Обман
Шрифт:
Мой телефон зазвонил узнаваемым сигналом.
На экране появилось Алтон.
Зеленые глаза Делорес встретились с моими. Я никогда раньше не смотрела на их цвет. В солнечном свете, льющемся из окон, в их глубине сверкали золотистые и коричневые блестки. Возможно, она выказывала больше эмоций, чем обычно, хотя скрывала это гораздо лучше.
— Алекс, прости, что прервала твой разговор с матерью. Я беспокоюсь.
Мой телефон зазвонил снова.
— Леннокс, — продолжала она, — поручил мне много дел. Обеспечение твоей безопасности — одно из них, одно из моих главных
Еще один звонок.
— И его, — сказала я.
Делорес кивнула.
— Как ты знаешь, это мой приоритет номер один. Я должна быть с ним в Вашингтоне прямо сейчас…
Звонок.
— Если я не отвечу, он перейдет на голосовую почту.
Она дернула плечом.
— Разве это плохо?
— Ты видела экран?
— Да.
Мой телефон завибрировал, показывая, что звонок был отправлен на голосовую почту.
Хотя у меня не было ни малейшего желания отвечать на звонок или слушать сообщение, я без сомнения разозлила Алтона больше, чем обычно. Он не только думал, что я повесила трубку, но и теперь я отказалась отвечать на его звонок.
— Вот, — сказала Делорес, открывая фотографию письма, которое я нашла. Она пролистала до последней страницы с подписью. На нем просто было написано: "Брайс".
— Знаешь, — сказала я. — У него разные имена.
Делорес широко раскрыла глаза.
— Кажется, это тенденция, которую я замечаю у вас обоих.
Я склонила голову набок.
— В точку. Но я никогда не была Чарли, до "Дель-Мара". Я даже не была Алекс до Стэнфорда. Я всегда была Александрией. Это было имя на конверте. Моя точка зрения заключается в том, что мой кузен, Патрик, знал, что Брайс… ну, всегда. Он зовет его Спенс. Я никогда не думала об этом до той ночи, когда Пат говорил о нем. Снова и снова он называл его Спенсом. Каким-то образом Нокс его знает и называет Эдвардом.
— Его первым именем.
— Да, Эдвард Брайс Кармайкл Спенсер.
— Что ты сказала?
— Я говорю, что только некоторые из нас, кто знал его всю жизнь, называют его Брайсом. По словам Нокса, в бизнесе его зовут Эдвард.
— Письмо было подписано "Брайс".
Я кивнула.
— Именно так он подписал бы его, если бы оно было от него ко мне.
— Хочешь сказать, что другие могут ошибочно использовать одно из его имен?
— Да. Например, если бы Нокс получил от меня письмо, и оно было подписано "Александрия", можно было предположить, что оно написано не мной.
— А как его называют твои родители?
Маленькая порция куриного салата, которую мне удалось съесть, наполнила тяжестью мой живот.
— Брайс. Его мать тоже так его называет.
— Что ты думаешь об этом письме?
Я пожала плечами.
— Это грязно. Это едва разборчиво, и вполне может принадлежать ему. Прошло много времени с тех пор, как мы передавали записки в Академии. Я бы сказала, что это его почерк, но… — мои глаза распахнулись. — … ты можешь попросить эксперта по почерку взглянуть на него.
— Могу, — подтвердила Делорес.
Мой телефон снова зазвонил.
Мне не нужно было смотреть на экран. Я узнала мелодию.
— Это моя мать.
— Или твой отчим пользуется
— Ситуация только усугубится, — предупредила я. — Доверься мне. У меня есть опыт.
Звонок.
— Моя работа — охранять тебя, — сказала Делорес. — Но ты не пленница. Хочешь поехать в Саванну? Ты бы чувствовала себя в безопасности в твоем доме?
Моем доме?
Я знала ответ. Я знала, где чувствую себя в безопасности, и это было в объятиях человека, который в Вашингтоне. Я не считала поместье Монтегю своим домом с того самого дня, как села в самолет до Стэнфорда. Мой дом был с Челси, и за последний месяц, с Ноксом.
— Нет. Я доверяю Ноксу. Он доверяет тебе. Я знаю своего отчима, и это меня не успокаивает. Я хочу заверить маму, что со мной все в порядке. Но я не хочу уезжать.
Звонок.
Она потянулась ко мне.
— Чем я могу помочь?
Неуверенность затопила мой организм, проверяя мое последнее утверждение, подталкивая меня к пределу. Если я отдам свой телефон Делорес, я совершу большой прыжок веры, доверяя ей не только в том, что касалось меня, но и моей матери, или, Боже упаси, Алтона.
Звонок.
Когда я протянула ей телефон, Делорес кивнула, не выказывая ни радости, ни недовольства моим решением.
— Алло? — сказала она.
Я снова услышала голос Алтона.
— Это миссис Витт, ассистент мистера Деметрия…
Взяв со стола стакан чая со льдом, я встала и принялась расхаживать возле окна, прислушиваясь к разговору Делорес с Алтоном. Мне нравилось ее спокойствие. Ничто не пугало ее, даже надутый хвастун, угрожающий судебными обвинениями.
— Уверяю вас, мисс Коллинз, совершеннолетняя, находится здесь в безопасности и по собственной воле…
Я огляделась в поисках часов. Который час? Был ли Нокс уже в Вашингтоне?
Я вздрогнула, когда чья-то рука коснулась моего плеча. Я повернулась к мягким карим глазам Сильвии.
— Алекс, мистер Деметрий на линии.
Мое сердце сжалось.
— Слава Богу! Наверное, он звонил мне на мобильный. Мои родители монополизировали его.
Я кивнула головой в сторону Делорес, которая все еще разговаривала с Алтоном.
— Это не Леннокс, а его отец, Орен.
Глава 14
Чарли
— Что? — спросила я Сильвию, пытаясь осмыслить ее слова. — Отец Нокса хочет поговорить со мной?
— Да, — ответила она. — Если хочешь, можешь ответить на звонок в офисе Леннокса. — Она качнула головой в сторону Делорес. — Там уединеннее.
Что-то личное? Мне все еще не рассказали историю, которую я должна была рассказать о перестрелке. Я упрекала родителей в невежестве, но, насколько я помнила, Нокс упоминал имя своего отца, как будто он разговаривал с ним после нашего возвращения в этот дом. Если так, то, несомненно, мистер Деметрий знал, что произошло.