Обломок империи
Шрифт:
— Ты выглядишь, как будто заглянул в ад, — Синклер сурово посмотрел на Мака в тот момент, когда Стаффа отпустил Крислу.
Мак стоял в напряженной позе с несчастным выражением лица.
— Ничего особенного, сейчас все пройдет. Надо только немножко времени. Ты тоже выглядишь не так уж великолепно.
— Она действительно моя мать? Но это значит, что он…
— Твой отец? — спросила Анатолия, поднимая
— Хочешь попросить у него образец его кожи? — сухо спросил Синклер.
— Можешь не сомневаться, хотела бы!
— Ну, так что он будет делать? — проворчал Мак. — Заберет себе двоих.
— Успокойся, — проговорил Синклер и внимательнейшим образом стал его разглядывать. «Откуда взялась такая враждебность? Проклятие!..»
Стаффа улыбнулся Крисле и, взяв ее за руку, шагнул вперед с выражением лица растерянным и неуверенным одновременно. Его беспокойные серые глаза испытующе уставились на Синклера. Пожалуй, в них был страх.
Стаффа нахмурился, как будто не зная, с чего начать!
— Оказалось, что мы все попали в беду. Не только Рига.., или Сасса, но все человечество.
Синклер постарался сосредоточиться, скрестил руки на груди.
— Командующий, а что именно вы планируете для Риги? Сейчас мы в сложном и уязвимом положении из-за махинаций Или.
Стаффа заложил руки за спину, обдумывая ответ.
— Я хочу прекратить войну.., во всем свободном космосе. Мне нужны люди, которые хотят сотрудничать в поддержании мира и поисках ответа на вопрос, как избежать угрозы исчезновения человечества.
— Другими словами, — проговорила Анатолия, — вам нужны союзники.
— Именно так, — подтвердил Стаффа. — Присоединишься ты ко мне или нет, Синклер? Мне сейчас нужна твоя помощь. Мне нужен твой талант.
— А как насчет Седди? — спросил Синклер.
— С Кайллой мирись сам, как это сделал я.
Синклер все еще колебался.
— Значит, я и мои люди можем уйти? Без каких-либо обязательств? И вы готовы оформить в виде договора все, о чем мы договорились?
Стаффа кивнул.
— Это больше не игра и не борьба за власть. Мы или найдем ответ, или сами умрем. Все. Я ставлю на твой блестящий ум, на то, что ознакомившись со всеми данными, ты окажешься достаточно умен, чтобы понять эту дилемму.
Синклер осторожно взял его протянутую руку, его пронзило тепло этого твердого рукопожатия.
Мак сидел в наблюдательной
Здесь он нашел ее, она стояла одинокая с потерянным взглядом и смотрела вдаль. Здесь он понял, как сильно он ее любит, и они коснулись друг друга и между ними проскочила искра.
Сама мысль о ней вызвала в нем мучительную пустоту и боль. Три долгих дня прошло с тех пор, как она ушла со Стаффой внутрь «Крислы». За это время Мак с головой ушел во всевозможную работу, попытку наладить управление империей. Дион занималась поддержанием порядка, контролем за выработкой энергии, обеспечением водой, едой, уборкой мусора и канализацией и, вообще, была незаменима.
Мак не повернул головы, когда вошел Синклер. Какое-то время они молчали.
— Я хочу, чтобы ты отправился с нами, — сказал Синклер.
Мак улыбнулся, сердце его разрывалось.
— Не могу, Синк. Это тот случай, когда тебе придется обойтись без меня.
— Почему? Что ты собираешься делать?
Мак наклонил голову набок и поглядел на звезды.
— Ты же сказал, что Или еще где-то там на просторе? Что ж, возможно, я отправлюсь искать ее. Можешь дать мне корабль?
— Какой ты хочешь? Мак огляделся.
— А чем плох этот?
Синклер нерешительно посмотрел на него.
— Ты в этом уверен?
Мак смотрел на звезды.
«Неужели не видишь? Дружище, отправиться с тобой.., быть рядом с ним.., и с ней. Это как вонзить в рану ржавый нож»
— Синк, страсть к приключениям у меня в крови и костях. Тебе больше не нужен умелый лейтенант. У тебя теперь семья. Тебе с ней разбираться. А я повидаюсь с отцом и в путь, как следует повидать свободный космос, что он из себя представляет, — он нахмурился. — Мне эта стерва никогда не нравилась. Если я смогу ее найти и захватить Фера в придачу — я убью двух дьяволов сразу.
— Убьешь двух дьяволов.., по-моему, я тебя понимаю. Ты прав, Мак, — Синклер улыбнулся ему понимающей улыбкой и протянул руку для пожатия. — Береги себя, Мак.
— И ты тоже.
После того как Синклер ушел, Мак продолжал сидеть в прежней позе. Он смотрел на далекие звезды, но в глазах стояло видение женщины с янтарными глазами.