Обольстить грешника

Хойт Элизабет

На следующее утро, когда Мелисанда проснулась, Вейла в комнате уже не было. Она провела рукой по его подушке. Она все еще была теплой, и на ней сохранилась вмятина от его головы. Она опять была в одиночестве, как и каждое утро своего короткого брака, но на этот раз одиночество было совершенно другим и ощущалось по-иному. Этой ночью она лежала в его объятиях, слушала его дыхание, слышала медленные удары его сердца и чувствовала его горячую оголенную кожу, согревавшую ее.

Она еще немного полежала и потом позвала

Салли. Спустя полчаса она уже была внизу, готовая к завтраку, но ее мужа нигде не было видно.

— Лорд Вейл уехал кататься верхом, миледи, — смущенно проговорил лакей. — Он сказал, что вернется к отъезду.

— Спасибо, — сказала Мелисанда и отправилась завтракать в маленькую столовую. Какой смысл разыскивать его? К тому же он, в конце концов, вернется.

В этот день Вейл предпочел ехать на лошади рядом с каретой, и Мелисанда качалась из стороны в сторону в карете в обществе одной Салли.

В конце дня они добрались до Эдинбурга и уже после пяти вечера подъехали к элегантному дому тетушки Вейла. Вейл открыл дверцу кареты, и Мелисанда только успела опереться на его руку, как его тетя уже приветствовала их. Миссис Уипперинг была маленькой, толстенькой дамой в желтом, как солнце, платье. У нее были розовые щеки, постоянная улыбка и довольно громкий голос, которым она активно пользовалась.

— Это Мелисанда, моя жена, — сообщил Вейл своей тетке, как только она перевела дыхание от своего бурного приветствия.

— Как я рада видеть вас, моя дорогая! — пропела миссис Уипперинг. — Называйте меня тетей Эстер.

Мелисанда так и сделала.

Тетя Эстер ввела их в дом, который, очевидно, был подновлен по случаю заключения брака с третьим мужем.

— Новый муж — новый дом, — весело сказала она Мелисанде.

Джаспер только улыбнулся.

Это был приятный дом. Построенный из белого камня в строгом классическом стиле, он возвышался на одном из эдинбургских холмов. В доме тетя Эстер предпочитала белый мрамор и полы в черно-белую клетку.

— Сюда, — позвала она, вводя их в холл. — Мистер Уипперинг сгорает от нетерпения познакомиться с вами обоими.

Они вошли в красную гостиную, где над камином, покрытым черной эмалью и позолотой, висела картина с изображением огромных корзин с фруктами. Мужчина, настолько высокий и худой, что походил на сучковатую трость, сидел на диване. Когда они вошли, он подносил ко рту сладкую булочку.

Тетя Эстер бросилась к нему, взмахнув желтыми юбками:

— Только не булочки, мистер Уипперинг! Вы знаете, как они вредны для вашего пищеварения.

Бедняга отложил булочку и встал, чтобы познакомиться. Он был даже выше Вейла, и камзол свободно болтался на нем. Но он приятно улыбался, глядя на них поверх полукруглых стекол своих очков.

— Мистер Горацио Уипперинг, мой муж, — с гордостью представила его тетя Эстер.

Мистер Уипперинг поклонился Вейлу и, взяв

руку Мелисанды, лукаво посмотрел на нее.

Представления были сделаны, тетя Эстер плюхнулась на диван.

— Садитесь, садитесь и расскажите мне все о вашем путешествии.

—

На нас напали разбойники, — любезно сообщил Вейл.

Мелисанда подняла бровь, и он подмигнул.

— Не может быть! — Глаза тети Эстер округлились, и она повернулась к своему супругу: — Вы слышали, мистер Уипперинг? Разбойники нападают на моего племянника и его жену. Это неслыханно! — Она покачала головой и разлила чай. — Ну, я думаю, вы отпугнули их.

— Пришлось, — со скромной улыбкой отозвался Вейл.

— Вам повезло, у вас такой сильный и храбрый муж, — сказала Мелисанде тетя Эстер.

Мелисанда улыбнулась, избегая взгляда Джаспера, чтобы не рассмеяться.

— Я думаю, их надо повесить. Правда-правда, я так думаю, — продолжала маленькая женщина. Она подала чашки Вейлу и Мелисанде и одну своему мужу с наставлением: — Не забывайте, сливки добавлять не надо. Помните, как они действуют на ваше пищеварение, дорогой.

Она снова села, поставив на колени блюдо с булочками, и заявила:

— Я хочу обсудить с тобой один вопрос, дорогой племянник.

— И какой же это вопрос, дорогая тетушка? — спросил Вейл. Он засунул в рот самую большую булочку и жевал, рассыпая крошки по рубашке.

— Вот эта ваша поспешная свадьба… Не вижу причины, для чего бы так торопиться, если, — она пристально посмотрела на них обоих, — нет какой-то особой причины.

Мелисанда смутилась и покачала головой.

— Нет? Тогда зачем спешить? Едва я успела получить письмо о том, что вы поменяли невесту, и следующей почтой — это была следующая почта, не так ли, мистер Уипперинг? — обратилась она за поддержкой к супругу. Он кивнул, явно привыкнув участвовать в ее монологах. — Я так и думала, — продолжала тетя Эстер. — Вот я и говорю: со следующей почтой пришло письмо от твоей матери, она написала, что вы уже поженились. У меня даже не было времени подумать о подходящем свадебном подарке, не говоря уже о поездке в Лондон, и вот теперь я хочу знать, почему вы женились так поспешно. Мистер Уипперинг ухаживал за мной три года, правда, мистер Уипперинг? Он послушно кивнул в знак согласия.

— Я даже заставила его продлить нашу помолвку — ну, на то время, что положено, — и потом мы поженились. Не могу понять, почему надо было так спешить. — Она перевела дух, отпила немного чаю и, насупившись, посмотрела на племянника.

— Видишь ли, тетя Эстер, я был вынужден жениться на Мелисанде как можно скорее, — сказал Вейл, изображая оскорбленную невинность. — Я боялся, что она передумает. Ее окружало столько женихов, что мне приходилось разгонять их палкой. Как только я получил ее согласие, я сразу же повел ее к алтарю.