Обретение чуда

Эддингс Дэвид

– Да будет так, Чирек! – провозгласил Белгарат. – Твой сын чист. Значит, такова его судьба и судьба тех, кто последует за ними, – быть хранителями Ока и оберегать его.

– Тогда его братья и я будем поддерживать его, – сказал Чирек, – до тех пор, пока длится предназначенное.

Райве завернул Око в плащ и спрятал под одежду. Они вновь прокрались мимо спальни искалеченного Бога, вниз, по древним ступенькам, по потайному ходу к воротам города и очутились в безграничной пустыне.

Вскоре проснулся Торак и, как всегда, отправился в обиталище Ока. Но сундук оказался открыт, а Око исчезло. Страшен был гнев Кол-Торака. Схватив огромный

меч, он спустился с железной башни, обернулся, с силой ударил, – и башня рухнула Громовым голосом закричат; он энгаракам:

– Вы виноваты во всём! Беззаботные, ленивые твари! Вы позволили вору прокрасться в башню и похитить то, за что я так дорого заплатил, и я разрушу ваш город и изгоню вас отсюда. Энгараки будут скитаться по земле, пока Краг Яска, горящий камень, не вернётся ко мне.

И с этими словами он обратил Город Ночи в руины и прогнал жителей прочь.

Похитители были уже в трёх лигах к северу, когда Белгарат, услыхав плач и вопли, понял, что Торак пробудился.

– Теперь он пустится в погоню, – предостерёг чародей, – и только сила Ока может спасти нас. Когда преследователи подойдут близко, Железная Хватка, возьми Око и подними, чтобы они увидели его.

Когда показались воины-энгараки под предводительством самого Торака, Райве вытянул руки, держа перед собой Око так, чтобы они увидели волшебный камень.

Око распознало врага, и его ненависть разгорелась с новой силой. Небеса воспламенились от его ярости. Торак завопил от ужаса и повернул назад.

Передовые отряды энгараков пожрал огонь, а остальные в панике разбежались.

Так Белгарату и его друзьям удалось скрыться. Они вновь пересекли Маллорию, прошли через северные болота и вновь принесли Око Олдура в западные королевства Тогда Боги, узнав обо всём, что произошло, собрались на Совет.

– Если мы снова выступим против брата Торака, наши распри уничтожат землю, – предостерёг Олдур, – поэтому мы должны удалиться от мира, чтобы Торак не сумел нас найти. Больше мы не сможем оставаться во плоти среди людей, только дух наш будет направлять и защищать их. Необходимо сделать это ради них самих.

В тот день, когда начнётся битва, погибнет всё живое.

Боги заплакали, видя, что расставание неизбежно. Только Чолдан, Бог-Бык народа арендов, спросил:

– Но не захватит ли Торак власть в наше отсутствие?

– Нет, – ответил Олдур. – Пока Око остаётся с Райве Железная Хватка и его потомками, Торак не восторжествует.

Боги решили послушаться совета Олдура и удалились; один Торак остался на земле. Душу его разрывало сознание того, что пока Око в руках Райве – власти ему не видать.

Тогда Белгарат решил поговорить с Чиреком и его сыновьями.

– Здесь мы должны расстаться, – объявил он, – чтобы охранять Око и готовиться к нападению Торака Разойдёмся в разные стороны и будем настороже.

Следуйте моим советам.

– Сделаем как скажешь, Белгарат, – поклялся Чирек Медвежьи Плечи. – С этого дня Олорнии больше нет, но олорны будут бороться против владычества Торака до тех пор, пока хоть один олорн останется в живых.

Белгарат поднял голову.

– Слушай меня, Одноглазый Торак! – закричал он. – Живое Око не дастся тебе, и ты никогда не будешь им владеть! В тот день, когда ты пойдёшь против нас, я подниму людей на битву. День за днём, ночь за ночью я буду следить за тобой и бороться до конца жизни!

Далеко, в пустынных равнинах Маллории, услыхал его клятву Кол-Торак и в ярости уничтожил

всё кругом, потому что знал: никогда больше не получить ему живое Око!

Чирек же обнял сыновей и ушёл, чтобы больше никогда не свидеться с ними.

Драс отправился на север и очутился в землях, омываемых рекой Мрин. Там у Боктора он выстроил город и назвал свою землю Драснией. Он и его потомки охраняли границу у северных болот, не пропуская врага. Олгар вместе со своими людьми добрался до южных земель и нашёл лошадей на широких равнинах, по которым протекала река Олдур. Лошади были ими укрощены и могли ходить под седлом, так впервые в истории появились воины-всадники. Страну свою они именовали Олгарией и вели кочевой образ жизни, перегоняя табуны. Чирек с грустью и печалью возвратился в Вэл Элфи и переименовал своё королевство в Чирек, потому что стал одиноким человеком, а сыновья ушли далеко. Сжав зубы от тоски, строил он военные корабли, чтобы охранять морские границы от неприятеля. На долю же хранителя Ока выпало самое длительное путешествие. Взяв с собой людей, Райве ушёл к западному побережью Сендарии. Там построил корабли и вместе с воинами отплыл к Острову Ветров. Потом корабли сожгли, построили крепость и город, окружённый высокими стенами, – город назвали Райве, а крепость – Твердыней райвенского короля. Белар, Бог олорнов, послал на землю две железные звезды.

Райве выковал из одной лезвие меча, а из другой – рукоятку, вделав в неё Око.

Меч был так огромен, что никто, кроме самого Райве, не мог поднять его.

Далеко, в пустынных равнинах Маллории, Кол-Торак почувствовал тот миг, когда было сделано оружие, и содрогнулся от.ужаса.

Меч приковали к чёрной скале, у которой стоял трон Райве, так чтобы Око находилось высоко-высоко и никто, кроме короля, не мог снять оттуда оружие. Око горело холодным огнём, когда Райве сидел на троне, а когда меч снимали, он превращался в огромный вытянутый язык ледяного пламени.

Но величайшим чудом стал знак на руке наследников Райве. В каждом поколении рождался ребёнок с меткой Ока на правой ладони. Такого младенца приносили в тронную палату и клали его ручку на Око, чтобы волшебная драгоценность признала нового наследника. И с каждым прикосновением сияние Ока становилось всё ярче, а узы приязни между ним и родом Райве всё теснее.

После того как Белгарат расстался с товарищами, он поспешил в Долину Олдура, Вэл Олдур, и там узнал, что Полидра, жена его, разрешилась от бремени девочками-двойняшками, а сама умерла. В горести и печали назвал Белгарат старшую девочку Полгара. Волосы её были темны как вороново крыло. По обычаю чародеев отец протянул руку, чтобы положить её на лоб дочери, и локон, коснувшийся его пальцев, побелел как снег. Сильно обеспокоился Белгарат – ведь седая прядь признак того, что ребёнок станет волшебником, и до сих пор такую метку носили только младенцы мужского пола.

Вторая дочь, светлокожая и золотоволосая, не была отмечена роковым знаком.

Отец назвал её Белдаран. Он и старшая сестра любили её превыше всего на земле и готовы были сделать для неё всё на свете.

Когда Полгаре и Белдаран исполнилось шестнадцать лет, дух Олдура явился к Белгарату во сне и возвестил:

– Возлюбленный мой ученик, я соединю дом твой с домом Хранителя Ока.

Выбери, какую из двух дочерей отдашь ты в жёны райвенскому королю, с тем чтобы стала она матерью его сыновей и продолжила род, от которого зависит существование мира.