Обелиск

Стерликов Алексей Валентинович

– Он умирает, полное истощение, - я с надеждой взглянул на него.

– Пусти, - он уложил мага обратно и стал поспешно что-то делать.

Я отошел на два шага назад и только тут увидел мага целиком. Это был сухой старик, казалось у него усох даже скелет. Нет, он не выглядел как скелет обтянутый кожей, но все же по нему сразу можно было сказать, что он не ел несколько сотен лет. Редкие сухие волосы на голове, которых наберется едва несколько десятков, брови только угадываются, скорее даже похоже на мумию, чем на человека. И это все совсем не идет с теми живыми глазами

и надеждой, что в них светилась. Он ждал здесь того, кто сможет сделать то, что не смог сделать он. Он задержал ирреального ключника, задержал так, как сумел, и держал его несколько тысячелетий...

Лай не сумел его спасти. Маг прожил еще минут пять и умер со счастливой улыбкой. Он умер, зная, что победил, но у меня почему-то душа рвалась на части. Я был не знаком с ним, и видел всего несколько минут, перекинулся парой фраз... и он умер у меня на руках. А казалось, что умер целый мир. Не знаю почему, но слезы хлынули потоком, я ревел, ни на кого не обращая внимания.

Поняв, что мне надо побыть в одиночестве Лай отправил меня домой, где я был предоставлен сам себе. Он сказал, что все подготовит к церемонии погребения.

Оказавшись дома я зашвырнул жезл в сторону, сорвал с себя одежду, закрыл все шторы и несколько часов сидел в полной тишине. Потом, пересилив себя и успокоившись, я оделся во все черное и с помощью обелиска вернулся в замок мага.

Лай завернул тело в саван, Эсмадил готовился к какому-то ритуалу, Арб тоже что-то делал. Но я решил все сделать по-своему. С помощью Лая и Клака я соорудил гроб и Лай достал мне лопату.

Никогда не верил в библию и сейчас тем более верить не стану, но теме не менее я достал её, не помню в какой церквушке, надеюсь, местные отцы не хватятся её и не примут за проделки дьявола. Не знаю, как должна проходить церемония, я просто держал перед собой книгу и говорил все, что было на сердце.

Потом я сам копал могилу, не позволяя помогать даже Клаку. Он мне помог только опустить заколоченный гроб. Так же молча я засыпал могилу. И только в конце я попросил.

– Лай, я хочу, что бы ты бабахнул, чем-нибудь красивым и завораживающим. Так, что бы птицы в ужасе бежали, так, что бы люди в страхе пригибались. Хочу, что бы здесь, на могиле появился памятник, просто как память, и хочу, что бы в это место никто не смог попасть без моего желания.

Он понял и сделал. Вверх устремился здоровенный метеорит, который рванул так, что в моем городе повылетали стекла даже на другом конце. В небе разрослась звезда, красивая и жуткая одновременно. На могиле появился памятник. Он был красив, он напоминал того мага, только не в его нынешнем состоянии, а как он мог выглядеть раньше, и четыре стихии кружили вокруг него, одновременно жутко пугая и сильно притягивая взгляд. На последок я сгонял до магазина, купил несколько бутылок водки и мало озаботившись едой вернулся назад, выпить за память. Один стакан я оставил возле могилы.

Глава 5. Новый мир, новые горизонты.

На пятый день моей пьянки меня навестил Костя. Когда я ему отрыл, после энного звонка, он минут десять не мог поверить, что видит меня. Пьяным на его веку я еще ни

разу не был. Да, собственно, и на своем я себя таким не припомню.

Впервые за свои двадцать четыре года я мыслил невнятно, да и вообще еле мыслил. И если бы Костя не потратил два часа на то, что бы привести меня в порядок, я бы так и не вышел из запоя.

– Теперь рассказывай, с чего такой серьезный, и позволь заметить, не обдуманный шаг? И почему ты меня не позвал?
– грозно начал он, нависая надо мной.

Мне же было не до него, совсем не до него. Я был мокрый с ног до головы, потому что он макал меня в ванну, пока я не начал сопротивляться, и сейчас мне было, вдобавок, холодно.

– Так, и что ты тут устроил?
– он стал обходить комнату, под ногами звенели бутылки, - Арто, да как ты вообще до такого дошел, ты же максимум, что пил это пиво и вино? Рассказывай, что произошло-то?

– Друга схоронил, - вырвалось у меня, сам не знаю, зачем решил сказать?

– Чего?
– Костя сперва не понял, что я сказал, потом до него дошло, - Какого?

Я не ответил, хотя он ждал.

– И ты решил за ним, что ли последовать?
– тут его голос прозвучал резко, - Если один умер, то тебе еще жить и жить. Твоему другу сколько было?

– Много, - выдал я очередной ответ.

– А тебе всего двадцать четыре, ты еще меньше меня, а чего удумал?
– он решительно раздвинул шторы, в комнату ворвался яркий свет, потом настежь распахнул окна, и я понял, насколько свежим может быть воздух. Я не сразу привык к солнечному свету, и лежал закрыв глаза.

– А это что?
– отвлек меня удивленный голос Кости, - ты как его в стену сумел воткнуть?

От неожиданного вопроса я открыл глаза, и увидел как Костя вытаскивает из стены жезл. Я даже забыл про него.

– Это что, золото?
– удивился он, рассматривая.

– Нет, позолота, - собственно я и не врал, - дай мне, - я вспомнил слова Эсмадила, и даже пьяный не хотел навредить Косте, мало ли чего мог выкинуть жезл.

– Ну на, - как-то боязно протянул он мне жезл, неужели я так страшно сказал?

Я взял в руки жезл и почувствовал от него тепло. По руке тепло стало подниматься к голове, и сознание начало проясняться. Потом тепло расползлось по всему телу и оно перестало дрожать, алкоголь покидал измученный организм. Пальцы мои сложились в непонятный жест, и я почувствовал себя уже совсем хорошо.

– Привет Костя, - сказал я нормальным голосом.

– Здорово, - уставился он на меня округлившимися глазами, похоже перемены во мне были заметны и ему.

– Извини, у меня тут бардак.

– Да ничего, - немного напряженно ответил он.

– Чай будешь?

– Ага.

– Ну пошли на кухню.

Идя на кухню я специально делал вид, что меня еще шатает, и чуть мутит. Хотя так и было на самом деле, просто не настолько сильно, как я показывал. Это немного успокоило Костю, чай мы уже пили нормально общаясь.

– Так чего ты на белую-то налег?
– попытался он опять узнать.

– Да-а, не спрашивай, - махнул я рукой.

– Ага, не спрашивай, а если кто в запой уйдет?