Обет любви
Шрифт:
– Эрик! Да ты сошел с ума! – сердито воскликнул отец, шагнув к нему, в то время как Джеймс с Маргарет невольно попятились. – Попридержи язык!
– Ты ведь должен был жениться на леди Марго! – не обращая внимания на отца, заорал Эрик, стиснув кулаки, больше похожие на пушечные ядра. – Как ты мог так опозорить девушку! Да еще при свидетелях, Боже ты мой!
Он рванулся к Джеймсу, чуть не перевернув по дороге стол. Отец, Жофре, Алерик и сэр Уолтер повисли на нем, стараясь удержать Эрика, но ярость его была так велика, что он попросту отшвырнул их в сторону.
– Будь ты проклят! –
Подоспевший вовремя сэр Аллин и кое-кто из его людей присоединились к общей свалке, вцепившись в Эрика со всех сторон. Но тот, будто огромный, вставший на дыбы медведь, хоть и медленно, но все же продвигался вперед.
– Эй, кто-нибудь! Стукните его по голове, ради Бога! – закричал сэр Аллин, повиснув у Эрика на шее.
– Подсвечник! – пропыхтел Гэрин, изо всех сил пытавшийся оттолкнуть назад своего гиганта сына. – Да подайте же мне этот проклятый подсвечник!
– Слишком легкий! – едва слышно донесся откуда-то из-под огромной руки Эрика хриплый голос Жофре.
– Эй, кто-нибудь! Оттащите от меня этого щенка! – завопил Алерик, стараясь стряхнуть повисшего на нем Томаса. А тот, думая лишь о том, как помочь своему господину, изо всех своих силенок молотил Алерика по плечу и дергал за волосы.
– П-прошу п-прощения, м-мне надо кое-что с-сказать! – крикнула Марго, стараясь перекричать всех сразу. – Б-будьте так д-добры, з-замолчите! М-мне надо с-сказать кое-что важное!
Но никто не обратил на нее ни малейшего внимания, и меньше всего Эрик, который как раз в этот момент притиснул Джеймса к стене.
– Я сказала, – еще громче повторила она, – ч-что мне надо с-сказать кое-что важное!
Никакого ответа.
Марго тяжело вздохнула, взобралась на стол, с трудом подняла тяжелый стеклянный кувшин и со всей силы швырнула его об стену. За кувшином последовали оловянная миска, огромный медный поднос, вслед за ним об стенку с грохотом ударилось несколько тарелок. Наконец она с удовлетворением убедилась, что единственным существом, поднимавшим в комнате неимоверный шум, осталась она сама.
– В-вот так-то лучше.
И Эрик, и его противники замерли на месте, в изумлении вытаращив на нее глаза. По правде говоря, сейчас все, кто был в зале, не сводили с нее глаз. Марго очаровательно улыбнулась.
– М-мне надо с-сказать кое-что важное! – уже своим обычным голосом повторила Марго. – Б-была бы к-крайне п-признательна, если бы в-вы нашли в-время меня выслушать! – Оглядев всех вокруг, Марго удовлетворенно кивнула и продолжала: – Лорды и леди, и все, к-кто с-слышит меня, – перед вами женщина, достойная всеобщего презрения! – По толпе пробежал возмущенный ропот. – Это так, уверяю вас! – добавила она, услышав возмущенный окрик отца. – Я отдала свое с-сердце, с-свою любовь и всю с-себя мужчине, а этот ч-человек, хоть и говорит, ч-что любит меня, тем не менее отказывается на мне ж-жениться! Б-больше т-того, он еще вбил с-себе в г-голову, что я д-должна выйти замуж
Ропот вокруг нее нарастал, как морской прибой. Марго услышала, как вскрикнул отец, как Эрик умоляюще прохрипел «Марго!», но и не думала останавливаться.
– На следующую ночь, п-после т-того как он п-поклялся мне в вечной любви, я с-снова согласилась разделить с ним ложе!
– Марго, пощади! – взмолился Эрик.
– И тем не менее он все равно отказывается ж-жениться на мне! – жалобно добавила Марго.
– Клянусь Святым распятием, негодяй женится на тебе! – прогремел ее отец. – Как его имя?
Вместо ответа Марго медленно подняла огромные невинные голубые глаза на человека, чья исполинская фигура возвышалась над всей толпой.
Вырвавшийся из его груди хриплый возглас послужил ответом на этот вопрос.
– Эрик? – воскликнула мать. В голосе ее звучали ужас и недоверие. Из глаз брызнули слезы.
– Мама, между нами ничего не было! – яростно крикнул Эрик. – Я никогда…
– Что-то с трудом верится, сынок, – угрюмо проворчал отец. – Ты опозорил свою мать и меня вместе с ней!
– Но ничего же не было! – беспомощно твердил он. – Все было совершенно невинно, уверяю вас!
– Так ты продолжаешь утверждать, что ничего не сделал с моей дочерью? – взревел сэр Уолтер с лицом, перекошенным от ярости. – Ты можешь поклясться, что ни разу не коснулся ее своими лапами?
Эрик задыхался, как утопающий. Лица всех в зале были обращены на него, и все они, за исключением лишь самой Марго, Жофре и Томаса, пылали гневом и возмущением.
– Ну, это, конечно, не совсем так, но я могу поклясться, что мы никогда не делили постель… в общем, как это бывает между мужчиной и женщиной.
Окружающие, перешептываясь и подталкивая друг друга локтями, повернулись к Марго, по-прежнему стоявшей на столе. С ангельской улыбкой она вытащила из-за корсажа смятый листок бумаги и бережно расправила его.
– Взгляните на это, – сказала она, взмахнув бумажкой. – Этот д-документ п-подписан Майклом и Летией Д-Данлеви. Они к-клятвенно п-подтверждают, ч-ч-что я и Эрик С-стэйвлот п-провели вместе ночь в их д-доме и п-при этом с-спали в одной п-постели. Они т-так же к-клянутся, что п-при этом Эрик Стэйвлот п-представил меня как свою жену! Можешь прочитать сам, отец!
Эрик со стоном закрыл лицо руками.
– Гэрин, – угрюмо сказал сэр Уолтер, – пошли за священником.
Глава 24
– Говорю вам – надо навалиться на него всем вместе и силой отволочь туда. В конце концов, нас шестеро против одного, а он уже влил в себя не меньше трех кувшинов эля. Неужели же мы с ним не справимся?
Гэрин покачал головой.
– Что-то не уверен, Жофре. Честно говоря, я совсем забыл, как он чудовищно силен, особенно если из себя выйдет! А уж сейчас он и вовсе взбесился!