Обрученные тьмой

Поль Яна Викторовна

Свихнуться можно.

С трудом помню, как добрела до городских ворот: того, что от них тут осталось. Высоченная каменная стена, окружавшая Нильдар, выглядела так, будто держала оборону долгие годы и пала под натиском механических катапульт-скорпионов. Удручающее зрелище.

Подобрав юбки, я перелезла через горы булыжников и вышла на тропу.

Нужно идти. Только прямо. Не останавливаться.

Кладбище, раскинувшееся на пути, встречало той же неизменной тишиной. Мраморные надгробья, деревянные памятные таблички, скульптурные

памятники выглядели еще печальнее и сиротливее, чем наяву. Стерлись имена и даты, ни одного яркого цветка или ленточки. Того и гляди из-под земли начнут выбираться мертвяки, тянуть свои костлявые руки и…

Я поежилась, прогнала дурацкие образы и пошла дальше.

Близко, совсем рядом.

Склеп возник из пустоты. Всего через двадцать шагов. Я замерла, перестала дышать. Показалось, что мелькнула и исчезла чья-то тень. Ладони вспотели, и я вытерла их об юбку. Отвела взгляд всего на миг и вскрикнула, увидев его…

Месмер возле склепа не обратил на меня внимания, но поджилки все еще тряслись. Он обходил старую гробницу по кругу и что-то вынюхивал.

Я завороженно наблюдала за существом, которого ни разу не видела, по эту сторону мира. Мне доводилось читать о месмерах в старых трактах, но то совершенно другое.

Гибкое поджарое тело, вполне человеческое, если не считать лобастой собачьей головы с острыми ушами. Под толстой шкурой перекатывались бугры мышц. Он двигался как дикий кот с пустынных равнин. Пожалуй, только такое существо и может охранять Нильдар от нечисти с Изнанки.

Даже сомнений не возникло что передо мной Габриэль Дрейк. В этом сне я искала именно его, но так до конца и не понимала, что это: настоящее, прошлое или будущее? Как трактовать столь необычный сон?

Сон ли?..

Месмер еще покрутился на месте и нырнул в узкие двери склепа. Не раздумывая, я кинулась за ним.

Столкновение с невидимой стеной вырвало меня из сна-видения, закружило в черной пустоте, и кто-то заголосил перезвоном всевозможных голосов, повторяя только:

– Спаси, спаси, спаси!..

Всколыхнулось покрывало снов, а где-то рядом заливистым смехом разразились духи-грезы.

Кажется, я закричала. Распахнула глаза и едва не свалилась с жесткой кушетки. Август оказался рядом и снова уложил на подушки.

– Ты что, притащил меня в штаб?

Больничное крыло в штаб-квартире Тайной службы я узнала сразу.

– До него было ближе всего.

Я мысленно застонала, возвела горе-очи к потолку. Теперь от сплетен не отвяжешься.

– Не переживай, тут и без нас все на ушах стоят. Маньяк снова убил.

Я вытащила шпильки из волос и с удовольствием почесала гудящую голову.

– Ты как? Целитель сказал…

– Где Дрейк?

– Что?.. – вампир растерялся. – На кладбище, наверное, вместе с капитаном.

Кладбище!

Под ребрами все болезненно сжалось, руки похолодели, и почудилось, что сердце вот-вот остановится. Чувство испытанное мною лишь раз, перед

самой гибелью родителей. Тогда я не поняла, не разгадала его, но в этот раз уверенность только крепла.

– Вилла? Куда ты?!

Я бежала сломя голову через лестничные пролеты. На пропускном пункте дремал дежурный. Дородный мужчина испуганно всхрапнул когда я пронеслась мимо и выскочила через двери на крыльцо.

И лишь в тот миг поняла, что почти наступило утро. Сколько же я проспала?

– Вилла? Что происходит?

Эрдман догнал меня. Выглядел он совсем сбитым с толку.

– Что-то плохое… если уже не произошло.

– Объясни же! – вампир начинал злиться.

Махнув рукой, я подобрала подол и спустилась по ступенькам. Во двор верхом въехал патрульный, только сдавший ночную смену.

– Мне нужна ваша лошадь, – я выхватила у ошалевшего мужчины поводья и притопнула ногой.

– Я… но… вы… – окончательно растерялся патрульный.

– Слезай! – рявкнул Август.

Я мысленно возблагодарила Богов, что он не стал меня останавливать и снова задавать вопросы. Вампир помог забраться в седло, но выглядел при этом очень недовольно.

– Я поеду следом за тобой.

Кивнув, я пришпорила кобылу и почти галопом помчалась к городским воротам. Прохожих в столь ранний час было мало, но кто-то прокричал вслед заковыристые проклятья, а пронзительный гудок рельсовой машины, наверняка разбудил весь квартал.

С Майроном и двумя его помощниками я столкнулась у самых ворот. Один из офицеров взял под уздцы взмыленную лошадь.

– Где Дрейк? – путаясь в юбках, я сползла с седла, чувствуя, как дрожат ноги.

– Сам хотел бы знать, арда Колдуин, – подбоченился капитан, наблюдая за тем, как целители Кадвана уносят на носилках тело прикрытое простыней. Наверняка в лабораторию при Ложе, чтобы изучить получше.

– Ушел, никого не предупредив, – фыркнул второй актор, – Месмер как всегда думает лишь о себе.

В другой ситуации я бы поддержала эту точку зрения. Но в тот миг в груди будто дыра образовалась и хотелось надрывно кричать.

Никуда он не уходил, он в том склепе! Я видела, как он спустился туда.

Часовые уже закрывали ворота, и не раздумывая я успела проскочить в узкую щель под крики капитана. Бойл приказал снова пропустить их, а офицеров послал за подкреплением.

Дальше все как в тумане. Склеп, запах смерти, стрыга…

Я зажмурилась, прогоняя воспоминания о том жутком месте, и спустилась со ступенек.

Прошло почти полгода после нашего разрыва, и вот Габриэль Дрейк снова сидит в моей гостиной, вальяжно расположившись в кресле. Как и всегда, его бесконечная уверенность в себе, своей неотразимости и удаче читалась во всем. В осанке, выражавшей надменное величие, в движении всяком – тягучем и плавном, во взгляде с льдистой поволокой безразличия, смешанного с насмешкой. И только ожог на левой половине лица, немного не вписывался в привычный образ.