобно расположившись на заднем сидении, начала записывать.
***
А знаете ли вы, почему у буддистских монастырей – дацанов крыши имеют загнутые края? К бурятам этот обычай строительства пришел из Китая. Существовало поверье, что во время дождя драконы спускаются с небес и катаются со скатов крыш как с горок. Но иногда случались казусы – драконы падали на монахов. И тогда они (монахи, а не драконы) начали строить крыши с загнутыми вверх краями. Драконы, скатившись с крыши, не падали, а подскакивали вверх, на небо. На монахов, соответственно, никто не падал. И, как сказал бы профессор Преображенский «Вот и хорошо, и никаких разрух».
***
Рита тихо засмеялась своей мысли. Ей внезапно подумалось, что у каждой легенды есть какая-то реальная основа, какой-то факт, который впоследствии оброс вымыслами. Так вот, интересно, что или кто падал на монахов с крыши в те давние времена? Или это на них так длительные медитации влияли? Или уже в те времена много «бурханили»?
Не найдя ответа, Рита вернулась к записям. Вторая легенда была совсем другая по характеру и настроению.
***
По дороге на Байкал есть река Хаим. Ее название с ударением на второй слог Хаи'м означает по-бурятски «медвежий угол». А с ударением на первый слог Ха'им – еврейское имя. Так звали старика, который в незапамятные времена помогал здесь беглым каторжникам, давал кров, кормил, даже деньжат подкидывал. И вот однажды погоня вышла на дом Хаима. Он отправил своих сыновей и беглых каторжников по подземному ходу, а сам остался в доме отстреливаться. Да только погоня стрелять не стала, а просто-напросто сожгла дом отважного еврея вместе с ним самим. Так закончился тихий протест Хаима против системы, а его именем назвали реку.
***
– Ну, всё, дальше сами. Пока, созвонимся, – Лена махнула рукой на прощание и, лихо развернув «Ниву» на песчаном берегу, умчалась прочь.
Глава десятая
Новое экономическое чудо
Рита стояла на берегу Байкала и пыталась разобраться в своих чувствах. То ли завышенные ожидания, то ли прочитанные книги и легенды сыграли с ней злую шутку, но Байкал не произвел на нее того впечатления, которого она ожидала. Конечно, она не рассчитывала
Вот что по-настоящему поразило Риту на Байкале, так это отношение к нему людей. С одной стороны, в прибрежных поселках и деревнях даже газовое отопление запрещено, вредно, видите ли, для экологии. Так и живут целые деревни на печном отоплении и подчас даже без электричества. Дома там зимой заметает снегом под самые крыши, а у жителей из всей техники только лопаты. Ни выехать, ни въехать, так и зимуют как на необитаемом острове. Зато, с другой стороны, несколько лет назад на Байкале был развернут грандиозный проект «Особая экономическая зона «Байкальская гавань». Идея, как обычно, была благая – создать на знаменитом озере благоустроенный курорт с отелями, ресторанами, набережными и собственным причалом, так, чтобы не хуже импортных получился и привлекал туристов и инвесторов. Для этого огородили забором несколько километров побережья, закатали берег в бетонный плен, построили красивый маяк и … всё. На этом энтузиазм и средства иссякли. Точнее, освоили только 16 из 40 миллиардов рублей, выделенных проекту, но остальные как-то незаметно и скромно, не привлекая к себе внимания, канули в небытие. Чиновники немного растерялись от таких финансовых дематериализаций, но быстро нашлись и щедрой рукой передали проект в региональное управление. Местные власти так «обрадовались», что даже испугались. У них денег на первостепенные нужды нет, а тут «Байкальская гавань» как снег на голову. Вот и стал значительный кусок байкальского восточного берега унылой заброшенной стройкой, с самого начала обреченной на провал. Вот скажите, кому пришло в голову строить курорт на месте впадения реки Турки в Байкал, где её русло рассекает горные хребты, защищающие берег от ветров, и создает ветряную трубу? Где немилосердно дует даже в жаркую погоду, а в остальное время прямо-таки сбивает с ног? Или кто придумал строить гостиницу на противоположной от «Гавани» стороне дороги в непосредственной близости от линии электропередачи? Вам бы понравилось жить под постоянно гудящими проводами высокого напряжения? Да еще и не прямо напротив курорта, а в стороне, потому что прямо напротив него… Что бы вы думали? Правильно, кладбище. Ну, а где же еще прикажете строить курорт?
Рита с Костей, приехавшие на попутке посмотреть на «новое экономическое чудо», побродили по унылому бетонному царству с парой белых беседок, недостроенными дорогами, кучами мусора, гонимого порывами ледяного ветра, и, как апофеоз всего, с новеньким маяком, предназначенным, увы, не для навигации, а для развлечения и ублажения капризного до зрелищ туриста. Бродяги с трудом дошли до маяка под завывания ветра (машины на территорию почему-то не пускали) и обнаружили на входе пожилую бурятку, которая сообщила, выдыхая им в лицо клубы табачного дыма, что вход в маяк запрещен, а чтобы получить разрешение, нужно куда-то обратиться, чтобы получить какую-то бумагу, точнее она не знает. Рита сразу вспомнила остроумные слова М.А. Булгакова о том, что «необходимо сейчас же, тут же, не сходя с места, составить какую-то коллективную телеграмму и немедленно послать её».
На двери маяка висело объявление «С вопросами и предложениями обращаться к старшему смотрителю». Где найти старшего смотрителя, бурятка не знала, впрочем, как и младшего или хоть какого-нибудь смотрителя, к которому можно обращаться с вопросами и предложениями. От денег за вход тоже отказалась, туманно мотивировав тем, что «распоряжения не было». От кого оно должно поступить, бродяги даже не стали выяснять – бесполезно. Вот и получается, маяк для туристов, но туристам туда нельзя.