Нью-Йорк
Шрифт:
Сара Адлер погибла. От нее, как и от тысячи других, не осталось следа. Полное и окончательное исчезновение.
Но не абсолютное. Ее помнили. Всякий раз, когда Горэм смотрел на огромный небесный пробел, где стояли башни, он вспоминал о ней с благодарностью и любовью. И точно так же помнили о тысячах других.
И он был рад, что на месте башен вырастет новая – Башня Свободы, ибо считал,
Он продолжил путь. Прошел мимо «Уолдорф-Астории» и офисного анклава вокруг прекрасной, в византийском стиле, церкви Сент-Бартоломью. Близилось время ланча, и перед входом в один из банков заиграл джаз. Люди стягивались послушать: кто стоя, кто сидя.
До чего хорошо на солнышке! Даже в Нью-Йорке бывает, что время приостанавливает свой бег.
И вдруг до Горэма дошло. «Земляничные поля», с которых он пришел, и Башня Свободы, о которой он думал, взятые вместе, разве не содержали они слова, говорившие об этом городе все, слова, которые только и были важны? Ему показалось, что да. Два слова: в одном – призыв, во втором – идеал, приключение, необходимость. «Представь», – сказал сад. «Свободу», – подхватила башня. Представить свободу. В этом был дух, завет его любимого города. На самом деле ничего другого не нужно. Возмечтай и сделай. Но сперва возмечтай.
Представь. Свободу. Отныне и навсегда.
Благодарности
Готовясь к написанию этого романа, я изучил великое множество книг, статей и других материалов. Ниже я, в частности, с удовольствием благодарю следующих людей.
Сердечная благодарность профессору Кеннету Т. Джексону за исключительно любезное и доброжелательное общее руководство, а также за «Энциклопедию Нью-Йорка», которая занимает на моем столе почетное место рядом с замечательным «Готэмом» Эдвина Дж. Берроуза и Майка Уоллеса.
Вот уже тридцать лет я нахожусь в неоплатном долгу перед кураторами и сотрудниками Нью-Йоркской публичной библиотеки, а также благодарю за любезную помощь всех представителей Музея Нью-Йорка, Нью-Йоркского исторического общества, Национального музея американских индейцев, музея «Саут-Стрит-Сипорт»,
Одной из величайших радостей моей профессиональной деятельности является возможность сотрудничать с выдающимися историками, учеными и экспертами. Люди, перечисленные ниже, любезно прочли фрагменты – иной раз сотни страниц – моей рукописи, внесли поправки и дали бесценные советы. Итак, я имею часть поблагодарить Грэма Рассела Ходжеса, профессора раннего периода истории Америки из Колгейтского университета; Эдвина Дж. Берроуза, профессора истории из Бруклинского колледжа, Городской университет Нью-Йорка; Кристофера Грея, сотрудника Бюро городской истории и колумниста «Городских пейзажей» из «Нью-Йорк таймс»; Барри Морено, куратора Мемориальной библиотеки Боба Хоупа на Эллис-Айленде; рабби Роберта Орканда из храма Бет Израэль, Уэстпорт, штат Коннектикут; Марка Фелдмана из Уэстона, штат Коннектикут. Все возможные недочеты остаются целиком на моей совести.
Особая благодарность Дэну Макнерни за его бесценную научную помощь. И хотя выделенный объем не позволяет перечислить многих людей, предоставлявших мне помощь, поддержку и информацию по ходу вынашивания этой книги, я хочу особо выделить следующие имена: Тереза Хейвелл Картер, Сэм Делгадо, Гарри Морган, Джоан Морган, Майлз Морган, Мария Пэшби, Мишель Келлнер Перкинс, Эд Рейнольдс, Уинтроп и Мэри Резерфорд, Сьюзен Сигал, Тим Смит и покойная Изабелла Х. Уоттс.
Многократно благодарю Марка Моргенфелда за любезную подготовку карт и Хейди Бошофф – опять же за исключительно грамотную обработку рукописи.
Наконец, как обычно, я благодарю моего агента Джил Кольридж, без которой я бы пропал, моих замечательных редакторов Оливера Джонсона из «Century» и Уильяма Томаса из «Doubleday», чьи образцовые скрупулезность и творческий подход к проблемам значительно улучшили исходный вариант, а также Шарлотту Хейкок из «Century» и Мелиссу Даначко из «Doubleday» за доброжелательную и терпеливую обработку рукописи на последних этапах.