Обреченные
Шрифт:
– Я сказала, что мы были слегка заняты, пытаясь остаться в живых. Занималась я Взаимообладанием с моим суженым или нет, не должно вас волновать. Мы должны в первую очередь обсудить то, что нас чуть не убили представители Виртуозов, которые находятся в этом самом зале, а вы ничего не предпринимаете. И меня зовут Мэгги, а не Провидица… сэр.
– Что за новости? – спросил другой член Ассамблеи. – Вы говорите, что кто-то из присутствующих в этой комнате пытался вас убить? Как? Когда?
– Да, и не только
– Кто? – повторил он громче.
– Мэгги беременна! – выпалила Марла. Я задержала дыхание и хотела крикнуть в ответ, но все в комнате, особенно члены Совета, замерли и уставились на меня. Или подождите… нет, они смотрели на Калеба. Черт. Становилось опасно.
– Это неправда! – воскликнул Калеб. – Марла пытается вас отвлечь. Уотсоны выкрали Мэгги и держали ее вдали от меня в течение нескольких дней. Затем, всего лишь пару дней назад, они послали кого-то в мой дом и попытались убить нас там.
– А почему мы должны тебе верить? – подключился Дональд. – Доказательство того, что ты занимался с ней Взаимообладанием до свадьбы, – прямо здесь, перед нами. Если ты занимался с ней Взаимообладанием до брака, тогда почему бы не сделать больше?
– Вы можете мне верить, так как я говорю вам, что мы не занимались ничем, кроме Взаимообладания.
– И я тоже это утверждаю, – подтвердила я, чтобы защитить Калеба. – Я не беременна и ничего для этого не делала.
– Доверие нужно заслужить, – заявил Дональд. – И я приношу извинения, но мы пока знаем тебя недостаточно хорошо, чтобы доверять в такой степени. Марла же одна из нас с рождения.
Крупный, дородный пожилой мужчина изумленно произнес, вставая из-за стола Совета:
– Но она же Провидица!
– Ассамблея, мне не хотелось бы выступать здесь в роли судьи, – продолжила Марла звенящим от притворной искренности голосом. – Но им легко сказать, что она не беременна, без каких-либо доказательств, ведь она же не хочет, чтобы Калеба наказали.
– Наказали? – вскрикнула я и посмотрела на Калеба. – О чем она говорит? – прошептала я.
Он наклонился ближе:
– Я говорил тебе, что наш народ ждет до свадьбы.
– Но ты не говорил, что в противном случае тебя накажут.
– Это проблема, Провидица? Кажется, ты сказала, что не было никакого неблагоразумного поступка? – вставил Дональд.
Неблагоразумного поступка? Все это очень отличалось от того, что я себе представляла. Прежде чем я успела ответить, заговорил Питер:
– Я сообщил Совету о замыслах и планах Уотсонов в отношении моей семьи еще до нашего приезда. Вы хотите сказать, что не знаете об этом?
– Мы получили твое сообщение, но это классический случай «он сказал/она сказала».
– Ты же сейчас не используешь правила, чтобы прикрыть свою семью, Дональд?
– Как ты смеешь обвинять меня в этом! – прорычал Дональд. – Я советник и наставник для всех, а не только для моей семьи, так же, как и все члены Совета.
– В таком случае если
– Я считаю, что тебе лучше присмотреть… – начал Дональд, но бабушка оборвала его:
– Конечно, мы призовем к ответу Уотсонов, Дональд. Если бы такое заявление было сделано против Джейкобсонов, мы бы расследовали и его. Именно поэтому нам нужно устроить слушание… для Мэгги и Калеба. – Все затаили дыхание, включая меня. Что бабушка делала? – Когда лишают жизни, должно проводиться слушание, чтобы определить, требуется ли наказание. Двое из семьи Уотсонов были убиты в доме Питера Мэгги и Калебом, и еще один был убит в доме Макса другим членом клана Уотсона.
– Ты знаешь правила, Уинифред, – заметил другой член Совета. – Убийство члена клана рассматривается внутри его клана. Это не наше дело.
– Тогда давайте перейдем к делу Мэгги и Калеба, – предложила она и посмотрела на нас. – Кто из членов семьи будет отвечать за них?
– Я, – вызвался Питер и начал рассказывать о том, что случилось с нами в его доме и доме Кайла. Пока он рассказывал, я повернулась к Калебу и тихонько, обращаясь также к Кайлу и Линн, стоявшим рядом, спросила:
– Что делает бабушка? Почему она хочет, чтобы они…
– Она не хочет, – заверил Калеб, с сочувствием дотронувшись до моей щеки. Его руки спустились вниз и обхватили мою талию, его большой палец собственнически потирал мое тату. Я затрепетала, несмотря на напряженную обстановку. Калеб усмехнулся, заметив мою реакцию, но Кайл хлопнул его по руке. – Что?
– Балбес! – укорил его Кайл и выразительно посмотрел на меня. – Бабуля отводит удар. Если она поднимет вопрос первой, не дав Уотсонам возможности высказаться, мы окажемся в более выгодном положении. В таком случае мы выглядим невиновными.
– Мы и так невиновны, – возразила я шепотом. – Они пытались…
– Знаю, – быстро ответил он, – но им-то это неизвестно.
– Хорошо, хорошо. – Я кивнула, стараясь убедить себя, что все будет хорошо. Происходящее сильно отличалось от того Воссоединения, какое описывал Калеб. И Калеб, и Кайл утверждали, что это будет большая вечеринка. Что мы будем тусоваться, веселиться, танцевать и общаться. А все оказалось совсем не так.
«Мне жаль. Если бы мы просто запечатлелись и ты была просто моей нареченной, все было бы по-другому. Но поскольку ты Провидица… Я ожидал чего-то подобного. Обычно Совет заседает всю неделю, и мы их почти не видим. Однако твой статус обязывает их устроить спектакль или что-то в этом роде».
«Почему я чувствую себя виноватой?»
Калеб улыбнулся и притянул меня к себе, так что я уткнулась лицом в его шею.
– Ах, детка, – прошептал он. – Ты ни в чем не виновата. Они просто кучка простофиль, вот и все.