Обьект
Шрифт:
В течении следующих двух дней никаких приказаний с Нокта не поступало; а предпринимать какие-либо самостоятельные действия экипажам двух оставшихся аэроциклов строго-настрого запрещалось…
В эти дни аэроциклы сопровождали «Объект», выделывали вокруг него громадные круги, а экипажи аэроциклов томились от бездействия, наблюдали, как «Объект» заглатывает новые миры, и спустя некоторое время выпускает их…
Тут с Нокта подоспело ещё одно запрещающее указание: нельзя было высаживаться на поверхности оставленных «Объектом»
На одном из миров, к которому приближался «Объект» стояли островерхие и высокие, с большого расстояния похожие на иглы, башни. Эти башни были выстроены как и на тёмной, так и на светлой стороне мира. И когда «Объект» приблизился к тёмной половине, из верхушек стоявших там башен начали стрелять. Зарядами служили разноцветные, стремительно летящие шары. Они врезались в поверхность «Объекта», лопались, растекались по ней яркими пятнами, но никакого вреда не приносили. И этот мир был поглощён также, как и многие другие миры, а затем, через короткое время — выпущен. И уже из башен, стоявших на его светлой стороне тоже начали стрелять. Опять-таки разноцветные шары попадали в «Объект», но не причиняли ему никакого вреда…
Однажды Мэрианна говорила Эвану, что ни одну из половинок профессора Хганса они больше никогда не увидят.
— Это ещё почему? — удивился Эван.
— Ну, я знаю, все эти законы. Сама ведь ни один год служила среди законников. Профессор Хганс был ответственным за экспедицию, и пусть он частенько передавал нам указания вышестоящих чиновников, но ответственность всё равно на нём. Восемнадцать дорогостоящих аэроциклов пропали вместе с экипажами, теперь и вся наша экспедиция под опасностью срыва. А в определённых кругах на «Нокте» очень бояться приближения «Объекта»… В общем, нужно найти виноватого, и таким виноватым, конечно же, является профессор Хганс… В официальном документе непременно будет такая фраза "В результате преступной халатности…"
— Его отправят на рудники? — спросил Эван.
— Конечно же, нет. Ведь он же владеет секретной информацией. Или ты забыл, что простые жители Нокта и не подозревают о существовании "Объекта"?
— Неужели его убьют?..
— Ну что ты. Ведь секретные службы не преступники. Вовсе нет. Просто профессор Хганс будет изолирован. У него будет комфортная камера, ему будут подавать отличную еду с особыми приправками. И очень скоро от этих особых приправок у него случится сердечный приступ. Увы, но две половинки профессора Хганса перестанут существовать, два сердца перестанут биться.
— И ты говоришь об этом так спокойно?! — вспыхнул Эван. — Всё защищаешь правительство, законников, а ведь они и есть преступники!
Мэрианна внимательно посмотрела на Эвана, и улыбнулась. Проговорила:
— Все твои порывы, конечно, предсказуемы. Но ты помни, что Сопротивление славно ещё более преступными деяниями. Попади сведения об «Объекта» к агентам Сопротивления, и они уж обязательно воспользуются ими. Усиление террора,
— Конечно, нет!
— Ну вот тогда пойми, что Хганса убирают для того, чтобы уберечь массы от террора.
— И чтобы свалить свою вину на него.
— И это тоже. Но всё же эта правительственная сила — лучшая.
— Я не хочу зависеть от других сил. Я хочу быть сам по себе. А всякая власть — это зло. Какое они имеют право распоряжаться чужими жизнями?..
— Однако ж, сам по себе ты существовать не мог. Из тихого захолустья стремился на Нокт…
— И разочаровался в Нокте.
— Однако ж, зависишь от Ноктских технологий. Путешествие между мирами — всё это от Нокта идёт. А на чайках далеко не улетишь.
— Изобретают учёные, а правители ограничивают.
— Помимо учёных и правителей, есть ещё и людская масса, от которой надо ограничивать. Впрочем, мы уже говорили на эту тему…
На третьей день после исчезновения 18 аэроциклов «Мысль-5», состоялся сеанс связи с Ноктом.
Как и предсказывала Мэрианна, с ними общался уже не Хганс, а некий господин в чёрном костюме, с очень строгим выражением лица. Господин сказал:
— Я Карл Эзир. Наделённый полномочиями консультант.
"Очень неприятно" — подумал Эван, вслух же произнёс:
— Очень приятно.
Карл Эзир прокашлялся и вдруг очень громко — так что Эван даже поморщился, проговорил:
— Вы должны проникнуть внутрь «Объекта»! Это дело государственной важности!
— Без робота сложновато будет в него пробиться… — заметил Эван.
Карл Эзир продолжал:
— Аэроцикл N15 останется в воздухе, а аэроцикл N1 опустится на поверхность мира, к которому подлетит «Объект». Задача аэроцикла N1 остаться внутри «Объекта», после того как он оставит мир.
И тут же из динамика раздался голос Рогура Раза — законника, который летел в экипаже аэроцикла N1:
— Задание получено и будет исполнено.
Прошло ещё десять часов, прежде чем с Нокта поступило разрешение спуститься на поверхность очередного мира. Почему на Нокте выбрали именно этот мир, оставалось загадкой.
В общем — мир был как мир, и даже не самый удобный для высадки. Много там было выступающих острых камней; а два местных поселения выглядели уж слишком агрессивно, и, похоже, враждовали друг с другом.
Однако, Рогур Раз, который привык безоговорочно выполнять приказания, ни в чём не сомневался (даже и недавнее исчезновение 18 аэроциклов его, похоже, не особо волновало).
Ещё перед посадкой аэроцикла N1 было условлено, что он пробудет внутри «Объекта» три часа, в крайнем случае — 5 часов.
Итак, аэроцикл N1 опустился, а аэроцикл N15 выделывал большой круг над поверхностью мира, глядел на приближающийся "Объект".
Вот «Объект» подлетел, начал заглатывать мир.
Ещё прежде чем закрылось отверстие, связь с аэроциклом N1 резко ухудшилась, а потом и вовсе пропала…