Облик грядущего
Шрифт:
Босс. Зачем только разрешили все эти науки? Зачем дали этому воскреснуть? – Он без увлечения принимается за завтрак. Опять начинает: – Наука! Это враг всего, что есть естественного в жизни! Мне эти летчики ночью снились. Рослые, страшные, все в черном, словно не люди. Наполовину машины. Бомбят и бомбят!
Бэртон. Да, бомбить они будут, это как пить дать.
Босс. Тогда мы будем с ними драться. После того, как Гордон сбежал, я вызывал к себе двух-трех летчиков. Это ребята смелые. Они еще покажут себя! (Он ходит взад и вперед, уплетая
Бэртон у двери кличет людей и отдает приказания.
Босс ободрился и ест теперь с большим аппетитом: – Рано или поздно им придется спуститься на землю. Что такое эти Мировые Сообщения? Горстка людей, таких же, как мы. Они не волшебники.
Перед кое-как сколоченным ангаром выстроился ряд старых, потрепанных самолетов. Перед ними стоит несколько очень молодых и на вид неопытных летчиков. Босс делает им смотр. Возле него Роксана.
Босс (начинает свою речь). Вам вверяю я эти хорошие, эти испытанные и проверенные машины! Вы не механики – вы воины. Вас учили не мыслить, а действовать и – если понадобится – умирать. Я приветствую вас, я, ваш Босс!
Летчики довольно неохотно отправляются к своим машинам и запускают моторы. Это почти что показ наших современных (1935) машин, в последней стадии разрушения и после бесконечных ремонтов.
Общим планом, очень далеко – новый тип бомбардировщика, летящего с какой-то беспощадной решимостью по сравнению с прыжками и неуверенным летом машин Босса. Это возвращается Гордон. За ним, где-то над самым горизонтом, следуют еще два больших бомбардировщика.
У этой машины свой особенный, характерный шум, которому должна вторить угроза в музыке фильма.
Более крупным планом – части этого огромного бомбардировщика. Летчики (трое мужчин и две женщины), стоя, смотрят вниз, на землю, один из них Гордон. Гордон в тревоге.
Просторная пещера, перекрытая балками обрушенного строения. Из нее открывается вид на пригородные развалины и отдаленный холм. Босс с Бэртоном, Роксаной и своим штабом. Босс рассматривает в бинокль знакомую линию горизонта. Стражи вводят Мэри и Хардинга. Босс оборачивается к ним.
Босс. Что вы знаете об этих людях – о Воздушной Лиге? Есть у них газ? Какой газ?
Хардинг. О газе ничего не знаю.
Босс. Эй, где противогазы? Подайте сюда.
Два парня приносят противогазы – карикатура на существующие.
Босс. Расскажите нам хотя бы об этих масках.
Хардинг осматривает противогаз, разрывает его и бросает на пол: – Дрянь! Абсолютно бесполезны.
Босс. Какой у них газ?
Хардинг. Газовая война не моя специальность.
Босс. Ну они, во всяком случае, не могут отравить
Бэртон (в ужасе). Вот они. Слушайте. Они уже летят!
Необычный рокот самолетов Гордона и сопровождающая его музыка постепенно становятся громче.
Босс бросается вперед и смотрит в бинокль: – Неуклюжие махины! Наши ребята собьют их в пять минут. Они слишком неуклюжи. Как! Наших поднялось только пять? Где же остальные?
Что-то невидимое приводит группу во внезапное замешательство. В отдалении наземь падает машина, объятая пламенем.
Босс. Вперед, атакуйте его!
Громкий взрыв. Вдали падает еще один горящий аэроплан.
Роксана. Бедняга, в него попали!
Босс. Они оба снижаются. Трусы!
Роксана. Но они не могут выпустить газ, как могут они прибегнуть к газам? Ведь у нас есть заложники!
Босс оборачивается и смотрит на заложников: – А! Заложники! Я еще не сдался. Выведите их, вот сюда! Свяжите их! Выведите их на открытое место, где их будет видно!
Стражи выводят Мэри и Хардинга наружу и привязывают к двум столбам. Крупным планом показано, как Мэри и Хардинга привязывают к столбам. Они, не дрогнув, смотрят друг на друга. Потом поднимают глаза к небу.
Босс направляется к ним, размахивая револьвером. Он кричит в небо: – Снижайтесь, или я застрелю их! Вы хотите бомбить ваших собственных заложников? Снижайтесь, или я стреляю!
Он вспоминает о Кэбэле. – Где тот, другой? Он главный заложник. Это лучше всего! Его они узнают! Ступайте, четверо, и приведите его…
Мягкий глухой удар, и на некотором расстоянии взрывается бомба. Звук не похож на разрыв обычной бомбы; скорей на звук, с которым вырывается облако пара.
Солдат (кричит). Это газ?
Босс машет револьвером в сторону Мэри и Хардинга: – Вы-то, во всяком случае, умрете раньше меня!
– Роксана стоит возле него. Взрывается еще одна бомба, поближе. Босс с выражением отчаянной решимости наводит револьвер на Хардинга, но Роксана ударяет по револьверу в момент, когда он разряжается.
Босс. Ты против меня?
Роксана. Разве ты не видишь? Он победил тебя. Смотри!
Видно, как вдали шатаются и падают солдаты.
На этот раз газ прозрачен, он напоминает колеблющееся знойное марево. Передний план еще совершенно чист, но чуть подальше мерцание.
Роксана бросается к Мэри и прижимается к ней:
– Мэри, я никогда не делала вам зла! Я спасла вашего отца! Я спасла вас! Не можете ли вы крикнуть вашему мужу – остановить это?
Совсем близко – крещендо ухающих взрывов! Ух! Ух! Ух! Количество газа увеличивается, он подползает все ближе. Аппарат сосредоточивается на лице Босса.
Босс с изумлением видит, как его люди постепенно поддаются действию газа. Он вздрагивает и подбирается.
Босс. Расстреляйте их всех, что вы все делаете, почему вы не шевелитесь? Я не потерплю этого. Что случилось? Все плывет перед глазами! Все поплыло…