Обещание жениться
Шрифт:
Пока играла песня Lover, You Should’ve Come Over, я дрейфовала в своей памяти. Мой потолок принял образ мерцающих огней, которые светились прекрасным калейдоскопом. Я чувствовала его руку всвоей, видела его улыбку, когда он смотрел на меня. Мы были там, где прозвучал наш договор. Где он впервые поцеловал меня. Там, где я хочу быть.
И прямо перед тем, как провалиться в сон, я услышала свое бормотание:
— Джекс… Я одна… Надеюсь, что ты тоже.
Глава 4.
Лето 1992
Семь лет
— Будь хорошей девочкой, слышишь, детка? — сказала мама, заплетая мои каштановые волосы в косу и стягивая резинкой.
— Я буду, мамочка, — я попыталась повернуться и посмотреть на нее. Я знаю, она думала, что я прошу ее заплетать мне волосы, потому что люблю косички. Но это было не так. Мне казалось, что с косичками я выгляжу глупо, как ребенок, я не хотела казаться ребенком. Мне нужно повзрослеть, чтобы я могла сама заботиться о нас обеих.
Мне никогда не нравились косички, вообще. Но я никогда не говорила об этом маме. Единственная причина, почему я ей не говорила этого, так это просто желание быть рядом с ней. Это было то время, когда она разговаривала со мной, не отвлекаясь, когда не разговаривала по телефону и не решала денежные вопросы, когда она не плакала и не злилась. Ведь у нее были заняты обе руки, тогда она не могла пить и курить, что было хорошо для нее.
Когда мама заплетала мне косички, она казалась счастливее. Она напевала про себя и улыбалась, и мне нравилось, когда она улыбалась. Она выглядела неотразимой, когда улыбалась, это чувство согревало и радовало изнутри.
Но сегодня все было иначе.
Я не могла видеть ее, так как она стояла позади меня, но я точно могла сказать, что сегодня было что-то не так. Она не улыбалась напевая.
— Ты не должна беспокоиться обо мне, мамочка, — я старалась быть позитивной и счастливой ради нее.
— Ты всегда должна слушать то, что говорит тетя Бетти и дядя Том, ладно?
Ее голос звучал странно, это заставило меня загрустить.
— Я буду. Обещаю. Крест на сердце, без лишних фраз, пирожок мне прямо в глаз.
Мама вдруг засмеялась, но смех был необычный. Она будто смеялась и плакала одновременно. Я обернулась и в замешательстве на нее посмотрела.
— Что случилось, мамочка? Почему ты так смешно смеешься?
— Просто ты самая милая девочка, которая может быть у мамы.
Она смотрела на меня какое-то мгновение, ее взгляд был чистым, сосредоточенным, когда обычно ее глаза были налиты кровью. Она наклонилась ко мне и нежно поцеловала в лоб, это заставило меня захихикать от восторга.
— Щекотно, мамочка!
Но она меня не слышала, она щекотала мои бока, переходя на живот, заставляя меня визжать и просить ее остановиться. Когда у меня уже разболелся живот от смеха, мама прекратила.
— Ладно, хватит дурачиться, дорогая. Тетя Бетти и дядя Том скоро будут здесь. Так что если ты хочешь,
— Ладно, мамочка. Я буду хорошо себя вести.
Когда мама заплела мои волосы, я посмотрела на красивые волосы моей Барби, она мне напоминала маму. Я улыбнулась и поцеловала Белль в щеку. Она была моей первой и единственной куклой. Моей лучшей подругой. Я все еще могла вспомнить, когда мне ее подарили, на прошлое Рождество. Я чувствовала себя самой счастливой девочкой в мире, когда развернула подарок. Мама сказала, что мне ее подарил Санта. Она сказала, что я была хорошей девочкой весь год, и Санта захотел мне подарить что-нибудь особенное. Она была права. Белль была особенной.
— Мамочка? — я снова посмотрела на нее, когда она завязывала резинкой волосы.
— Да, дорогая?
— Ты не знаешь, есть ли у тети Бетти и дяди Тома в доме книги?
— Почему ты спрашиваешь?
Я показала маме куклу.
— Белль любит читать книги. Когда она жила с чудовищем, у него в замке была своя библиотека, поэтому она была очень счастлива. У тети Бетти и дяди Тома большой дом, как замок. Значит ли это, что у них тоже есть библиотека?
Мама улыбнулась мне.
— Я не припоминаю, есть ли она в доме, но знаю, что библиотека есть рядом с домом, и я уверена, что тетя Бетти отведет тебя и Белль туда, если вы попросите. Разве это не чудесно?
Я улыбнулась и кивнула с энтузиазмом.
— Белль это понравится.
— Ты и твоя красавица будете счастливы там.
Ее голос снова зазвучал грустно. Я нахмурилась: я сказала что-то, что заставило ее расстроиться?
— Мамочка, а почему ты не переезжаешь к тете Бетти с нами?
Я снова посмотрела на маму и заставила себя улыбнуться. Я не понимаю почему, но я знаю, что маме грустно, и я должна быть смелой, чтобы она не беспокоилась обо мне.
Мама ответила не сразу.
— Дорогая, ты уже спрашивала меня об этом.
— Я знаю мамочка. К сожалению, я не помню, что ты мне ответила.
Мне было плохо от того, что я вру ей, но я не хотела ей говорить, что когда обратилась к ней с этим вопросом, она мне не ответила, потому что забыла.
Я слышала, как она испустила глубокий вздох, прежде чем развернула меня к себе лицом.
— Хлоя, ты уже большая девочка, и заслуживаешь знать то, что происходит. Я скажу тебе кое-что важное, хорошо?
Я кивнула.
Когда она наклонилась ко мне, я почувствовала запах вчерашнего алкоголя, который был смешан с утренней сигаретой.
— Дорогая, мама больна, — она замолчала, на глаза выступили слезы. — Я долго не хотела признаваться даже самой себе, но это так. Именно поэтому я не заботилась о тебе так, как должна заботиться хорошая мамочка.
Ее слова испугали меня.
— Ты умираешь, мама?
Я, как могла, пыталась сдержать слезы. Я должна быть сильной ради нее. Я должна быть сильной за нас обеих. Но я не могла. Я не могла сдержаться, и мое тело содрогалось от рыданий. Я уткнулась ей в грудь и прижалась к ней так сильно, как только могла.