Нумансия

Де Сервантес Сааведра Мигель

Н у м а н с и а н е ц

О Теоген, кого ты призываешь? Зачем о смерти редкостной хлопочешь? Кровавых дел позором покрываешь Ты родину! Своих друзей порочишь!

Т е о г е н

Нумансианец! Что ж ты забываешь Про меч свой? Страх берет? Или не хочешь? Знай, римлянин стоит перед тобою: Бери же меч, приготовляйся к бою. Такой вот способ смерти изберу я, Лишь он один приемлем и прекрасен.

Н у м а н с и а н е ц

Судьба, беду нам за бедой даруя, Нас на него толкает; я согласен. Пойдем же, друг, на площадь. Там, пируя, Горит костер; он стал не безопасен, Но

в нем спасенье. — Победитель может Предать огню того, кого уложит.

Т е о г е н

Отлично, друг. Пора! Приходят сроки, И умереть исполнился я жаждой. Убьет нас меч или огонь жестокий, — Провижу нашу славу в смерти каждой.

Уходят.

Сципион, Югурта, Квинт Фабий, Гай Марий; с ними несколько римских солдат

С ц и п и о н

Но если я теперь не ошибаюсь, И ложными нельзя назвать те знаки, Что нам поведали о состоянье Нумансии, — моленья, шум и стоны, И в ясном небе столб огня высокий, — То сразу возникает подозренье, Что бешенство и варварская ярость Врагов на них самих оборотилась. — Не видим больше мы людей на стенах, Нет часовых обычной переклички; Весь лагерь так ведет себя спокойно, Как если б жил в ненарушимом мире Свирепый враг, войны не объявляя.

М а р и й

Все скоро с достоверностью узнаешь. Угодно ли — тебе я предлагаю, Хоть знаю все опасности, что могут Представиться, — я поднимусь на стену И постараюсь рассмотреть получше, Чем заняты сейчас нумансианцы.

С ц и п и о н

Итак, ты, Марий, лестницу приставишь К стене и разузнаешь все, что надо.

М а р и й

Несите лестницу скорей!.. Эрмилий, Поторопись мне щит сюда доставить И белый шлем мой боевой пернатый. Клянусь, что если жизни не лишусь я, То лагерь наш все о врагах узнает.

Э р м и л и й

Вот белый шлем, а вот и щит твой круглый, И лестницу принес проворный Лимпий.

М а р и й

Юпитеру себя я поручаю Великому. Итак, спешу исполнить Обещанное.

С ц и п и о н

Щит свой выше, Марий, Приподымай, когда полезешь. Тело Все подбери, а голову особо Оберегай. Мужайся! Ты у цели. Ну, как там?

М а р и й

Что это, святые боги!

Ю г у р т а

Чему ты изумляешься?

М а р и й

Тому, что Передо мной озера красной крови, По улицам Нумансии простерты Тысячи трупов.

С ц и п и о н

А живых не видно?

М а р и й

Живых, должно быть, нет. По крайней мере, Мне на глаза таких не попадалось.

С ц и п и о н

Так спрыгни вниз, все рассмотри подробно. Гай Марий прыгает со стены в город. За ним последуй ты, мой друг Югурта, А за тобою — мы.

Ю г у р т а

Такая спешка Тебе не полагается по сану. Умерь свой пыл, начальник храбрый. Будем Ждать возвращенья Мария с отчетом О том, что происходит в непокорной Нумансии. Придерживайте крепче Мне лестницу. О праведное небо! Да! зрелище ужасное и вместе Прискорбное встает перед глазами… Как страшно это все! Горячей кровью Вся полита земля. И всюду трупы — На площадях, на улицах… Хочу я Сам

спрыгнуть вниз и разглядеть получше.

Югурта прыгает в город, а Квинт Фабий говорит:

Ф а б и й

Сомнений нет, зверей нумансианских Их варварская ярость побудила, Когда они отчаялись в спасенье, Подставить головы свои железу Своих мечей… На все пойти готовы Они, чтоб не отдаться в руки наши Победоносные. — Угроза эта Для них всего на свете ненавистней.

С ц и п и о н

Когда б один-единственный остался Из них в живых, нетрудно было б в Риме Всем доказать, что до конца сломил я Тот дерзостный народ, который Риму Врагом смертельным был; народ упрямцев, Которые бросались на любую Опасность, как на праздник… Ни единый Похвастаться не может римский воин, Что спину повернуть нумансианца Заставил он когда-нибудь. И храбрость Отчаянная их на ратном поле Причиною была, что применил я К ним средство, применяемое к диким Зверям. Я запер их. И эта хитрость Мне принесла триумф, который силой Не мог я взять. Но вот уже как-будто Гай Марий возвращается… Что скажешь?

Гай Марий возвращается, соскакивая со стены. Он говорит:

М а р и й

Напрасно, вождь, умом и силой славный, Отряды войск у крепости столпились. И твой пропал напрасно труд державный, Победы в дым и ветер превратились, Хоть мы, приблизив к нам успех конечный. Твой замысел исполнить торопились. Конец — столь жалостный, столь быстротечный — Нумансии не знавшей пораженья, В веках себя покроет славой вечной! Увидя в смерти — вместо униженья — Величье, вырвали триумф заветный Они у нас, ускорив приближенье Кончины в о л ь н о. Оказались тщетны Расчеты все. — Дух чести изначальный Не сломишь силой воинской несметной!.. Сам сжег себя народ многострадальный, — Кто их судьбою лютой не смутится! О длинной повести конец печальный! Нумансия успела превратиться В озера крови. И в озера эти Не могут трупов тысячи вместиться. От тех цепей, которых нет на свете Страшней и тяжелей, освобожденья Народ добился — от бича и плети! На площади горит без огражденья Костер и пожирает скарба кучи И тел истерзанных нагроможденье. И вот что мне помог увидеть случай: С волнением спешу вам рассказать я, Как гордо умер Теоген могучий. Он, посылая горькие проклятья Веленьям Рока грозным, в то мгновенье, Когда раскрылись пламени объятья, Так закричал: «Надеюсь, песнопенье Сложить про храбрых слава не забудет И описать тупое изумленье, В котором гордый римлянин пребудет, Увидев, что добыча дымом стала, Что он шипы взамен цветов добудет…» По городу я побродил немало, И многое на улицах заметил, Нумансианцев же — как не бывало. Ни одного я жителя не встретил, Не мог нигде ни одного живого Взять пленника, который бы ответил Нам толком, под влиянием какого Чудовищного бреда порешили Они приход конца ускорить злого.

С ц и п и о н

Заранее они меня лишили Всех добрых чувств и варварски жестоким Убийцею меня вообразили. Как будто состраданием глубоким Проникнуться к сраженным я не в силах?.. Мне долгом предначертано высоким Прощать врагов, когда я победил их! — Нумансианцам Сципион окажет Большую милость. Он уже простил их.

Ф а б и й

Вот твой Югурта. Пусть тебе он скажет (Хоть в гневе он) о том, что знать желаешь… Он просьбу сципионову уважит.