Образ чувств
Шрифт:
– Вы, помнится, давали интервью в день, когда нашли тело Хелен.
– Да-да. Припоминаю, – уверенно говорил он.
– Вы сказали, что с вечера пятницы, то есть, два с половиной дня, ходили к этой лавке. Но именно в ту пятницу… Нет. Не так. В котором часу вы пришли на это место в первый раз, когда уже было закрыто?
– В семь? Да, в семь вечера.
– Извините за любопытство. А, для чего вы ходили сюда в остальные дни? Это же были выходные. Как известно, в эти дни вся непроданная пресса пакуется и отсылается
– Вы хорошо осведомлены о нашей работе, миссис Бакклет. Приятно, – улыбнулся он и продолжил, – А почему вы с этим вопросом подошли именно ко мне? Ведь, многие сюда ходили и в воскресенье и в понедельник.
– Однако, все эти люди не давали интервью, в отличие от вас. Я осмелилась сделать вывод, что вы были заинтересованы во встрече с покойной. Не так ли?
– Да. И что? – я заметила, как он начал нервничать и потирать ладони о штанины.
– Вас что-то связывало с ней?
– При всем моем уважении к вам, миссис Бакклет, я вынужден признать, что это разговор мне не интересен и неприятен. К тому же. Это дело прошедших времен, а я предпочитаю думать о будущем, – резко ответил он.
– В те дни вы так же думали о будущем? – настаивала я, – а, как вы объясните то, что через два дня лавка законно, прошу заметить, стала вашей собственностью?
Он, хотел было, что-то ответить и, судя по взгляду, не очень приятное для меня, но я решила нападать первой, соблюдая такт:
– Мэтью, я не имею намерений, каким-то образом, нарушать ваше будущее. Хелен была моей хорошей знакомой. И меня не покидает мысль о том, что ее смерть приняли за самоубийство.
Неожиданно для себя, я осознала, что немного приврала.
– И вы решили, что ее убили? Может быть, я? – нервно перебил меня Мэтью.
– Что вы? Что вы? Я ни в чем вас не обвиняю. Просто… Мне показалось странным, что так быстро “замяли” это дело и вы стали полноправным хозяином лавки.
– Вы хотите правды от меня? – скрипя зубами, как будто угрожая, наклонился он ко мне, – Так слушайте. Я месяцами вел с ней переговоры о покупке этого места, но упертая никак не соглашалась. Ни на одну сумму денег, которую я предлагал. Поэтому, как я узнал о ее гибели, в тот же день направился прямо к Клайву Стори и выкупил лавку со всеми правами и бумагами на нее. Деньги творят чудеса. Понимаете? Стори не такой уж безызъянный чиновник, как оказалось.
– У каждого свои слабости, Мэтью. У мэра – деньги, а у вас – эта лавка. Это может послужить мотивом. Вы не думаете? – провоцировала я чернокнижника.
– Дорогая миссис Бакклет, – он тяжело сглотнул слюну, глаза покраснели, – это бизнес. Я самореализуюсь. Улучшаю свою репутацию и популярность, так сказать. А интервью давал, потому что, такому деятелю, как я, не помешает лишняя реклама. Ясно? А, к смерти Хелен Кор, я не имею никакого отношения. Я строю свое будущее правильно.
– Думаю, мы услышали и поняли друг друга, Мэтью. И, к вашему сведению, я была у Хелен в 18:30. До того, как вы пришли сюда, – строго посмотрев на собеседника, ответила я.
– Эмм… Согласен. Мы услышали друг друга, Джейн Бакклет, – улыбаясь, кивнул Мэтью в знак прощания и удалился в середину лавки.
Не теряя времени, я перешла дорогу, где работает Ева Биржуа. Каково же было мое удивление, когда я увидела там двух незнакомок, сообщивших мне, что Ева уволилась один день назад. Но, больше всего, я удивилась голосам, что звали меня:
– Бирик Джейн! Бирик Джейн! – увидела я великолепие Миады. Наверное, появилась в момент, когда я узнала о Еве.
Рядом с Миадой в воздухе парила немолодая особа зеленого цвета. Описывать нечего. Все зеленое: тело, голова, волосы, глаза, винтовые рога, хвост, похожий на гарпун. Зеленая криат была совсем обнаженной, но создавалось впечатление, будто она в латексном костюме. Меня впечатлили ее острые и высокие плечи, устремившиеся куда-то вверх. Это была Тенткреада (Ложь) в своем обличии.
Я поспешила к криатам, но, по дороге столкнулась с директором книжного магазина “Букс” Миком Тайем.
– О. Джейн. Как отдыхаешь? Справляются без тебя в оранжерее? – доброжелательно поинтересовался Мик.
– Здравствуй, Мик. Спасибо. Да, все хорошо. Извини, я спешу.
– Я и сам тороплюсь. Но, раз уж встретились с тобой, значит, воспользуюсь случаем и приглашу тебя на наше с Билли новоселье, – радовался он.
– Ты купил дом? Поздравляю! Обязательно приду, Мик. Только адрес скажи.
– Ну-да, ну-да. Пригласить – пригласил, а куда добираться – разберись-ка, Джейн, сама! Ах-ах-ах! – шутил Мик и, откашлявшись, продолжил, – Караван Китов 5/2А. Рады будем видеть тебя, дорогая, – он быстро обнял меня и побежал в сторону моей оранжереи.
– Мик! А в какой день это будет?! – крикнула я ему вдогонку.
– В субботу! Это будет прекрасная суббота! – не оборачиваясь, крикнул он в ответ.
– Бирик Мик – брехло, – услышала я позади.
– Тенткреада? – задрав голову вверх, спросила я зеленую женщину с рогами.
– Я бы могла тебя обмануть, бирик Джейн, но у меня другие цели, – в ее голосе чувствовались уверенность и профессионализм. Криат парила так высоко, что моя голова находилась на одном уровне с ее талией. Она была по-своему идеальна.
Я шла и общалась с криатами, как с обычными людьми, идущими рядом, прикрывая правое ухо ладонью. Подумаешь. А, вдруг, у меня наушник в ухе… Ну, так… Подстраховка от обычных прохожих.
– И почему же Мик, как ты выразилась, “брехло”? – спросила я.
– Он будет не рад тебя видеть, бирик Джейн, – сухо ответила Тенткреада.