Объединитель
Шрифт:
Некоторое время противник буравит меня ненавидящим взглядом, явно подбирая слова для очередной гневной тирады.
— Так что… Выйдем завершить этот разговор на улицу или ты засунешь язык в задницу и не будешь мешать совещанию?
— Какой мне резон биться с Новой? — выплёвывает он. — Я не самоубийца. От меня не получится так просто избавиться.
— А что насчёт Квазара? — подаёт голос Ребекка. — Или вновь найдётся причина поджать хвост?
С удивлением покосившись на спутницу, жду ответа лидера Самума.
Лицо
— А ты не лезь в чужой разговор, — с трудом уняв бешенство, отзывается он и переводит взгляд на меня. — Научи свою бабу прикусывать язык в присутствии мужчин. А то как бы не лишилась его ненароком.
Первый же инстинкт — вышибить Арслану мозги прямо на месте за такое хамство в адрес Деворы, но я сдерживаюсь. Слишком много свидетелей.
Та, впрочем, и сама в состоянии за себя постоять.
— Совсем забыла, что в вашем кругу принято затыкать рты всем, кто имеет неосторожность родиться с другим набором хромосом. Моё предложение всё ещё в силе. Судебный поединок, как встарь.
— И что это докажет? — спрашивает Степной Ветер.
Мимолётный взгляд на Саванта, и та еле заметно кивает. Уверена в своих силах. Ну что же…
— Победишь, и я публично подтвержу твои слова, а также выйду из этой коалиции, если, конечно, она состоится, — отвечаю я. — Все будут знать, какой подлец этот Егерь и не пускать его на порог.
— В случае проигрыша?.. — вскидывает бровь оппонент.
— А ты не будь таким пессимистом. Кто ж заранее настраивается на поражение? Нужно верить в себя.
— Не держи меня за идиота! — хлопает по столу Арслан.
— Это очень трудно делать, когда ты себя так ведёшь, — хмыкаю я. — Проиграешь, и публично принесёшь мне извинения за то, что оболгал и пытался испортить мою репутацию.
— По рукам, — кривится он и встаёт из-за стола. — Но я требую боя до смерти! Пролитую тобой кровь можно смыть только одним способом.
Ага, понятно. Его мало интересуют мои признания или политическая обстановка. Просто хочет лишить меня союзника, которым я дорожу. Проще говоря, причинить боль, а каким способом плевать. Если же проиграет, извинения и вовсе не придётся приносить.
— Господа, у меня не получится убедить вас отбросить былые обиды? — уточняет Одиссей.
— Не тяни кота за яйца, — громыхает Гарм. — Они ж не дети малые. Все всё прекрасно понимают. Пошли, я хочу глянуть на эту драку. Должно быть весело.
Собравшиеся один за другим выходят на улицу и тянутся за ворота фактории. Заснеженная гористая площадка — неплохая импровизированная арена для грядущего боя.
— Будь осторожна, — говорю я Бекке. — Раз ублюдок согласился, значит, уверен в своих шансах на победу.
— Я же не слепая. Прекрасно понимаю, с кем имею дело.
— Слушай, может, ну его? Пристрелю к хренам, и дело с концом.
— Не переживай, — тянет она. — Я тебя не подведу.
— Не сомневаюсь. Надери
Снежное поле за воротами постепенно заполняется людьми. Все хотят посмотреть на грядущую схватку. Даже Одиссей выходит из роли гостеприимного хозяина и присоединяется к остальным зрителям.
С другой стороны уже спешит Арслан. Его глаза горят предвкушением и жаждой крови. В руках он сжимает массивный лук из тёмного металла. Что-то мне подсказывает, что этот парень знает в нём толк.
Противники встают друг напротив друга, не сводя глаз. В воздухе почти физически ощущается напряжение. Я медленно втягиваю в себя холодный воздух. Ненавижу просто смотреть, как сражаются друзья. С радостью лучше десять раз выйду на арену сам, чем буду наблюдать, как за меня это делают другие. Однако схлестнуться с Новой этот упырь явно бы не рискнул.
— Сейчас посмотрим, сука, чего ты стоишь, — ухмыляется Арслан, поигрывая тетивой.
— Учти, цена может оказаться для тебя неподъёмной, — парирует Ребекка, вскидывая свою плазменную винтовку[2].
— Начали! — раздаётся крик Никоса, и они срываются с места.
Арслан мгновенно натягивает лук и выпускает стрелу. Только теперь я замечаю, что вокруг него закручиваются миниатюрный смерч. Он подхватывают стрелу, многократно ускоряя её полёт.
Ребекка уклоняется в последний момент, и снаряд проносится в миллиметре от её виска. В ответ она вскидывает пушку и стреляет. Узкий луч чистой энергии прошивает пространство, но Арслан легко уходит с линии огня.
Некоторое время они кружат по поляне, обмениваясь ударами. Ветер вокруг Арслана беснуется, то и дело образуя защитный кокон. Стрелы сыплются градом. Часть блокируется личным щитом, от остальных она уворачивается.
Почему не использует Телекинез? Приберегает до особого момента?
В какой-то момент ей всё же достаётёся. Наконечник вспарывает бедро, и на белом снегу расцветают алые брызги. Я лишь хмурюсь, продолжая наблюдать за боем. Девора же, кажется, даже не замечает ранения. Она продолжает двигаться, как ни в чём не бывало.
Бой продолжается. Стрелы противника становятся всё более хаотичными. Стараются поразить её с неожиданных сторон и по непредсказуемым траекториям. Каждый снаряд наполнен убийственной мощью, мерцая как молния.
Внезапно она вскидывает руку, и Арслана отбрасывает назад, словно невидимым ударом. Он тяжело приземляется на спину, но тут же вскакивает на ноги. Лицо перекошено от ярости.
— Ах ты, тварь! — рычит он и вновь вскидывает лук.
Стрела на его тетиве множится в сотни раз, и этот шквал накрывает Саванта сплошным потоком.