Няня
Шрифт:
— О-о! — застонала я, увидев, как на вершине холма среди сосен что-то движется. Светлая фигура. Кто-то вышел из-за деревьев и начал спускаться по дюне.
Я разглядела темные волосы, стройную фигуру. Женщина в белом топике и шортах шла, слегка размахивая руками.
Эбби!
— Элли? — закричала она и бросилась ко мне. — Элли! Ты тоже это слышала?
Я по-прежнему стояла, обхватив себя руками, зубы стучали не переставая.
Эбби неслась ко мне, взбивая песок сандалиями.
— Ты тоже слышала голоса? —
— Я ужасно боюсь, — призналась я.
Мы пошли к дому.
— Я крепко спала, — все еще задыхаясь, рассказывала Эбби. — Меня разбудили голоса, мужской и женский, доносящиеся из домика для гостей.
— Мне послышалось то же самое, — пробормотала я.
— Наспех одевшись, я прибежала сюда, — продолжала она, — голоса слышались довольно отчетливо.
Я остановилась и пристально посмотрела на нее.
— И что? Ты кого-нибудь видела? Ты видела, кто это?
— Элли, в домике никого не было. Пусто, ни души.
Я молча на нее уставилась, пытаясь собраться с мыслями.
— Эбби, ты веришь в привидения? — наконец смогла проговорить я.
Она не ответила; я видела, как дрожит ее подбородок. Эбби отвернулась и стремглав бросилась к дому.
28
Утром следующей пятницы мы с Мэгги встретились в доме Льюисов. Мы усадили обеих девочек Мэгги и Хизер с Брэндоном в «шевроле», собрав вещи для пикника — покрывала, термосы, игрушки и всякую всячину. Мэгги собиралась ехать к пресному озеру, находившемуся от нас примерно в десяти минутах езды, чтобы поплавать и отдохнуть.
Девочки Льюисов и Хизер сели в машину и тут же затеяли шумную возню со щекоткой, швырянием панамок на пол и громким пением. Брэндон в игре не участвовал, он сидел один и с отсутствующим видом смотрел в окно.
Было довольно рано, и все же мы не без труда нашли место на стоянке. Я увидела, как дети играют и плещутся в сине-зеленой воде.
— У берега озеро довольно мелкое, — сказала Мэгги, — так что дети могут спокойно купаться. Однако потом глубина резко увеличивается — примерно до трех метров.
Когда мы распаковались, солнце стояло уже высоко, и мне припекло затылок.
— Ты выглядишь усталой, подруга, — заметила Мэгги, когда мы перетаскивали тяжелые сумки со стоянки к берегу. — Что, не пропускаешь ни одной вечеринки?
— Вечеринки? — рассмеялась я. — Ну конечно.
Наверное, она не читает газеты и не смотрит телевизор. Тем лучше, ей не обязательно что-то знать. Зачем портить человеку отдых?
Берег озера был скалистым, покрытым крупной круглой галькой и обкатанными водой ракушками. Хизер заныла, что ей трудно идти. Мне пришлось взять ее на руки и тащить вместе с сумками.
— Там, откуда
— Целая куча! — кивнула я. — Это место очень похоже на Висконсин, особенно высокие деревья вокруг озера. В Хэмптоне очень красиво, правда? Океан, бухта и еще озеро!
— Купаться! Купаться! Хочу купаться! — заныла Хизер, и сестрички Льюис тут же последовали ее примеру. Брэндон шел, немного отстав; он подбирал камешки и швырял их в воду.
— Плавать только с кругом, — велела я Хизер и повернулась к Брэндону. — А ты будешь сегодня купаться?
Он кивнул.
— За Хизер нужно присматривать. Ты поможешь?
В который раз он посмотрел на меня пустыми, ничего не выражающими глазами.
Признаться, я иногда мечтала схватить Брэндона за шкирку, как следует встряхнуть и заорать: «Ну говори же! Говори!» Он так мне надоел! Только как до него достучаться?
Но тут, будто прочитав мои мысли, Брэндон подошел и взял меня за руку. Мне стало стыдно. Бедный! Что же на него так подействовало?
Мы выбрали место, поставили сумки, разложили одеяла и раскрыли пляжные зонтики. Я надула плавательные манжетки и надела детям на руки. Это оказалось не так просто — Хизер и Брэндон так и норовили выскользнуть и убежать к воде.
Мне тоже хотелось плавать. Солнце палило нещадно, и с меня начал капать пот. Мы с Мэгги повели детей к воде, пройдя мимо рыжеволосого мальчика, который тащил по гальке огромный черный круг. Впереди нас двое детей дрались из-за огромного куска пенопласта. Война кончилась слезами из-за того, что пенопласт сломался пополам.
Когда мы проходили мимо плачущих детей, я заметила, что Брэндон злорадно усмехнулся. Почему ему нравится, когда другие плачут?
Радостно визжа, фыркая и брызгаясь, дети бросились в теплую воду. Даже Брэндон не остался в стороне.
Естественно, он не упустил возможности попугать меня. Брэндон лег на воду лицом вниз, так ловко изображая утопленника, что мое сердце начало бешено колотиться. Затем он поднял голову и со странной усмешкой повернулся ко мне — будто понимал, что сумел сильно меня напугать, и был этим очень доволен.
Мы с Мэгги следили за ними по очереди. Сначала она осталась с детьми, чтобы я могла зайти подальше на глубину и как следует наплаваться. Потом я ее сменила.
— Мне нравится твой купальник! — заявила Мэгги, когда мы вытирались полотенцами. — Очень откровенный!
— Откровенный? — засмеялась я. — Ты так думаешь?
Я надела ярко-красное бикини, и, конечно, Чип не удержался и похвалил его, когда я выходила из дома.
Вообще-то после того случая с отрезанной рукой он стал вести себя поприличнее. Харпер постоянно повторял, что сможет защитить меня от кого угодно. Но я то и дело ловила на себе его взгляд, когда он делал вид, что читает газету или журнал.