НЖ. Том 3

Черкасов Дмитрий

– Других вариантов нет?
– ошеломленный новостью, произнес я.

– Есть.
– бодро ответил бог.
– Вот только другой вариант уже не понравится вам.

– В смысле?
– удивился я.

– Дело в том, что у тебя с Алисой есть возможность спасти остальных, но вот цена за это будет весьма серьезной.
– сделав паузу, бог внимательно посмотрел на нас.

– Моя жизнь?
– грустно усмехнувшись, произнес я.

– Опять таки, не совсем так.
– уклончиво ответил бог.
– Я могу передать тебе свои знания, и потом помочь освоить новую силу, с ней ты вполне сможешь, при поддержке Хана и Борея, победить Озила и его богов

на Изоне, отчего Герзул скорее всего вернется назад, ну или, по крайней мере, с ней можно будет договориться. Сразу скажу, победить богов будет непросто, а потом и договориться с Герзул может не получится. Но это единственный вариант, при котором есть шанс спасти ваших друзей.

– И в чем тут подвох?
– с подозрением спросил я, глядя на бога. Как-то уж очень все просто.

– Цена получения знаний и совмещение твоей души и источника очень велика.
– задумчиво произнес бог.
– Ты станешь другим, а после и вовсе растворишься на одном из планов реальности. Тебе станут доступны не только мои знания, но и все, что хранит твоя душа, все твои прошлые жизни. Это создаст нестабильность твоего ядра, и реальность просто напросто вытолкнет тебя за свои границы. Конечно, когда-нибудь ты снова сможешь собрать свою сущность в единое целое, но это случится нескоро.

– То есть?
– я не совсем понял, что имел в виду бог, но по-моему это весьма интересные перспективы. Узнать ответы на большинство вопросов. Вот только что-то не сильно хочется потом существовать в "нереальности".

– Сложно сказать.
– уклончиво произнес бог.
– Думаю, минимум пару десятков тысяч лет уйдет у тебя, чтобы собрать себе в единое целое, и это уже будет другой разум. И то, это минимальное время.

– Почему другой?
– хрипло спросил я.

– Найти компромисс со всеми разумами, что были до тебя - это, мягко говоря, сложно. А главное, в любом случае, тебе придется измениться, или умереть, не найдя точки опоры. К тому же, в твоем прошлом могли быть сознания сильнее тебя, а значит, они могут стать во главе твоей личности.
– медленно произнося слова, рассуждал бог.
– Добавь сюда мои знания и время, дабы найти все части тебя самого, и получишь ответ.

– Звучит странно.
– растерянно произнес я.

– Это не только странно звучит, но еще и так же работает.
– хмыкнув, заметил бог.

– Но если это так, то каким образом я смогу помочь?

– Ты не сразу откроешь все связи с душой.
– печально вздохнул бог.
– На это уйдет примерно месяц, может два, а может и неделя. Одно могу сказать точно, пять суток для решения вопроса у тебя будет точно, а потом все зависит от тебя и твоей души. У тебя и так очень хорошее соединение, так что не думаю, что процесс затянется. Как только ты почувствуешь чужие вспышки воспоминаний, это и будет началом процесса соединения. И только после этого реальность отторгнет твою новую сущность.

– Вы сказали, что если я не найду точки опоры, то умру.
– тихо и потерянно произнес я.

– Да. Хотя более точно будет добавить, что твоя душа восстановится сама в точке старта процесса, и отправится в твой прошлый мир на перерождение, правда в новой жизни помнить ты ничего не будешь.

– Алекс!
– воскликнула София, вскакивая с места.

– Что?
– удивился я.
– Ты против? Хочешь выбрать вариант спрятаться?

– Да.
– твердо произнесла София.
– Почему нет?

– То есть ты готова вернуться назад и, глядя в глаза Елене, Янсону, Ольге и другим, сказать, что у

нас была возможность вас спасти, но мы решили не рисковать? Так что ли?
– после всех этих новостей я был на взводе, отчего и вспылил. От моего напора София растерялась.
– Так что, сможешь?

– Нет.
– тихо и обреченно произнесла София, по ее щекам текли слезы.
– Но почему опять ценой тебя? За что? Почему не кто-то другой?

От такой реакции я сдулся, словно лопнувший шарик. Вся злость ушла, осталась только грусть. Встав, я подошел к Софии и обнял ее.

– Что поделать, но вот такой вот у тебя уникальный муж.
– гладя ее по голове, растерянно произнес я.
– Многие уже погибли на этом пути, видимо пришло время и мне рискнуть. К тому же, я ведь не погибну, а вернусь.

– Угу. Через тысячи лет, когда нас уже не будет в живых.
– буркнула София, прижимаясь ко мне сильнее, словно стремясь раствориться во мне.

– Это не совсем так.
– растерянно произнес бог. Кажется, я начинаю ненавидеть эту его фразу.
– Если Алекс возродится в своем истинном разуме, то я могу вас снова свести вместе, и даже сохранить Софии память об этой жизни.

– Слабое утешение.
– буркнула недовольно София.

– Согласен, шанс на такой вариант весьма мал.
– кивнул бог.
– Но все же, он существует. В общем думайте, время у вас на это месяц. Через месяц скажете свой ответ: если да, то я Алекса заберу с собой. Три месяца едва хватит, чтобы подготовиться.

Бог поднялся с кресла и, подмигнув Алисе, исчез. А нас выбросило в реальность. Интересно, как боги это делают? Однако, ну и выбор он нам оставил. С одной стороны - жизнь с памятью о друзьях, а с другой стороны - знания, о которых я только мечтал, и возможная смерть. Не будь рядом со мной Софии, даже бы секунды не думал. Узнать все, что знает бог, и при этом спасти друзей - это уникальная возможность. К тому же, кто сказал, что я так просто сдамся?

***

София после разговора с богом не могла спокойно сидеть на месте. Ей хотелось что-то сделать, куда-то бежать, придумать хоть какой-нибудь вариант, где не придется расставаться с Алексом, но при этом она отчетливо понимала, что выхода нет. Наверно именно поэтому она на пустом месте накричала на Алекса и убежала из их комнаты. Она жалела о своем решении, но ничего поделать с собой не могла. Только прибежав к Елене и все ей рассказав, после часа слез и истерик, она наконец смогла более-менее взять себя в руки. Но на этом все не закончилось. Всю неделю ее кидало из одной крайности в другую. То она стремилась быть как можно ближе к Алексу и жаждала его внимания, то видеть его не могла. Эти метания превратились в пытку. Знать, что скоро твой любимый уйдет навсегда, и при этом невозможность что-либо изменить, заставляли девушку совершать безумные, а порой глупые поступки. Собственно из-за этого она, через неделю после разговора с богом, сидела в комнате Ольги де Моунти, слушая очередную попытку ее успокоить.

– Кажется, мои слова ты просто пропускаешь мимо себя.
– огорченно произнесла Ольга, глядя на жалкую тень еще недавно веселой и озорной девчонки.

– Как будто ваши слова способны изменить будущее.
– мрачно сказала София, кутаясь еще сильнее в плед. В последнее время она постоянно мерзла. Даже тут, в комнате, где было довольно тепло, ей казалось, что холод одиночества сквозит вдоль позвоночника.

– Нет, но и ты его изменить не в силах. Так зачем себя мучить? Ты же понимаешь, что делаешь больно не только себе, но и Алексу.