Обмен убийствами
Шрифт:
Этот ублюдок начинал действовать мне на нервы. Но чтобы он заткнулся, я сунул руку за спину под пиджак и достал из-за пояса джинсов «Глок-17». Я протянул его на ладони, показывая Фаулеру, в который раз и сам восхищаясь этим пистолетом – настоящим произведением искусства да еще легким как перышко. Говорите про немцев что угодно, но нужные и важные вещи – автомобили, футбольные команды, порнофильмы (если не обращать внимания на прически) и огнестрельное оружие – они делают отлично.
Фаулер приблизился
– А он работает?
– Вам известно что-то, о чем я не знаю?
– О чем вы говорите?
– А почему вас так интересует, работает он или нет? Вы, видно, рассчитываете, что я собираюсь из него стрелять? Если так, то я не уверен, что захочу идти с вами. Моя жизнь и жизнь моих товарищей, которые остались внизу, стоит гораздо больше этих шести тысяч. Вы понимаете, о чем я?
– Я бы и сам не пошел, если бы думал, что произойдет какое-нибудь непредвиденное событие, но просто на всякий случай я хочу быть уверенным в поддержке.
– Он работает, – сказал я. – Но если мне придется им воспользоваться, я буду очень недоволен. А когда я недоволен, то и вы будете недовольны. Это я вам обещаю.
Я открыл дверь, дождался, пока он выйдет, затем выключил свет и спустился за ним следом.
– Остановитесь здесь, – попросил Фаулер.
Эрик повернул руль, и машина приблизилась к въезду на заброшенного вида коммерческую стоянку, окруженную высоким забором из металлической сетки. Дорогу нам загораживал автоматический барьер.
– Подъезжайте к панели с кнопками и наберите код – эс два-три-четыре.
Эрик ничего не ответил, но сделал, как он велел, и барьер поднялся. Машина вкатила внутрь и дальше к перекрестку в виде буквы «Т». Над стоящим впереди одноэтажным строением сияла неоновая вывеска – «Кэнли электроникс».
– Посидите минутку, – сказал Фаулер и выскочил из машины так быстро, что мы не успели даже спросить, куда это он. Мы видели, как он пересек дорогу и подошел к растрепанной живой изгороди перед «Кэнли электроникс». Там он остановился, внимательно огляделся по сторонам, затем нагнулся и засунул кейс подальше в кусты, чтобы его не было видно.
– Что он делает? – спросил Эрик. – По-моему, ты говорил, там документы на его клуб.
Я пожал плечами:
– Так я и думал.
Эрик встревоженно покачал головой:
– Не нравится мне это дело, Макс. Как-то все подозрительно. Зачем было устраивать встречу в таком захолустье?…
– Может, он просто осторожничает, – как всегда невозмутимо возразил Тони. – Сначала хочет убедиться, что они принесли деньги.
– Может быть, – проворчал я, не слишком успокоенный этим объяснением. – Только нам нужно держаться осмотрительнее. Видно,
– Черт, я слишком стар для такого дела. Ведь я уже дед.
– Умственная и физическая работа отдаляет наступление старости, – поучительно заметил Тони. – Когда мой дед ушел на пенсию, он целыми днями ничего не делал, только пялился в телевизор и уже через пять лет превратился в дряхлую развалину. И помер, воображая, будто выходит из дома под ручку с телеведущей Кэрол Вордерман, бедный идиот.
– Не знаю, – откликнулся я, – Лично мне она нравится.
– Он посылал ей цветы и все такое. В конце концов отец с матерью вынуждены были запирать его дома. Доктора потом сказал и, что ему недоставало стимулов. Подумай над этим, Эрик. В этом есть какой-то смысл.
– Заткнись! – Эрик взглянул на него сердито, но без угрозы. Они с Тони хорошо знали друг друга и, насколько я был в курсе, всегда ладили. Это была одна из нескольких причин, по которым мы с Джо выбрали именно их на этот вечер.
Разговор прервался, когда Фаулер вернулся и залез в машину.
– О'кей, теперь сверните налево и поезжайте до конца дороги.
– Объясните мне кое-что, мистер Фаулер, – сказал я, когда «рейнджровер» повернул влево и медленно направился по площади стоянки, переваливая через частые асфальтовые гребни для снижения скорости. – Почему вы выбрали для обмена такое заброшенное место? В Лондоне можно найти тысячу мест получше.
– Мы не хотели, чтобы нас кто-нибудь видел, вот и все.
– Господи ты Боже мой! – проворчал Эрик. – Если вам нужна была такая секретность, могли бы встретиться в моем сарае. Это же просто смешно!
– Мы почти приехали, – недовольно ответил Фаулер. Он сидел как на иголках, страшно потея и все время вытирая лоб.
Тони спросил, хорошо ли он себя чувствует.
Он кивнул:
– Да, да, все хорошо. – Но было видно, ему здорово не по себе.
– Если вам кажется, что дело может плохо обернуться, давайте просто уедем. – Тони достал из кармана рубашки пачку сигарет и угостил Фаулера. Владелец клуба взял и поблагодарил его, когда тот поднес ему зажигалку. – К вашим услугам, – усмехнулся Тони, нагнулся и протянул пачку мне и Эрику. Эрик взял одну, а я сказал, что бросил курить.
– Серьезно? И давно?
– Порядочно.
Мы приблизились еще к одному перекрестку, и Фаулер велел повернуть направо. Мы оказались в другом конце стоянки, и за строениями, которые тянулись перед нами, я разглядел забор, а за ним что-то вроде пустыря. Вокруг стояла какая-то нереальная тишина, мы оказались словно в пустыне, окруженной многолюдным и шумным городом. Вроде тех мест, которые снятся детям в кошмарах.
– По-моему, это здесь, впереди, – сказал Фаулер.