О, Мари!
Шрифт:
– Заходите, Андрей, – пригласила Фаина. – Это наш новый литературный сотрудник, – повернулась она к нам.
– Здравствуйте, друзья! – бодро обратился к собравшимся Андрей. – Разрешите вручить этот букет Фаине, а бутылку прекрасного вина «Хванчкара» – хозяйке?
Все молча смотрели на веселого и раскрепощенного парня.
– Что-то случилось? Может, я не вовремя?
– Ничего особенного. Вчера заходила милиция, искала какие-то краденые вещи. Ошиблись домом, конечно, – сказал Марк. – Не будем портить выходной. Пойдемте готовить шашлык.
Марк
– Давид, можно вас на минуточку? – позвал меня Наум Аркадьевич. – Давайте зайдем в кабинет… Я знаю предысторию случившегося. Спасибо, что смогли убедить эту упрямую девчонку поступить таким образом. Дай Бог нам всем избежать трагических последствий. Как заставить ее не играть с огнем – не знаю. Все мои советы она игнорирует. Надеюсь, случившееся послужит для нее уроком. Давид, вы в курсе, что скоро мы с женой уезжаем в США? Мой брат во время войны попал в плен, после освобождения осел на Западе, а потом перебрался в Нью-Йорк. Сейчас он процветающий юрист. Брат прислал нам приглашение. Буду честен: я не вижу здесь будущего для моих детей. Тоталитарная власть, застой, коррупция, криминал, а главное – оголтелый, оскорбительный антисемитизм. Марк последует за мной, а вот Фаина упорствует. Притом приводит настолько нереальные, оторванные от жизни доводы, что диву даешься: вроде умная, начитанная девушка, а оказывается, живет идеологическими мифами!
Мы с профессором проговорили минут сорок. Потом я вышел на крыльцо и увидел, что Марк и Андрей уже снимают шампуры с огня. При этом наш гость, литработник, продолжал активно болтать и веселить девушек. Интересно, почему этот дородный парень не снимает пиджак, жара же приличная! Да еще и чуть приоткрытый портфель стоит рядом. Странно. Ах, вот оно что! Похоже, он записывает разговор! Надо проверить, конечно, вдруг я ошибаюсь? Но его недавнее появление в редакции и упорство, с которым он напрашивался в гости, как-то настораживает.
Подошел поближе. Андрей рассказывал очередной анекдот про Брежнева, стараясь подражать его голосу и манере говорить. Да этот подлец нас заманивает, втягивает в антисоветскую беседу. Потом сотрет свою часть и представит начальству запись, где ничего не подозревающие хозяева поддерживают его или сами рассказывают анекдоты. Сволочь! Нина хихикала, Фаина сдержанно улыбалась, Марк настороженно и недоуменно поглядывал на гостя.
– А, Давид! – заметил меня Андрей. – Иди сюда. Я сейчас такой анекдот про Ленина расскажу – он в Мавзолее перевернется!
– Что за глупости! – громко сказал я. – В этом доме политических анекдотов не рассказывают и разговоры на эти темы не ведут. У нас своя жизнь, свои молодежные интересы.
Все смущенно молчали, только Андрей, не обращая внимания на мои слова, попытался продолжить прерванный рассказ.
– Андрей, как ты запоминаешь столько глупостей? – подхватил мою мысль Марк.
– Ты говоришь по-армянски? – обратился я к нему на родном языке.
Он
– Давид, не ставь нашего гостя в неудобное положение, – нахмурилась Фаина.
– Почему неудобное, Фаина? Я хочу с ним познакомиться. Возможно, подружиться. Он мне очень понравился.
– Нравлюсь я вам или нет – мне до фонаря, – с вызовом заметил Андрей.
– Я вижу, вы обиделись? – я тоже перешел на «вы». – Пойдемте, сядем за стол, познакомимся поближе.
– Да, кстати, Андрей, вы ведь окончили филфак Краснодарского университета? – спросил Марк.
– Да, а что?
– Просто интересно. Дядя Давида – декан этого факультета. Вы его, конечно, помните?
– Помню ректора, проректора, – Андрей перечислил их фамилии. – Секретаря парткомитета…
– Хорошо. Очень хорошо. А с деканом вы знакомы?
– Да… конечно… Просто забыл.
– Андрей, как можно забыть своего декана? Вы же пять лет учились под его началом. К тому же он самый известный ученый среди всего преподавательского состава факультета, да и сам факультет небольшой, все на виду.
Андрей сделал еще одну попытку выкрутиться:
– Кажется, тогда деканом был другой человек, не родственник нашего друга Давида…
– Нет, он уже двадцать лет бессменный декан факультета, – соврал Марк.
Андрей молчал. Его полное лицо ничего не выражало, глаза стали стеклянными. Только темные губы слегка подрагивали.
– Пошли, мальчики, пора к столу, – пыталась спасти положение Фаина.
Андрей взял в одну руку несколько шампуров, в другую портфель и пошел с девушками к дому. Мы с Марком остались наедине.
– Ты понял, что подлец нас втягивает в разговор и записывает? – тихо спросил я. – Диктофоны у него в портфеле и в кармане пиджака. Заметил – портфель он оставил полуоткрытым, чтобы записывать на расстоянии.
– Давай проверим. Кто-нибудь из нас пригласит его в туалет, а оставшийся проверит портфель и вытащит диктофон, – предложил Марк.
Девушки вымыли руки и вернулись к столу, потом поднялся я:
– Пойдем, Андрей, руки помоем. Я покажу, где здесь туалет.
– Да не надо, я руки водкой оботру.
– Так нету водки на столе, ты же видишь. Пошли, пошли. Постой, ты что, в туалет с портфелем собрался? Не доверяешь хозяевам?
– Там… просто мои личные вещи…
– Послушай, что тебе там может понадобиться? Мыло, полотенце, туалетная бумага – все есть.
Все внимательно следили за нашей словесной дуэлью. Андрей нехотя встал и пошел за мной. Я, не закрывая двери, первым вошел в уборную и, продолжая разговаривать с ним, тщательно вымыл руки, лицо, вытерся полотенцем, долго причесывался, потом только вышел. Андрей за секунду ополоснул кончики пальцев и выскочил из туалета. Когда мы вернулись на веранду, по изменившимся лицам сидящих я догадался, что наши с Марком подозрения подтвердились. Андрей тоже это понял и заторопился:
– Совсем забыл, у меня же сегодня срочная встреча! К сожалению, я вынужден вас покинуть.