Обратный эффект
Шрифт:
– Ну, прости. Я сам не понимаю, как такое произошло. А о тебе я помнил, честное слово. Несколько раз порывался уйти.
– И что же тебе помешало?
Сергей опустил глаза. Что ответить? Он сам не знал, что ему мешало.
– Хочешь, я отвезу тебя на берег моря? Мы будем с тобой вместе, и я постараюсь полностью загладить свою вину.
– Вкусная пицца, – сказала Лена, откусив, наконец, первый кусочек. – Ты угадал с ней.
– Так что на счет моря?
– Я не против. Только сначала хочу подкрепиться. Ты меня заставил понервничать,
Сергей смотрел на Лену, как она уплетает пиццу, а сам лишь потягивал из стаканчика кофе.
– Ты почему ничего не ешь? – спросила она, проглотив очередной кусок.
– Вчера хорошо наелся.
Сергей вновь вспомнил об отце. Такая большая задержка звонка выглядела странной. Если отец вчера пытался дозвониться и не смог, то сегодня он должен был обязательно это сделать.
– У тебя все в порядке? – спросила Лена.
– Нормально все.
– Я же вижу, что что-то не так.
– Батя не позвонил сегодня.
– Это разве так плохо?
– Он всегда звонит в одно и то же время. Мы с ним условились. С тех пор, как он уехал в эту экспедицию, не проходило ни одного дня, чтобы он не напоминал о себе. Вчера до шести звонка не было. Потом у меня сел телефон, и я не знаю, пытался ли он звонить или нет. И сегодня тоже никаких от него известий.
– Вдруг, ему что-то помешало. Всякое бывает.
Сергей пожал плечами.
– А почему ты сам ему не позвонишь?
– У него телефон там спутниковый. Только он может мне позвонить, а я ему – нет. Разве что от начальника. В кабинете у него есть аппарат для связи по спутнику. Но рабочий день закончился, и сегодня уже никак.
– Тогда поехали, – сказала Лена, отодвинув коробку с недоеденной пиццей. – А то ты совсем скиснешь.
Они сели в машину. Покатили по широкой улице, залитой золотистым светом вечернего солнца. Лена включила музыку. Сергей разгонял машину, подрезая других и перестраиваясь из одной полосы в другую. Очень быстро они оказались за городом. Здесь Сергей вдавил педаль. Двигатель приятно зарычал. В приоткрытое окно врывался ветер. Он нещадно трепал Ленины длинные волосы, а она широко улыбалась, ловя встречный воздух.
Сергею нравилось вот так разогнаться и лететь по серой полосе асфальта, оставляя позади себя другие машины, которые, казалось, ползли как черепахи. Ему нравились грудное рычание двигателя и неукротимая сила, вдавливающая его в сиденье, которая ощущалась как его собственная мощь, способная заставить машину оторваться от земли и умчать ее к звездам.
Через некоторое время Сергей притормозил и свернул на грунтовку, ведущую к берегу водохранилища, которое в Братске называют морем. Они подкатили к пустующему пляжу. Лишь пара рыбаков стояла с удочками в сотне метров отсюда, и стайка пацанов разместилась на бревнах у леса. В начале июня вода в море еще очень холодная, поэтому никто не купался.
Солнце касалось края далеких сопок, поднимающихся на противоположном берегу.
Сергей
Сергей опустился рядом. Его ладонь коснулась ее ладони, лежавшей на поверхности бревна. Волны шелестели, накатываясь на песок. Вдали кричали чайки.
– Ой, – Лена дернула плечами.
На белом подоле платья шевелил усами кузнечик. Ярко-зеленый он слегка покачивался, будто раздумывая: прыгнуть дальше или еще посидеть на неожиданно мягкой перине.
– Убери его! – голос Лены сорвался на визг.
Сергей смахнул кузнечика. Тот прыгнул в песок, а через мгновение снова заскочил на платье. Сергей поспешил повторить, но кузнечик успел прыгнуть на грудь оторопевшей Лены.
– Ай!
Ладонь Сергея скользнула по ее груди. Кузнечик снова оказался на песке.
– Убей его!
Сергей вскочил на ноги и наступил на кузнечика ботинком. Для верности поелозил подошвой по рассыпающемуся песку. Раненый кузнечик оставался лежать в образовавшейся ямке. Он беспомощно шевелил лапками, пытаясь прыгнуть. Но у него ничего не получалось.
– Фу, какая гадость, – сказала Лена. – Давай пойдем отсюда.
Она поднялась с бревна и направилась вдоль береговой линии. Сергей бросил взгляд на пришибленного кузнечика. «Вот так, брат, сам виноват», – мысленно извинился перед ним Сергей и поспешил за Леной.
Они пошли навстречу уходящему за горизонт солнцу. Закат слепил их. Сергей почувствовал, как тонкие теплые пальцы коснулись его ладони. Он обхватил их. Тепло передалось его руке. Сердце бешено забилось.
– Красиво, да? – прозвучал голос Лены, смотревшей на угасающие лучи.
Они шагали вдоль берега по мокрому песку. Лена прижалась ближе. Их плечи касались друг друга: его, закрытое коротким рукавом рубашки, и ее, оголенное, слегка загоревшее и теплое. Сергей не выдержал, притянул ее за талию. Их губы встретились. От поцелуя у Сергея закружилась голова. Он не хотел отпускать Лену и продолжал ее целовать.
На время он остановился и, переведя дух, произнес:
– Поехали ко мне. Мама на даче. Мы будем с тобой одни.
Они заторопились обратно. Быстро сели в машину. Сергей завел двигатель. Выкрутив круто руль, сделал разворот, подняв облако из песка и пыли.
В этот момент, как всегда не вовремя, зазвонил мобильник, ярко вспыхнув в темноте салона. Сергей глянул на экран: мама. Он приложил телефон к уху.
– Да, мам, привет.
– Как там отец? – ее обычный вопрос заставил Сергея вздрогнуть. Он не знал, что ответить. Сказать правду? Это расстроит маму. Она начнет задавать кучу ненужных вопросов, строить массу предположений, сама не уснет и не оставит его в покое.