Обрыв

Дашкова Ольга

Бегу к склону, пытаюсь забраться, цепляюсь за мерзлую землю и траву, ломая ногти, обдирая кожу на ладонях. Но ничего не выходит. Слышу за спиной треск стекла. Оборачиваюсь, но пока никого не вижу. Судорожно ищу, где можно спрятаться, если на дорогу выбраться не получается, но вокруг ничего нет, позади меня только лес. Отползаю дальше от машины и бегу сквозь высокую, засохшую траву к лесу.

Высокие каблуки проваливаются в мерзлую землю. Пробираюсь сквозь деревья, царапая лицо ветками. Постоянно оборачиваюсь назад, но пока ничего не

вижу и не слышу. Сердце бешено колотится в груди, стучит в ребра, страх гонит неизвестно куда.

Глава 46

Вера

Холодно. Мороз пробирает до костей, кутаюсь в пальто. Я так быстро спешила скрыться в лесу, бежала, не разбирая дороги, неизвестно куда. Не знаю, сколько прошло времени, брожу, наверное, несколько часов. Но знаю, что на месте нельзя оставаться. Постоянно оглядываюсь, прислушиваюсь. Слышу свое прерывистое дыхание и шум леса. За каждым деревом мерещится человек. Хорошо, что нет снега и сугробов, тогда бы давно замёрзла насмерть.

Снова кружится голова, и ноет затылок. Прислоняюсь к широкому стволу дерева, начинает тошнить. Сажусь на корточки, обхватываю себя руками, пытаясь согреться.

Вспоминаю, что так и не сделала тест на беременность. Купила, а он так и остался лежать в сумочке, носила с собой несколько дней. Когда затошнило первый раз, испугалась, но отмахнулась от мысли о беременности. Тогда доктор сказал, что я еще могу иметь детей, но надо что-то там подлечить, я не вникала и не вслушивалась в его слова. Была полностью поглощена своим горем.

А когда симптомы повторились, сомнений не осталось. Но все равно боялась сделать тест. Боялась, что это может быть неправдой, боялась идти к врачу, услышать про осложнения. Трусиха.

Сижу на корточках, изо рта идет пар, похолодало. На рукав пальто падет первая снежинка, долго смотрю на нее. Поднимаю голову к небу, идет снег. Улыбаюсь. Интересно, как там Егор? Может, у него тоже идет снег?

Слышу хруст ветки, совсем близко. Медленно оглядываюсь, пытаюсь понять, откуда он, с какой стороны. Ничего не вижу, перед глазами одни деревья, кусты, мерзлая трава. Все слилось и смешалось. Снова хруст, еще ближе. Слишком резко поднимаюсь, тело ведет в сторону, делаю несколько шагов, и тут меня хватают за руку.

Вскрикиваю, пытаюсь вырваться. Но мужчина крепко держит, разворачивает и придавливает к дереву.

– Не ори ты, блять, ненормальная, - Колян, с разбитым лбом и засохшей на нем кровью, зло смотрит, больно сжимая руку.
– А ты шустро бегаешь, не один час меня погоняла по лесу.

– Чего вам нужно?

– Ты мне нужна, девочка. Только ты.

– В каком смысле, я? Вы что, маньяк?

– Совсем ебанулась?

– Тогда зачем? Зачем меня похитили? Потом повезли не туда, куда хотели? Что за фотография, на которой была я? Кто вы вообще?

– Пошли, давай, обратно, ходим тут кругами.

Он дернул меня за

руку и потащил вперед. Шел быстро, я не успевала за ним, спотыкаясь о корни деревьев и упавшие ветки.

– Кто-то хочет с тобой поговорить, дали только фотографию, сказали адрес и чтобы привез в определенное место. Пообещали немалые деньги.

– Кто?

– Я не знаю, но есть кое-какое соображение. Если так много бабла за то, чтобы привезти какую-то девчонку, а девчонка-то не простая. Так и оказалось. Да, девочка, ты ведь не простая? Вдова самого Толи Беса.

– Так чего вы не отвезли меня, как хотели?

– Потому что за тебя могут дать больше.

– Подождите, дайте отдохнуть. Голова кружится.

– Да, вот к тому же еще и беременная вдова.

Мужчина останавливается, отпускает мою руку, я прислоняюсь к дереву, закрываю глаза. Дышу ровно, пытаюсь успокоить сердце. Да кому я опять понадобилась? Три недели в городе, и только сейчас со мной захотели поговорить? Нельзя было просто прийти домой? Почему эти люди все всегда усложняют?

– Я головой ударилась, когда машина свалилась в овраг. Сотрясение, скорее всего, - не хочу, чтобы он мог подумать, что я и правда беременная.

– Ну, да, да. Пусть будет сотрясение. Но за вдову с наследником дадут еще больше.

– А вы думаете, кто это за люди?

– Я не думаю, я уверен. Дядька Беса, шишка крутая, с Москвы. Он-то его здесь и поставил в городе, да и в области, делать свои грязные дела.

Плохо помню, но я точно видела Толиного дядю, он был на свадьбе. Но это было всего один раз, и я была в таком состоянии, мало что замечала вокруг себя. Но для чего я ему?

– А почему вы говорили, что живой мне оттуда уже не выйти?
– не знаю почему, но тяну время, словно выкруживаю у судьбы лишние минуты.

– Так, ты себя в зеркало-то видела? Никто не откажется позабавиться с женой Беса, к тому же, видимо, он сильно огорчил дядю. Разные ходят слухи, тебе незачем их знать. Подышала? Тогда пошли, - снова тянет за руку.

Ничего не могу понять, но дела мои плохие. Если этот человек не повезет меня сразу, то, может, я могу как-то уговорить его не отдавать меня никому? Дам денег, отдам все, что есть. Пока я размышляла, мы почти вышли из леса. Колян словно знал, куда идти, видимо, правда, я ходила кругами. Снег пошел еще сильнее, засыпая серую, мерзлую землю.

Мы вышли практически к месту аварии, только чуть дальше. Нам была видна перевернутая машина, а рядом с ней человек. Колян замер, мы оба рассматривали крепкого мужчину в короткой куртке. Выше, на склоне, стоял автомобиль.

– А вот и наш транспорт, пойдем. И только попробуй открыть рот.

Он достает из-за пояса пистолет, демонстрируя его мне. Снова не отпускает мою руку, таща за собой, но не к машине, а вверх по склону, здесь он не такой крутой.

– Что ты задумал?
– карабкаюсь, другого выхода нет, как только идти за ним.