О, Мари!
Шрифт:
– Если ты имеешь в виду себя, то к тебе очередь, как в Мавзолей – не пробьешься.
– А ты попробуй! Ты же у нас герой, защитник слабых и обиженных.
– Но ведь, как известно, ты к их числу не относишься.
– Этого еще не хватало!
– Тогда зачем тебе мое внимание?
– Для спортивного интереса. Твоя парижанка думает, что она одна на этом свете и любого может охмурить и окрутить. Хочу тебя порадовать: у нас появился московский аспирант, сын директора «Интуриста» Генрих. Вчера он так развеселил твою парижанку, она так искренне хохотала в коридоре, что не замечала никого
– Спасибо за информацию. Но, знаешь, Мари вольна поступать по своему усмотрению.
– Поэтому ты сейчас так побледнел? Может, принести тебе таблеточку? Вдруг инсульт случится.
– Спасибо, не нужно.
– Бедный мальчик, у тебя даже голос изменился! Не думала, что ты такой чувствительный, а строишь из себя отважного рыцаря… Можно узнать, почему ты сегодня один? Как она вдруг отпустила тебя?
– У Мари сегодня домашний праздник, поэтому я и один. И она может быть одна, когда захочет.
– Что-то не заметно. Вы, как сиамские близнецы, все время вместе. Такое впечатление, что она охраняет все подступы к тебе.
– Ты сегодня как-то язвительно настроена. Может, завидуешь ей?
– Я завидую? Да я могу в любой момент заманить к себе и тебя, и любого, кого захочу.
– Ну ладно, Иветка, сегодня ты меня заинтриговала. С француженкой я объяснюсь – возможно, в последний раз.
– Погоди. А как же этот коварный аспирантик, интеллигент в очках? Вот кому врезать надо! Он у тебя девушку уводит и не боится! Даже Рафы не боится, а ведь знает, что вы друзья.
– Так-так, подруга, я сейчас только понял: ты хочешь, чтобы я по-дружески похлопал аспиранта по бокам, пристыдил: «Ай-яй-яй, как неблагородно уводить девушку у студента». А тебе-то что с того?
– Мне тебя жаль.
– О да, твой аргумент меня сразил. Тем не менее, спасибо за сочувствие.
– Я добрая, могу утешить…
– Эх, Иветка. Тобою движет только чувство неприязни к Мари, больше ничего. А я-то думал, ты славная девушка.
С трудом отвязавшись от Иветты, я подошел к телефону и позвонил Мари. Трубку сняла ее мать.
– Алло, мадам Сильвия, добрый вечер, это Давид. Могу я поговорить с Мари?
– Давид, два часа назад она поехала к вам домой поздравить твою маму и отца с Новым годом. Что-нибудь случилось, сынок?
– Нет-нет, мадам Сильвия, все в порядке, спасибо.
Быстро вышел на улицу, поймал такси и поехал домой. Открыл дверь ключом. Из комнаты доносились голоса мамы и Мари.
– А вот и Давид! – воскликнула мама, выходя мне навстречу. – Мы с Мари очень интересно беседовали. Недавно заходили Ирма и Рина, посидели с нами час и ушли. А почему ты пошел на вечеринку без Мари?
– Я узнал, что ее должен поздравить один аспирант, который учится в Москве.
– Ну что же, очень благородно со стороны этого аспиранта.
Мама принесла для нас с кухни еще чая и пахлавы, после чего ушла в свою комнату, оставив нас с Мари наедине.
– Думаешь, ты остроумен? – тихо спросила Мари.
– Нет, я думаю, что я обманутый идиот.
– Идиот – возможно. Но кто тебя обманул – я не знаю. Ты думаешь, я не
– И почему?
– Потому что ты подумал, что когда-нибудь я уеду в Париж и мы расстанемся.
– Да, я так и подумал. А как ты догадалась?
– Это было нетрудно. У тебя на лице все написано.
– Но Мари, ты же знаешь, что это когда-нибудь случится.
– Нам с тобой пока надо готовиться к экзаменам.
– Ладно, нянюшка. А как насчет того аспиранта, с которым ты так громко хохотала, будто хочешь спящего в Мавзолее разбудить?
– Во-первых, тот, который «живее всех живых», не спит, и будить его не надо. Во-вторых, Генрих пришел вручить мне подарок. И знаешь, что он принес? Точно такую же куклу, какую подарил мне ты. Я сказала, что уже получила такой же подарок от любимого человека, и наши давно прерванные отношения окончательно завершились.
– Он не поинтересовался, кто твой так называемый любимый человек?
– Он сказал, что Иветта была права.
– Молодец, Иветта, настоящая подруга. А я-то ее ругал. А что с куклой?
– Я ее вернула, а он забрал. Это так похоже на него…
Глава 10
– Давид, – подбежала ко мне покрасневшая от удовольствия Иветта, – если, конечно, это тебе интересно, то Мари сегодня, как и вчера, на больших переменах чересчур радостно и оживленно общалась с Аресом Атояном!
Доцент Атоян, сравнительно молодой, красивый мужчина с артистической внешностью, уже несколько лет вел на республиканском телевидении уроки английского языка, которые пользовались бешеной популярностью, особенно у дам бальзаковского возраста и юных студенток. Его популярность возросла еще больше после громкого скандала, связанного с его романом с одной красивой телеведущей ереванского телевидения. Доцент Атоян, тоже приезжий, но из Великобритании, развелся с женой, оставив ее с двумя малолетними детьми, и вел довольно бурную холостяцкую жизнь. Своей последней эскападой он как бы обозначил готовность к свершению других подвигов такого же плана, что резко повысило его рейтинг среди любительниц английского. Его знала буквально вся республика. Образ жизни Атояна, его манера одеваться и причесываться тут же копировались многочисленными поклонниками, в основном молодыми людьми из артистической и научной среды.
Обида душила меня. Вот сволочь! Нашел себе беззащитную куклу, хочет вскружить голову бедной девушке, ищущей свой путь в жизни. А что я могу ему противопоставить? Свою молодость? Бицепсы? Возможность безнаказанно побить уличную шпану? Что я могу предложить? Достать билеты в кино, в театр? Угостить, и то не всегда, хинкали, куриным кебабом, мороженым? Даже модный, плотно облегающий костюм и ратиновое пальто, которое бесплатно сшил для меня мсье Азат, я не мог надеть: Рафа и ребята сразу начинали хохотать, говоря, что в этом наряде я похож на учителя танцев или артиста оперетты. Мари и еще несколько девушек уверяли меня, что я прекрасно выгляжу в модной одежде, но этого мне было недостаточно, и я, во избежание насмешек со стороны друзей, быстро вернулся к своим спортивным свитерам, твидовым пиджакам и узким брюкам.