Обмен убийствами

Керник Саймон

– Сомневаюсь, что они нас в чем-то подозревают, ведь у них нет трупа, но положение опасное. Просто поразительно, как все может вдруг измениться. В это же время на прошлой неделе все было в порядке. А теперь…

Он задумался, а я внимательно смотрел на него, зная, что если он не клюнет на мою идею, то мне придется забыть про нее.

– Такая операция потребует человек четырех или даже пяти, – наконец произнес он.

– Да, конечно. Я уже прикинул, в качестве водителя мы можем использовать Джонни Хексхэма. Он вечно шляется без работы, и ему не обязательно говорить о нашей затее. Во всяком случае, пока не станет слишком поздно. Я даже попрошу его подыскать машину, на которой мы поедем

на дело. А ты знаешь, кого еще можно привлечь? Я думал о бывших наемниках, кому позарез нужно заработать.

– Не каждый из них пойдет на такое дело. Слишком много риска и вероятности, что все сорвется.

– Когда речь идет о сумме в полмиллиона фунтов, они не станут возражать, чтобы потратить немного времени.

– А как ты хочешь поделить выкуп?

– Каждому, кто пойдет с оружием, по одинаковой доле, пятьсот – водителю, тридцать – Элейн за идею. Справедливо, как считаешь?

Джо кивнул:

– Да, только нужно очень осторожно подобрать помощников. Не дай. Бог нарваться на людей, которые вдруг скажут, что не хотят участвовать в подобном деле, они же могут нас выдать, и я, как и ты, окажусь в списке жертв Хольцев.

– Согласен, сейчас никого не могу вспомнить. Неделю назад я бы уверенно назвал Тони. Он бы определенно пошел с нами.

– Когда ты рассчитываешь устроить похищение?

– Как только все организуем. Место, где будем его прятать, машины и, самое главное, людей. Это займет всего несколько дней.

– А кто будет все планировать?

– Я сам, если ты сумеешь найти людей. Думаю, ты прав, нам нужно четыре вооруженных человека. Значит, ты согласен войти в дело?

Джо допил пиво и тяжело вздохнул.

– Внутренний голос говорит мне, что я идиот, и если бы вместо тебя был другой, я сбежал бы от него подальше, но деньги мне не помешают. Да, можешь на меня рассчитывать и дай мне пару дней подыскать людей. А тем временем и сам шевелись. Ты пустишь на расходы те деньги, что я тебе дал?

Я кивнул:

– Да, этого будет достаточно.

Я предложил ему еще банку пива, не желая с ним расставаться, но ему пора было идти.

После его ухода я все равно открыл новую банку с пивом и развалился в кресле, отдыхая. Я с самого начала знал – в конце концов Джо согласится: как и все бывшие наемники, он тосковал по бурной жизни, кроме того, он слишком часто бывал под обстрелом, чтобы не испугаться участия в этой операции, даже мне самому казавшейся недостаточно выверенной. Но не стоило пренебрегать вознаграждением, которое мы получили бы в случае удачи.

Теперь мне оставалось обеспечить основные пункты плана, и тогда можно будет приступить к его выполнению.

Среда,

одиннадцатью днями раньше

Гэллен

Когда я приехал в ресторан, Малик – я решил, что это он – уже сидел за столиком в дальнем конце зала. Я понял, почему он выбрал это место: он был единственным посетителем, и это привлекало к нему внимание. Обычно во время дежурства мне бывает некогда посидеть в ресторане, поэтому я надеялся, Малик познакомит меня с тем, чего не знали мы, перекусывающие на бегу в Уэст-Энде.

Когда я подошел, он встал, мы представились друг другу и обменялись рукопожатием. Малик оказался молодым человеком лет тридцати, с открытой улыбкой и довольно самоуверенным; видом. Одет он был в темно-серый костюм, на вид дороже, чем позволяла зарплата копа, со щегольским красным галстуком – слишком строго для такой жаркой и влажной погоды, но он держался отлично. Он выглядел скорее как преуспевающий предприниматель, чем коп, только в нем было нечто очень естественное и располагающее,

вызывающее доверие. Работай он продавцом, я бы стал его постоянным клиентом, а я не про каждого могу такое сказать.

Не успел я усесться, как появился официант и спросил, не желаю ли я выпить. Я видел, что Малик заказал себе апельсиновый сок, но, поскольку за обед расплачивалась «Мет», а у меня при себе было несколько пластинок мятной жвачки, чтобы заглушить запах спиртного, я выбрал пиво. Меня не смущало, что я буду пить один.

– Итак, расскажите мне про убийство, которым вы занимаетесь – предложил Малик, когда мне принесли пиво.

Я вкратце сообщил ему все о деле Мэттьюза.

– Расследование буксует на месте. Мы до сих пор не нашли Джин Тэннер – она словно в воздухе растворилась, – а предварительное вскрытие тела Крейга Макбрайда показало, что он умер от передозировки героина. И опять-таки никаких признака борьбы. Помимо этого, у нас ничего нет. Ни новых версий, ни результатов расследования старых. Я подозреваю, что к делу причастен кто-то из окружения Хольцев, поскольку все имеющие к нему отношение или умирают, или бесследно исчезают, но никак не могу это доказать.

Малик задумчиво кивнул:

– Не знаю, Джо, чем я смогу вам помочь.

Я отхлебнул пива.

– Я тоже не знаю, просто на всякий случай стараюсь использовать все возможности, никогда ведь не знаешь, где найдешь помощь. Прежде всего мне хотелось бы получить как можно более полную информацию о Хольцах и Ниле Вэймене, потому что пока я располагаю только отрывочными сведениями.

– Сначала давайте закажем еду. – Он взял меню и протянул его мне. – Особенно рекомендую салтимбока.

– А что это такое?

– Эскалопы из телятины и пармской ветчины под винным соусом «Марсала», которые подают со свежими овощами и тушеным картофелем. Белиссимо!

– Вы рекламируете блюдо, словно хозяин этого ресторана. – Я просмотрел меню, но больше мне не бросилось в глаза ничего интересного. – Идет, закажу эскалопы. В честь моей бывшей жены.

– Они ей нравились, да?

Я злорадно усмехнулся:

– Нет, она была вегетарианкой.

– Вижу, вы расстались с ней не очень дружелюбно, – засмеялся он.

– А разве бывает по-другому?

– Очень даже бывает. Но кто я такой, чтобы судить? – Он подозвал официанта и сделал заказ. – Ну так вот, – сказал он после ухода официанта, – что касается Хольцев. Я вхожу в группу, которая занимается изучением их деятельности уже на протяжении почти полутора лет, и должен заметить, к ним очень трудно подобраться. Это все равно что пытаться лбом прошибить бетонную стену.

– А почему?

– По разным причинам. Прежде всего они занимаются здесь разными делишками уже около тридцати лет, поэтому хорошо укоренились. Все держится на старике Стефане. Он начинал как мелкий воришка и боксер-любитель, потом принялся за выбивание денег, а затем решил основать свое дело. Что отличало молодого Стефана от тысяч других преступников, так это его острый и изворотливый ум. Он был и остается очень хорошим бизнесменом. Жаль, конечно, что он тратит свои способности на организацию преступлений, но благодаря им зарабатывает в десять раз больше, чем если бы действовал легально, а с годами очень расширил сферу деятельности. Стефан занимается игорным бизнесом, мошенничеством и иногда даже вооруженными ограблениями, хотя сам, разумеется, в них не участвует. Он только все организовывает, стараясь окружить себя очень надежными людьми. Поэтому его организация по преимуществу семейная. Вначале ему очень помогали два его брата, а когда они состарились, их место заняли его сыновья. Возможно, они никогда не стали бы настолько влиятельными, если бы не подключились к поставке и сбыту наркотиков.