Шрифт:
Мюррей Лейнстер
О том, как неприятно ждать неприятностей
Перевод с англ. З.Бобырь
Всем нам было бы гораздо спокойнее, если бы у мистера Тэда Биндера было чуточку больше самолюбия, или если бы ему чуточку меньше везло, или, может быть, если бы его лучший друг мистер Медден не промахнулся, погнавшись за ним с выброшенной на берег палкой. К несчастью, уйдя на пенсию из одной электрической компании, Биндер занялся исследованиями. Он читает Аристотеля, Пуанкаре, Рона Хаббарда и Парацельса. Он вычитывает из книг идеи и пробует осуществить их. А нам
Однажды он занялся проблемой взаимопроникновения. Есть такая философская идея о том, что два предмета могут занимать одно и то же место в пространстве одновременно. Не правда ли, это выглядит довольно безобидно? Но когда Биндер добился своего, то не только он, но и другие люди - более 70 оказались заброшенными по времени в середину, по меньшей мере, третьей недели, которая еще не наступила.
Это было безвредно, конечно, но ждать неприятностей неприятно. Никто не может угадать, чем Биндер займется в следующий раз. Даже его лучший друг, мистер Медден, стал подозрительным.
Медден тоже ушел в отставку: он был шкипером наемной рыболовной шхуны. Теперь шхуну водит его сын, и он сыном недоволен. Однажды Медден пришел к Биндеру и позвонил. Биндер открыл ему.
– А, Джордж!
– радостно сказал он, увидев опаленную солнцем физиономию Меддена.
– Джордж! Войди, я хочу показать тебе кое-что.
– Стоп!
– сурово возразил Медден.
– У меня неприятности, и мне нужно утешение, но я не сделаю в этот дом ни шагу, если ты намерен хвастаться своими научными успехами.
– Это не успех, - запротестовал Биндер.
– Это неудача. Это только кое-что, чего я добился, работая с мыльными пузырями.
Медден подумал и сдался.
– Если только мыльные пузыри, - подозрительно сказал он, - то оно может оказаться безвредным. Но у меня неприятности. Я не гонюсь за новыми. Не нужно мне никаких противоречий! Я их не терплю!
Он вошел. Биндер весело провел его в кухню. Там на окнах были занавески, оставшиеся с тех пор, когда он еще не был вдовцом. Биндер освободил один стул, сняв с него хлебную доску, ручную дрель и чашку с кофе.
– Тебе понравится, - заискивающе сказал он.
– Я заинтересовался мыльными пузырями, а это привело меня к поверхностному натяжению, а это... Ну, словом, Джордж, я сделал то, что можно назвать вакуумом. Но новым сортом вакуума - твердым.
Медден прочно уселся, развалясь и расставив колени.
– Ну, этим меня не удивить, - согласился он.
– Вакуум бывает в электрических лампочках и всяком таком. И есть еще чистый вакуум, хотя я не знаю, кто бы мог думать о грязном вакууме.
Биндер рассмеялся. Медден оттаял при такой оценке его остроумия, но продолжал уныло:
– У меня неприятности с моим парнем. Он водит старуху "Джезебель", на которой я возил рыболовов двадцать лет подряд. А он поставил ее на стапели в верфи. На стапели, понимаешь? И говорит, что ей нужно новую машину. Она слишком медленная, он говорит. А рыболовам скорость
Биндер предложил ему угощение, зажег газ под кастрюлькой на плите, положил в стакан меду, корицы, мускатного ореха и хороший кусок масла. Все это он математически точно залил большой меркой темной жидкости из черной бутылки, долил стакан горячей водой и преподнес результат Меддену. Медден взглянул на стакан уже не так строго. Он снял шляпу и пиджак, ослабил подтяжки, расстегнул пуговицу на поясе брюк, а тогда уже взял стакан.
– Сам старый дьявол Ром!
– снисходительно сказал он.
– Ты подкупил меня, чтобы заставить слушать. Ладно, я тебя послушаю. А потом я тебе расскажу о том, что мой парень требует у меня тысячу двести долларов на новую машину для "Джезебели". Возмутительно!
Биндер просиял. Он подошел к верстаку, разжал тиски и взял деревянную палочку длиной дюймов шести. Один конец палочки слабо поблескивал. Биндер показал ее Меддену.
– Ты никогда не догадаешься, Джордж, - весело сказал он, - но на конце этой палочки вакуум. Попробуй - ветер!
Он поднес ее к обветренной щеке Меддена. С конца палочки дул заметный ветерок. Медден хотел было взять ее, но Биндер быстро спрятал палочку.
– Не сейчас, Джордж, - сказал он извиняющим тоном.
– Ты можешь повредить себе, если не поймешь некоторых вещей.
– Тогда убери ее, - мрачно ответил Медден.
– Я долью стакан и уйду.
Биндер запротестовал:
– Посмотри, Джордж! Вот что она делает!
Он схватил хлебную доску, поднес к ней блестящий конец палочки: раздался слабый щелкающий звук. Появилось слегка туманное пятнышко, и деревянная палочка прошла сквозь доску, оставив в ней аккуратную круглую дырочку. Медден разинул рот. Биндер схватил кусок листового железа. На этот раз звук походил больше на икоту, чем на щелканье, - палочка прошла насквозь, оставив круглую дырочку. Биндер схватил пустую бутылку деревянная палочка прошла сквозь нее, оставив круглую дырочку.
– Ну вот!
– воскликнул заинтересованный Медден.
– У тебя получилось замечательное сверло! Чем оно режет?
– Тем, что я назвал вакуумом, - скромно ответил Биндер.
– На самом деле поверхностное натяжение здесь такое высокое, что оно ничего не подпускает к себе. Оно все отталкивает. В стороны. Даже воздух! Вот почему я назвал его вакуумом.
– Вакуум так вакуум, - снисходительно изрек Медден.
– Что ты с ним хочешь делать?
– Ничего не могу, - с сожалением ответил Биндер.
– Гм, оно должно на что-нибудь годиться.
– Я просто покрасил им конец палочки, - сказал Биндер.
– Вакуум очень легко сделать. Я думал предложить его военному ведомству. Для непробиваемой одежды, знаешь ли... Его можно накрашивать на ткань.
Медден замигал глазами.
– Представь себе, что это пуля, - вздохнул Биндер.
Он взял линейку и ткнул ею в конец палочки. Раздался звук, появилась дымка. Но линейка не ткнулась в палочку. Палочка пробила ее насквозь, и в линейке появилась дырка.