Обман
Шрифт:
— Я беру его, — сказала она.
Чарли от неожиданности поперхнулся.
— Погодите, — сказал он. — Я не знаю…
— А тебе и знать не надо, — резко оборвала его Эмили. — Твое дело спустить катер на воду и передать мне ключи. Остальное дело полиции. Ты предоставил лодку убийце, взявшему в заложники ребенка. Так что спускай «Морского колдуна» и дай-ка мне еще пару биноклей.
У Чарли, огорошенного такой новостью, отвисла и задрожала челюсть. Трясущейся рукой он подал ей ключи. Когда он, следуя за Эмили и Барбарой, дошел до середины
Фогерти выскочил из машины и бегом бросился на понтон. В одной руке он держал пистолет в кобуре, в другой — карабин.
— Помоги нам, Майк, — приказала Эмили, когда он прыгнул в катер, и принялась срывать защитный голубой чехол, закрывающий сиденья и приборную доску. Она перебросила чехол за плечо и сунула ключ в замок зажигания. Фогерти ходил за морскими картами. Через две минуты Эмили уже завела мотор.
Катер, окутанный выхлопными газами, стоял носом к причалу. Эмили развернула его в море.
— Ради бога, берегите «Колдуна», — жалобно просил Чарли. — Кроме него, у меня ничего нет, да и кредит за него еще не выплачен.
По спине Барбары прошел холодок. «Кроме нее, у меня никого нет», — вспомнила она слова Ажара и тут же увидела его «гольф», въезжающий на стоянку пристани. Он остановился посредине бетонной площадки. Ажар выскочил из машины и, не закрыв дверь, побежал к понтону. Он молча смотрел на Барбару, в то время как Эмили выруливала на фарватер, проходящий по восточной части гавани, откуда брал начало огибающий Нез Балфордский канал.
Не волнуйся, мысленно обратилась к нему Барбара. Я привезу ее, Ажар. Клянусь тебе… С Хадией все будет в порядке.
Но она достаточно долго занималась расследованием преступлений и знала, что нельзя гарантировать чью-то безопасность, в особенности когда убийца загнан в угол. А тот факт, что Муханнад Малик не испытывал ни малейших угрызений совести из-за того, что превратил ради денег людей в рабов, изображая из себя их пламенного защитника, заставлял предположить, что он не остановится ни перед чем. Что ему безопасность да и жизнь восьмилетней девочки!
Барбара помахала Ажару рукой с поднятым вверх большим пальцем, не зная, чем еще подбодрить его, а затем, отвернувшись от пристани, стала внимательно смотреть на воду.
Скорость движения в этом месте была ограничена пятью узлами. А сейчас, в конце дня, фарватер был забит многочисленными плывущими к берегу лодками с туристами. Но Эмили было на это наплевать. Надев солнцезащитные очки и расставив пошире ноги, она врубила максимальную скорость.
— Включи радио, — приказала она Фогерти. — Свяжись с начальством. Скажи им, где мы находимся. Спроси, не могут ли они выслать вертолет, чтобы обнаружить его в море.
— Слушаюсь.
Он положил оружие на сиденье и начал щелкать переключателями рации, произнося какие-то таинственные буквы и числа. Потом внимательно вслушивался в треск, ожидая, что ему ответят.
Барбара подошла
— Нам надо держать курс на Германию, — прервала Эмили безответно кричащего в микрофон Фогерти. — На устье Эльбы. Найди-ка, где это.
Он прибавил громкость, отложил микрофон и углубился в карты.
— Ты согласна, что именно там он и попытается скрыться? — перекрикивая гул мотора, обратилась Эмили к Барбаре.
— По идее возможно. В Гамбурге у него партнеры. Ему нужны документы, безопасная квартира, где он мог бы отлежаться, перед тем как рвануть в Пакистан, а там только Богу известно…
— Сейчас мы в заливе, в районе песчаных отмелей, — прервал ее Фогерти. — Следите за бакенами. А потом следуйте по курсу ноль-шесть-ноль, — объявил он и бросил карты на сиденье.
— Что это? — Эмили вытянула шею, словно стараясь расслышать получше и понять то, что сказал Фогерти.
— Шеф, это ваш курс, — сказал Фогерти, снова принимаясь за радио. — Ноль-шесть-ноль.
— Это как?
Фогерти в замешательстве уставился на нее.
— Вы разве не ходите под парусом?
— Под каким, к черту, парусом? Я хожу на веслах. Это Гарри ходит под парусом. И тебе это известно. Так что, черт возьми, значат твои «ноль-шесть-ноль»?
Фогерти сообразил, в чем дело. Положив руку на крышку компаса, он сказал:
— Держите руль по курсу ноль-шесть-ноль. Это направление на Гамбург и курс на начальном отрезке нашего пути.
Эмили понимающе кивнула и прибавила скорость.
Сейчас западная оконечность Неза была у них по правую руку; Уэйд, представляющий собой цепочку заболоченных островков, выступающих над водой только во время отлива, находился слева. Прилив был высокий, однако время близилось к вечеру, поэтому яхтсмены-любители уже развернули свои яхты в направлении пристани. Эмили вела катер по центру канала на максимально допустимой скорости. Но когда они увидели бакены, отмечающие место, где канал, по которому они шли, вливался в Хемфорд-уотер, более широкий и глубокий, сразу за которым было открытое море, она потянула на себя рычаг заслонки дросселя. Мощный мотор одобрительно зарычал. Нос катера приподнялся, затем с размаху шлепнул по поверхности воды. Фогерти, потеряв равновесие, рухнул на сиденье, Барбара вцепилась в поручни, а «Морской колдун» легко заскользил по поверхности Хемфорд-уотер.
Прямо перед ними простирались залив Пенни-хол и Северное море: широченное покрывало цвета зеленого лишайника, над которым то тут, то там вздымались белые капюшончики. «Морской колдун» легко несся вперед, и Эмили еще прибавила скорости. Нос катера вновь взлетел вверх и затем с такой силой плюхнулся на поверхность воды, что боль от не окончательно зажившего ребра пронзила грудную клетку Барбары, поднялась по горлу и дошла до самых глаз.
Господи, взмолилась она. Только бы не потерять сознание.