Шрифт:
Роберт ШЕКЛИ
О ВЫСОКИХ МАТЕРИЯХ
Мортонсон прогуливался тихо-мирно по безлюдным предгорьям Анд, никого не трогал, как вдруг его ошарашил громоподобный голос, исходивший, казалось, отовсюду и в то же время ниоткуда.
– Эй, ты! Ответь-ка, что в жизни главное?
Мортонсон замер на ходу, буквально оцепенел, его аж в испарину бросило: редкостная удача -
Присев на первый же подвернувшийся валун, Мортонсон проанализировал ситуацию. Задавший вопрос - кем бы он ни был, этот космический гость, наверняка догадывается, что Мортонсон - простой американец, понятия не имеет о главном в жизни. Поэтому в своем ответе надо скорее всего проявить понимание ограниченности земных возможностей, но следует отразить и осознание того, что со стороны гостя вполне естественно задавать такой вопрос разумным существам, в данном случае - человечеству, представителем которого случайно выступает Мортонсон, хотя плечи у него сутулые, нос шелушится от загара, рюкзак оранжевый, а пачка сигарет смята. С другой стороны, не исключено, что подоплека у вопроса совсем иная: вдруг, по мнению Пришельца, самому Мортонсону и впрямь кое-что известно насчет главного в жизни, и это свое прозрение он, Мортонсон, способен экспромтом изложить в лаконичной отточенной фразе. Впрочем, для экспромта вроде бы уж и время миновало. Привнести в ответ шутливую нотку? Объявить голосу: "Главное в жизни - это когда голос с неба допрашивает тебя о главном в жизни!" И разразиться космическим хохотом. А вдруг тот скажет: "Да, такова сиюминутная действительность, но что же все-таки в жизни главное?" Так и останешься стоять с разинутым ртом, и в морду тебе шлепнется тухлое эктоплазменное яйцо: воспросивший подымет на смех твою самооценку, самомнение, самодовольство, бахвальство.
– Ну как там у тебя идут дела?
– поинтересовался Голос.
– Да вот работаю над вашей задачкой, - доложил Мортонсон. Вопросик-то трудный.
– Это уж точно, - поддержал Голос.
Ну, что же в этой поганой жизни главное? Мортонсон перебрал
– Почти расщелкал, - обнадежил Мортонсон.
Досаднее всего сознавать, что можешь выдать неправильный ответ. Никого еще ни один колледж ничему не научил: нахватаешься только разных философских изречений. Беда лишь, стоит закрыть книгу - пиши пропало: сидишь ковыряешь в носу и мечтаешь невесть о чем.
А как отзовется пресса?
"Желторотый американец черпал из бездонного кладезя премудрости и после всего проявил позорную несамостоятельность".
Лопух! Любому неприятно было бы угодить в подобный переплет. Но что же в жизни главное?
Мортонсон загасил сигарету и вспомнил, что она у него последняя. Тьфу! Только не отвлекаться! Главное в жизни - сомнение? Желание? Стремление к цели? Наслаждение?
Потерев лоб, Мортонсон громко, хоть и слегка дрожащим голосом, выговорил:
– Главное в жизни - воспламенение!
Воцарилась зловещая тишина. Выждав пристойный по своим понятиям срок, Мортонсон спросил:
– Э-э, угадал я или нет?
– Воспламенение, - пророкотал возвышенный и могущественный Глас. Чересчур длинно. Горение? Тоже длинновато. Огонь? Главное в жизни - огонь! Подходит!
– Я и имел в виду огонь, - вывернулся Мортонсон.
– Ты меня действительно выручил, - заверил Голос.
– Ведь я прямо завяз на этом слове! А теперь помоги разобраться с 78-м по горизонтали. Отчество изобретателя бесфрикционного привода для звездолетов, четвертая буква Д. Вертится на языке, да вот никак не поймаю.
По словам Мортонсона, тут он повернулся кругом и пошел себе восвояси, подальше от неземного Гласа и от высоких материй.