Обрученная
Шрифт:
Кейтлин проследила глазами, куда уходит канал, и увидела, что далеко впереди он впадает в реку. Она отвернулась, чтобы хоть как-то защититься от смердящего запаха. Это был худший запах, который ей когда-либо приходилось вдыхать. От воды поднимались токсичные газы, по сравнению с которыми зловонный запах улиц казался ароматом роз.
Кейтлин и Калеб заторопились, пытаясь как можно быстрее пересечь мост.
Оказавшись по другую сторону, Кейтлин с облегчением отметила, что здесь Флит-стрит стала шире, а людей стало меньше. Ужасный запах улетучился. После отвратительного смрада канала
Чем дальше они шли, тем красивее становились окружающие их дома и улицы. Они прошли большую церковь, находящуюся слева от них. На табличке, прибитой к каменной стене здания, было красиво выведено каллиграфическим подчерком: «Собор Святого Павла». Собор представлял собой массивное сооружение с красиво украшенным фасадом. Он поднимался высоко в небо, гордо возвышаясь над всеми окружающими зданиями. Кейтлин поразилась красоте церкви и тому, что она была точно такой же, как и в 21 веке. В окружении небольших деревянных домов она казалась неуместной и громоздкой. Кейтлин поражалась тому, какое архитектурное значение в прошлом имели церкви, и тому, какое значение они играли в жизни людей. Церковь в буквальном смысле проникала во все сферы жизни населения, а громкий звон её колоколов никогда не умолкал.
Кейтлин остановилась перед собором, изучая старинное здание. Она не могла избавиться от мысли, что, возможно, внутри него их ждала подсказка.
«Я всё гадаю, стоит нам войти внутрь или нет», – сказал Калеб, будто читая её мысли.
Кейтлин вновь посмотрела на кольцо.
Через Мост, рядом с Медведем.
«Здесь упоминается мост», – задумчиво произнесла она.
«Мы только что пересекли мост», – ответил Калеб.
Кейтлин покачала головой. Что-то здесь было не так.
«Это был всего лишь пешеходный мост. Моя интуиция подсказывает, что это не он. Мне кажется, то, что мы ищем, находится не здесь».
Калеб остановился и закрыл глаза. «Я тоже ничего не чувствую. Давай двигаться дальше», – сказал он.
«Давай пойдём ближе к реке, – предложила Кейтлин. – Если нам нужен мост, то я думаю, мы найдём его именно там. Тем более, немного свежего воздуха нам не помешает».
Кейтлин заметила небольшую улочку, ведущую к набережной. На ней красовался грубо выбитый знак: «Сент Эндрюс Хилл». Взяв Калеба за руку, она пошла по этой дороге.
Дорога шла под уклон, и вдали виднелась река, полная всевозможных парусных судов и лодок.
Наверное, это знаменитая Темза, подумала Кейтлин. Это единственное, что ей удалось вспомнить из уроков географии.
Улица упёрлась в здание, так и не выведя их к реке, поэтому Кейтин и Калебу пришлось повернуть налево и перейти на улицу, которая почти вплотную подходила к реке и шла параллельно ей, буквально в нескольких десятках метров от воды. Улица так и называлась: «Темз-стрит».
Темз-стрит выглядела аристократично и была нечета Флит-стрит. Дома здесь были красивее: по правую руку от Кейтлин и
Улица представляла собой причудливый район с множеством разбегающихся аллей и переулков со смешными названиями: «Гусиный переулок», «Старолебежий переулок», «Чесночный холм» и «Хлебная улица». Нужно сказать, что в воздухе пахло едой, и Кейтлин чувствовала, как желудок сводит от голода. Рут тоже заскулила. Как Кейтлин ни старалась, она нигде не видела прилавков с едой.
«Знаю, Рут, – с пониманием сказала Кейтлин. – Я обещаю, я найду для нас еду».
Они продолжили путь. Кейтлин не знала наверняка, что именно они искала. Не знал этого и Калеб. Они не имели ни малейшего понятия о том, что значила эта загадка, и никаких полезных идей у них не было. Они подходили всё ближе к центру города, а Кейтлин до сих пор не знала, куда им следует держать путь дальше.
Она чувствовала себя уставшей, голодной и недовольной. Они подошли к перекрёстку. Кейтлин остановилась и подняла глаза, чтобы прочитать название улицы: «Грейсчёрч-стрит». В воздухе пахло рыбой.
Кейтлин устало остановилась и посмотрела на Калеба.
«Мы ведь даже не знаем, что именно мы ищем, – сказала она. – В загадке говорится о мосте. Пока что я не увидела ни единого моста. Может, мы просто теряем время? Может нам стоит посмотреть на загадку с другой стороны?»
Вдруг Калеб дотронулся до её плеча и указал в сторону.
Кейтлин медленно развернулась, поразившись увиденному.
Грейсчёрч-стрит вела к огромному мосту, одному из самых больших мостов, которые Кейтлин когда-либо доводилось видеть. Сердце её наполнилось надеждой. Табличка над мостом гласила: «Лондонский мост». Два этих слова заставили её сердце биться чаще. Улица здесь становилась шире, превращаясь в проспект с людьми, лошадьми и повозками, снующими туда-сюда по мосту.
Если им нужен был мост, то они его нашли.
Калеб взял Кейтлин за руку и повёл её к мосту, сливаясь с толпой. Подняв голову вверх, Кейтлин поразилась великолепию этого сооружения. Подобный мост она видела впервые. Вход на мост знаменовался огромными, сводчатыми воротами, по обе стороны которых стояли стражники. Ворота заканчивались острыми пиками, на которые были водружены отрубленные головы. Кровь медленно капала на землю. Это была настолько ужасное зрелище, что Кейтлин тут же отвернулась.
«Я помню такое, – сказал Калеб. – Несколько веков назад все украшали мосты отрубленными головами преступников как предупреждение тем, кто готовился совершить преступление».
«Это просто ужасно», – ответила Кейтлин и ниже опустила голову, идя дальше.
У входа на мост велась активная торговля рыбой. Кейтлин увидела, что к мосту причаливают лодки, и работники вытаскивают из них рыбу, кидая её на грязный берег. У входа на мост так сильно и неприятно пахло рыбой, что Кейтлин даже пришлось зажать нос пальцами. На небольших, самодельных латках располагалась рыба всех сортов и видов, некоторая была до сих пор живая.