Обман
Шрифт:
— Я уверена, что ему очень хотелось, чтобы меня и на свете не было, — честно признала я. — И я не могу его за это винить.
Я рассказала обоим старикам историю своего замужества, так что им было известно, почему Грейстоун так бесцеремонно бросил меня в полном одиночестве в Лэмбурн-Мэнор. Как ни странно, они по какой-то причине приняли мою сторону, хотя я все время объясняла им, что отнюдь не являюсь главной пострадавшей в этой истории.
Разумеется, старики прониклись ко мне симпатией не сразу. Они всегда считали лорда Грейстоуна чуть ли не святым, и, когда я рассказала им,
Как-то раз я отправилась в деревню и на обратном пути вдруг почувствовала себя неважно. Деревня находилась в трех милях от Лэмбурн-Мэнор, и, когда я вернулась обратно в поместье, у меня так дрожали и подгибались ноги, что казалось, я вот-вот упаду и не смогу встать.
Миссис Ноукс встретила меня на пороге.
— Миледи! — воскликнула она. — Где вы были? Мы искали вас по всему имению!
— Я ходила в деревню, — ответила я, с трудом различая миссис Ноукс за пеленой застилавшего глаза тумана.
— Ходила? — ужаснулась она. — Но почему вы отправились пешком? Ведь Уилли мог отвезти вас.
— Я не хотела никого беспокоить, — сказала я и упала в обморок прямо у ее ног.
Миссис Ноукс послала за доктором, а потом просидела около меня всю ночь, периодически заставляя глотать отвратительного вкуса лекарство. Я была в таком состоянии, что пару раз в бреду принимала ее за свою мать. К тому времени, когда я выздоровела, мы с миссис Ноукс уже подружились.
Изменение в ее отношении ко мне меня не слишком удивило. Я часто замечала, что люди очень привязываются к тем, кого они выхаживают во время болезни. Более того, я неоднократно испытывала это сама по отношению к лошадям, о которых заботилась, когда они недомогали.
Покончив с супом, я отрезала себе кусок сыра.
— А что у нас сегодня на обед? — поинтересовалась я, с удовольствием принюхиваясь к запаху, исходившему от самой большой кастрюли.
— Тушеная баранина. Одно из ваших любимых блюд, миледи.
Довольно хмыкнув, я проглотила кусок сыра и отрезала себе еще.
— Вы превосходная кулинарка, миссис Ноукс.
— Вряд ли вы можете оценить мое кулинарное мастерство по достоинству, миледи, — неодобрительно промолвила пожилая женщина. — Судя по тому, что вы мне про себя рассказываете, вы всю жизнь ели всякую дрянь в гостиницах.
— Это не всегда была дрянь, — возразила я.
Миссис Ноукс снова озабоченно закудахтала. Что бы я ни говорила, ее невозможно было убедить в том, что образ жизни, который я вела под опекой моего отца, вовсе не был таким уж ужасным и разрушительным для моего здоровья. Бросив очередной взгляд на стоящие на плите кастрюли, миссис Ноукс подошла к столу и уселась на свой любимый стул. Я подождала, пока она издаст облегченный вздох, всегда вырывавшийся из ее груди, когда ноги хотя бы на время избавлялись от веса тучного тела. Услышав его и на этот раз, я с трудом подавила улыбку.
— Завтра приедет мистер Кроуфорд, — сказала после небольшой паузы миссис Ноукс.
— Ну
Мистер Кроуфорд был поверенным графа Грейстоунского. Он вел финансовые дела его поместий. До этого он дважды бывал в Лэмбурне уже при мне, проверяя, все ли в порядке. Мне он казался очень приятным человеком.
— Я накрою стол к обеду в столовой, — многозначительно сказала миссис Ноукс.
Я знала, на что она при этом намекала.
— Не беспокойтесь, миссис Ноукс, я не скажу ему, что обычно ем на кухне. Обещаю.
Пожилая горничная кивнула, поджав губы. Тот факт, что я принимала пищу на кухне вместе с ней и с мистером Ноуксом, ужасно ее беспокоил. С одной стороны, она понимала, что мне может быть скучно обедать в столовой в полном одиночестве, однако в то же время сама мысль о том, что графиня Грейстоунская питается на кухне с прислугой, не давала ей покоя. Мне казалось, что дело не стоит выеденного яйца и что она зря беспокоится, но, однако же, я должна была признать, что понятия не имею о том, что такое быть графиней и как ей, то есть мне, следует себя вести.
Я никогда не рассказывала миссис Ноукс, что на конюшне частенько играю в карты с Уилли и Джорджем, поскольку она пришла бы в ужас, если бы об этом узнала.
— К приезду мистера Кроуфорда я надену мое голубое платье и изо всех сил буду стараться вести себя так, словно я настоящая леди, — заверила я миссис Ноукс.
— Вы и есть леди, — с нажимом сказала экономка.
Я подарила ей одну из моих самых обаятельных улыбок.
— Вы необъективны, потому что хорошо ко мне относитесь, — сказала я и встала из-за стола. — Спасибо за суп и за сыр.
Пройдя в библиотеку, я взяла письмо, которое мистер Ноукс оставил на каминной полке, рядом с часами, и прочла его, стоя у огня. После этого я снова медленно сложила листок бумаги, борясь в душе с чувством обиды и разочарования.
Бедная Луиза, думала я. Ее капризные племянницы и племянники, за которыми ей приходилось присматривать, просто затерроризировали несчастную женщину, что было ясно видно из ее послания.
Новость, которую я почерпнула из письма, была, увы, не слишком радостной. «Я ничего не слышала о человеке по имени Пэдди О’Грэди, — писала Луиза. — Как ты просила, я написала экономке в имение Чарлвуд, и мне ответили, что человек с таким именем не разыскивал тебя и не наводил о тебе справки и там, Кейт».
Закусив губу от досады, я стала смотреть на языки пламени. Я большую часть зимы раздумывала о том, как погиб мой отец, и мне очень нужно было поговорить с Пэдди.
Поразмыслив немного, я решила, что мне придется самой найти способ разыскать старого конюха.
На следующее утро я отправилась на конюшню раньше обычного, а вернувшись оттуда, надела голубое платье и стала ждать приезда мистера Кроуфорда.
Пожалуй, мне следует пояснить, что мой гардероб был еще одной причиной разногласий с мистером и миссис Ноукс. После нашей с Адрианом «свадьбы» кузина Луиза прислала всю мою одежду в Лэмбурн, однако я отправила обратно все то, за что заплатил мой дядя, поскольку скорее готова была ходить в отрепьях, чем носить вещи, купленные им.