Объединение
Шрифт:
– Так, стой! А ну открой! – забарабанил в уменьшающуюся внутри дверь Тито. – Ты хочешь меня раздавить?! – он с ужасом наблюдал за уменьшением комнаты. Стены, соприкасаясь друг с другом, глухо скрежетали, с потолка падала штукатурка, затем дикий хруст – треснула и стала складываться под давлением стен ванна. – Что мы владельцу этого чулана скажем?! Одумайся, нас в розыск объявят!
– А мы что, имеем хорошую репутацию?
– Ты-то уж точно! Да и я… Хватит! Меня сейчас в мясной кубик превратишь!
– Но учти: в следующий раз…
– Да-да…
Валейт отошёл от ванной. Она, скрываемая от его гипнотических глаз дверью, вернулась в свои обычные размеры. Оттуда вышел взъерошенный видимый Тито.
– Какое хамство. – бросил он брату. – Да как тебе удалось трещину в ванной устранить?
– Сила мысли.
– Это не ответ! Когда я в уменьшении практиковался, у меня при возвращении объекту стандартного размера расположение вещей в нём менялось, а уж дефекты при урезке тем более оставались.
– Плохо стараешься. – печально ответил Валейт. – Давай о деле?
– Дело меня интересует меньше всего! Тащиться неизвестно куда, искать неизвестно кого… И ради чего?!
– Ради дяди…
– Да на кой чёрт он нам сдался? – Тито принялся расхаживать туда-сюда по пустой комнате.
– Следя за обладателем талисмана, мы выразим дяде свою благодарность. А уж если прикончим обладателя!… Дядя же нас вырастил, когда мама… – Валейт запнулся и сел на кровать. – К тому же ты знаешь, у него сейчас туго с наёмниками… Мало кому можно доверить такое дело. Да и мы развеемся. Плохо, что ли? Правда, он не хочет, чтоб мы вступали в бой с обладателем талисмана, а лишь наблюдали… Он защищает нас…
– И что? Теперь нам до конца жизни на него горбатиться? – Тито отвернул к стене зеркало. Поймав удивлённое лицо брата, он пояснил, что это на случай, если граф Спеода (фамилию он произнёс с отвращением) соизволит смотреть за ними через зеркало, применив магию и наблюдая за их отражением в своём зеркале.
– Тогда лучше вообще не говорить в присутствии зеркал…
– А ещё лучше не думать. – Тито намекнул на предполагаемую способность их дяди читать мысли и сел на стул. – А может, ну его? И махнём в Дестан? Там жарко сейчас…
Валейт лениво покопался в своём рюкзаке у кровати и извлёк тонкую папку.
– Именно в Дестане храм, в который намылилась наша жертва. – он пролистал немногочисленные бумаги.
– Дай угадаю? Нам и так, и так с господином Пелуа встречаться?
– Угу. Кстати, вуаля! – Валейт выудил из стопки небольшую фотографию Эвиона из школьного похода и показал Тито. – С сайта скачал. Это – наш объект охоты. – у Тито было такое лицо, словно он только что откусил приличный кусок от свежего лимона. – Только без руки. – Тито скис ещё сильнее.
***
Хет стоял в магазинчике «Кофейный этюд». Ароматы кофе и шоколада, ванили, молока – всё смешалось в один большой коктейль. Стоявшие на витрине чашечки, выполненные в тёплых коричневых
Помимо Хета в магазине была милая продавщица в белой блузке и кофейного цвета юбке, с собранными в пучок волосами, а также маленькая кудрявая девочка, с обожанием смотрящая на баночку с карамельками в виде маленьких яблочек.
– Лисида, – малышка позвала продавщицу, – а сколько сегодня стоят эти яблочки?
– 10 синаплас. Мари, они не поменяют цену и завтра. – с сожалением ответила ей продавщица.
– А… – печально протянула девочка и порылась в кармашках салатового платьица. – У меня только 5 синаплас, не продадите ли…
– Не могу. Выгонят же…
– Дайте килограмм этих… – Хет поджал губы от непривычного слова, – …яблочек… – и опустил продавщице в изящную руку 10 синаплас. Девочка посмотрела на него большими зелёными глазами, полными благодарности, а когда он отдал ей красивый пакетик со сладостями, не могла вымолвить ни слова и, кивнув, удалилась, крепко прижимая к груди заветное сокровище.
Продавщица Лисида склонилась из-за кассы к Хету.
– Вы так великодушны, сэр… Я знаю, вы из Квира…
– Ещё бы не знать… Тут же деревня. Через минуту все всё знают. – такому резкому ответу девушка немного смутилась, но тут же заговорила вновь:
– Жутко, должно быть, пришлось вам. – она поправила светлую прядку волос и поспешно сменила тему, видя, что молодой человек не особо хочет вспоминать катастрофу. – У этой девочки… У Мари родители – дантисты. Ей запретили есть сладости, бедная. Говорят, что как только коренные зубки окрепнут, тогда купят ей шоколаду, а ведь остался то только один молочный! Что вы об этом думаете?
– Предрассудки, госпожа Лисида. – Ответил Хет, вдохнув аромат кофе. – Хотя мои родители не были дантистами, но мне тоже много чего запрещали…
Непродолжительный разговор спугнула воркующая парочка, зашедшая в «Кофейный этюд». Под шумок Хет покинул магазинчик. На улице его поджидала Мари. Её рыжие волосы переливались в лучах палящего солнца, как язычки пламени.
– Спасибо… – она протянула ему одно карамельное яблоко в прозрачной упаковке. – Возьмите, пожалуйста.
Хет покорно протянул руку за угощением и, обменявшись благодарностями с малышкой, зашагал дальше по улице, попробовав соблазнительный плод леденца.
Ветерок согнал с дороги пыль, забив ею щели между ступеньками и порогами домов. Одно из разлучённых солнц-близнецов палило эту сторону планеты Анвирии, склоняясь всё ниже и ниже к земле. Наступал вечер, и на небе уже выступило 2 месяца и три, почти целых, луны.
Супруги Лейфелль, Эвион, чем-то очень довольный Хет, Теан с Эрикой и Тео сидели в оживлённой столовой, когда к ним подбежали красные и запыхавшиеся Гави с Лагорой.
– Цирк приехал! – еле дыша, сообщила девушка. Эрика, сидевшая дальше всех, засияла, и Теан отметил это мягкой улыбкой.