Нулевой Горизонт
Шрифт:
– Кастра, срочно ищи путь в обход. Остальным приготовиться срочно уходить, – после полуминутного размышления решился я, продолжая наблюдать за неизвестной группой через прицел.
– А может, попробуем поговорить? Это может сократить нам время поиска спуска вниз, – устало спросил Тилорн.
– Это если повезет, в противном случае потеряем время, боезапас и, не дай бог, кто-то отправится на репликацию, риски слишком большие.
– Согласен, – признал он мою правоту спустя пяток секунд молчания. – Задач и так выше крыши. Нужно закрыть договор с ДиЛайн, разобраться
Ну и хорошо, раз Тилорн это все понимает, потом не придется объяснять и разжёвывать это все ему по пунктам. Сверившись с метками на карте, убедился, что Кастра начала нарезать круги по первому этажу, аккуратно перебегая от одного окна к другому и ненадолго замирая возле них, изучая обстановку.
Учитывая скорость неизвестной группы и то, что они двигаются чуть ли не зигзагом до нас, им добираться еще минут пятнадцать. Поэтому у Кастры есть еще время, а я пока продолжу наблюдение, тем более если я правильно запомнил дистанцию идентификации, то они должны выйти на нее с минуты на минуту.
Пробегаясь взглядом через оптику по всей колонне, когда она была в зоне моей видимости, я все равно каждый раз возвращался к той непонятной фигуре в плаще. Непонятно, почему мой взгляд снова и снова притягивал этот неизвестный. Убрав голову от прицела, я уткнулся стеклом очков в правое плечо и, закрыв глаза, прислушался к себе.
Некоторые отрицают такое понятие, как шестое чувство, другие, наоборот, превозносят это понятие и слишком серьезно его воспринимают. Я всегда к этому относился немного по-своему: ничего в этом сверхъестественного я не вижу, просто человеческий мозг обрабатывает намного больше информации, чем мы можем осознать. Вот и получается, что часть полученных данных мы не можем осознать, но они все равно поступают в мозг и беспокоят нас.
Вот и сейчас, прекратив наблюдать за группой и закрыв глаза, пытаюсь понять, что же так привлекает мое внимание в этой фигуре. Вооружения нет, ну так, может, это псион, или просто прячет оружие под полами плаща, хотя чего-то серьезного там не спрятать, явно бы периодически проступали очертания. Поэтому склоняюсь к мысли, что это псион. Покатав мысль в голове, откинул от себя. Нет, не то, не это меня беспокоит.
Постоянно опущенный капюшон и то, что он не осматривается по сторонам? Ну так перед ним идет боец, который прикроет, а сзади техник, который может поддержать, а если это действительно псион, то он спокойно может быть сенсором, который не отвлекается на обзор глазами, чтобы не пропустить что-то неприятное для группы.
Походка? Ну да, короткие шажки, ноги расставляет при шаге не широко, практически на одной линии, свойственно это чаще всего девушкам, да и сама фигура не сильно крупная, поэтому это действительно может оказаться девушка. Но вот с какого перепуга меня это должно напрягать? А вот ни капли, я много знал девушек, которые и в армии служили, и в горячих точках бывали, да практически в любой сфере девушки работают наравне с парнями. Поэтому ничего странного в этом нет.
Так что же это? У меня сейчас мозг закипит, пытаясь осознать, за что именно зацепилось мое сознание в этой фигуре. Стоп, да нет, не может быть.
Снова прильнув к прицелу, попытался найти ту фигуру в плаще, но я даже группы не смог нащупать, одно из зданий скрыло их от меня. Пришлось почти минуту, нервничая, ждать, пока они появятся в зоне видимости. А тут еще и Кастра вышла в эфир.
– Нашла путь, можем выдвигаться. Там только пару сотен метров нужно будет ползком преодолеть, но, в общем, ничего сложного. Да еще и уйдем метров на восемьсот в сторону от их маршрута. Можно будет переждать, и потом вернуться при необходимости.
– Хорошо, но пока ждем, – немного огорошил я ее.
– Что-то случилось? – сразу поинтересовалась она.
Вот иногда поражаюсь природному умению девушек улавливать мельчайшие изменения интонации. Нам, мужикам, чаще всего для такого нужно тренировать свое внимание, а у них это в большинстве случаев получается само собой. Пустой отговоркой отмазываться не хотелось, поэтому сказал почти правду.
– Хочу убедиться в своих подозрениях насчет группы. Если окажусь неправ, сразу уходим.
– А если прав? – уловила недоговоренность уже Ирала.
– Тогда решу, что будем делать. Но пока ждем и готовимся, если что – сразу уходить по команде.
В этот момент голова колонны начала выныривать из-за здания, позволяя рассмотреть каждого по мере появления. Как только появилась фигура в плаще, я сразу перевел взгляд в район пояса. Черт, не видно, идет ровно, полы плаща практически не двигаются, но вот ему или ей пришлось переступить через глубокую выбоину в асфальте, и передняя часть плаща качнулась, и на обратном движении четко обрисовала сжатые перед собой руки в весьма неудобном положении с прижатыми вплотную друг к другу кистями.
Вот за что цеплялось мое внимание, этот человек все время, пока я за ними наблюдал, держал руки перед собой в таком положении, и периодически тонкая материя плаща обрисовывала этот выступающий элемент. А в таком положении и так долго чаще всего держат руки, когда они связаны или стянуты какими-то хомутами, ну или если руки в жестких наручниках, которые сцеплены не цепочкой, а спаяны между собой.
– Хреново! – емким словом в эфире озвучил я свои наблюдения. – Похоже, один из них пленник.
– Кто? – сразу заинтересовалась Кастра.
– Человек в плаще.
– Может, они захватили преступника? – логично заметил Тилорн.
– Скоро узнаем, они почти на дистанции идентификации.
Все замолчали, но напряжение витало почти физически, потому что был шанс как вступить в бой с этой группой, так и просто смыться в сторону на всех парах. Но в любом случае придется напрягаться, при этом особо не отдохнув после тяжелого перехода. А я теперь не сводил прицела с бойца, идущего первым, ожидая, когда проявится полоса здоровья и уровень.