Оборотни
Шрифт:
– Я пыталась… три, четыре раза. Его не могли найти.
Затем звякнул дверной звонок… Это был Диггер.
– Он не сказал, как ему стало известно, что вы здесь?
– Это не имело значения. Нам нужно было столько обсудить… Я просто решила…
Должно быть, Шелда, подумал я. Скорее всего, она столкнулась где-нибудь с Диггером и сказала ему. Она могла не искать его специально, но, случайно встретив, конечно же, все рассказала.
– Вы сидели здесь, разговаривали с Салливаном, когда ему показалось, что в саду кто-то
– Да.
– Он направился к дверям, доставая на ходу пистолет?
– Да.
– Где он носил пистолет?
– Я… я не знаю. Внезапно он оказался у него в руке.
– Мужчина в саду не мог находиться более чем в десяти или пятнадцати футах от Салливана. Они были давними друзьями, во всяком случае, общались долгое время. Они ничего не сказали друг другу?
– Я… я звала Диггера и не слышала, о чем они говорили.
Сразу раздались выстрелы.
– Лоринг не крикнул что-нибудь вроде "вы арестованы" или "бросьте оружие"?
– Я ничего не слышала.
– Что-то у вас не сходится, – покачал головой Декер. – Лоринг – сотрудник государственного правоохранительного учреждения. Он не мог стрелять без предупреждения.
Жульет посмотрела на меня, на него.
– Я лишь говорю вам, что слышала, а что – нет.
– Салливан выстрелил первым?
– Не знаю! Все произошло слишком быстро.
Декер полез в карман за сигаретами. Он вспотел.
– Хорошо, они начали стрелять одновременно. Что потом?
– Этот человек… Лоринг, как вы сказали… его качнуло, он повернулся и упал лицом вниз. Диггер… просто стоял, глядя на него. На мгновение я подумала, что он даже не ранен. А потом у него подогнулись колени, и он рухнул на землю.
– Дальше?
– Я подбежала к нему и увидела ужасную рану на груди. Он не открывал глаз. Изо рта текла кровь. Он… он не дышал.
Во всяком случае, мне показалось, что он не дышит.
– А потом?
– Я убежала в дом, чтобы позвонить мистеру Хаскеллу.
– Вы не взглянули на Лоринга?
– Нет.
– Как же вы определили, что он мертв?
– Я увидела, как после выстрела Диггера у него между глаз появилась дыра. Я… я знала. По тому, как он упал…
– Почему вы позвонили Хаскеллу, а не в полицию?
– Я не знала, кому звонить. Мистер Хаскелл – мой друг.
Я подумала, он знает, что нужно делать в таких случаях.
– И вы позвонили ему через две или три минуты после выстрелов?
– Думаю, да. Прогремели выстрелы. Они оба упали. Я подбежала к Диггеру. Затем вернулась в комнату и позвонила.
Наверное, прошло две-три минуты.
Декер положил сигарету, которую так и не закурил, в пепельницу на кофейном столике.
– Теперь, мадам Жирар, вернемся к Лорингу. Шамбрэн говорит, что он знал вашего отца. Работал с ним в Париже несколько лет назад. Но вы не узнали его.
– Раньше я никогда его не видела, – ответила Жульет.
– Он никогда
– Нет. Я… я знала, что есть такой человек… Лоринг, связанный с правительством Соединенных Штатов… агент по борьбе с распространением наркотиков. Мой отец говорил о нем. Он ему доверял. Но я никогда его не видела.
– Значит, вы не знали, кто он, до того момента, как мы назвали вам его имя?
– Совершенно не знала, во всяком случае, понятия не имела, как он выглядит.
И тут появился Гарри Кларк, коллега Лоринга. Бледный, как полотно, по скулам ходили желваки. Остановившись посреди комнаты, он пронзил Жульет взглядом, затем прошел в сад и склонился над телом Лоринга. Приподнял простыню и долго вглядывался в мертвое лицо.
– Сукин сын, – повторял он снова и снова. – Сукин сын.
Наконец Кларк встал и вернулся к дверям.
– Ну, Шамбрэн, теперь-то мы знаем, кто есть кто.
– Неужели? – отозвался Шамбрэн.
– Жирар оказался прав в отношении Салливана. Сэм, должно быть, получил доказательства его вины и следил за Салливаном, рассчитывая, что тот приведет его к месту обмена денег на наркотики.
– Вы абсолютно уверены в Лоринге? – спросил Шамбрэн.
Кларк едва не ударил его. Он даже шагнул к Шамбрэну, взмахнул рукой, но сдержался.
– Абсолютно уверен, Шамбрэн. Абсолютно.
Наступившую тишину нарушил дрожащий голос Жульет.
– Я думаю, мне лучше вернуться к Шарлю.
Она с видимым усилием поднялась. Кларк и Декер переглянулись.
– У вас нет возражений? – спросил я.
– Нужно, чтобы она подписала показания, – сказал Декер.
– Разве она не может сделать это в отеле? Сколько, по вашему, можно выдерживать такое напряжение? Ей же нужно прийти в себя.
Сержант все еще колебался.
– Я пошлю с ней своего сотрудника.
– Я провожу ее, – отрезал я. – Кто-то должен рассказать ее мужу, что произошло. Он ничего не знает.
– Может быть… он действительно не знает, – пробурчал Гарри Кларк.
Я думаю, Жульет его не слышала. Она уже двинулась к двери. Шамбрэн поддержал меня.
– Марк может узнать у нее чуть больше. Ей легче говорить с ним, ведь они друзья.
– Идите, Хаскелл, – принял решение Декер. – Если она скажет вам что-то новое…
Я не ответил. Разозлился, что из меня хотят сделать доносчика. Жульет требовалось только участие.
Кто-то из полицейских остановил нам такси. Жульет забилась в угол, глядя прямо перед собой. Как я мог объяснить, что чувствовал себя счастливым, находясь рядом с ней.
– Я убила его, – она не повернула головы. Ее начала бить дрожь. Я взял ее руку и крепко сжал.
– Вы ни в чем не виноваты перед ним.
– Он пришел, потому что знал, где я, потому что я хотела поговорить с ним. Если б я смогла убедить его, что опасность слишком велика.