Обычный художник

Дубровина Екатерина

Секретарские столы, как он и ожидал, были пустыми, но Алинин пиджак все еще висел на кресле. Александр Сергеевич прошелся по коридору и нерешительно заглянул в женский туалет. Алина сидела на полу у раковин, поджав под себя ноги, и тело ее содрогалось от рыданий. Раскрыв пошире дверь, он вошел внутрь, присел на корточки и тихо произнес:

– Давай-ка я отвезу тебя. – Она, подняв глаза, лишь часто замотала головой.

– Он (всхлип) он это так просто (всхлип) не оставит. Он придет ко мне. – Александр

Сергеевич приподнялся, вытащил пару салфеток из коробки и, сев обратно, подал их Алине.

– Не переживай, мы что-нибудь придумаем. – А про себя подумал, как же могло ее так угораздить? Красивая и умная, она могла заполучить любого, лишь поманив. Вслух же он произнес: – Хочешь, я сниму тебе номер в отеле. Поживешь пока там. – Алина вытирала салфетками заплаканное лицо, размазывая тушь еще больше. – Или знаешь, у меня есть дача в пятнадцати километрах от города. Живописный коттеджный поселок, рядом речка и лес. – Алина шмыгнула носом:

– Спасибо, но не стоит. Я как-нибудь сама. – Она попыталась привстать, и Соловьев, вскочив, помог ей подняться. Алина взглянула на себя в зеркало и включила воду.

Соловьев, помедлив, все же вышел, оставив ее одну приводить себя в порядок. Он дошел до кабинета Глеба и прислушался. Уверенная тишина заглушала сомнения, и тогда он дернул ручку. Заперто. Неужели Глеб последовал его совету и уволился? Александр Сергеевич подошел к секретарскому столу, но заявления на нем не нашел. Да, конечно! Стал бы Глеб оставлять заявление у всех на виду. Соловьев быстрым шагом вошел с свой кабинет, ожидая увидеть заветную бумажку у себя, но и там ее не обнаружил. Вот это да!

– Этот засранец решил остаться! – Соловьев аж присвистнул от нахальства этого юнца. – Ну, ничего. Мы еще посмотрим.

Позади послышались шаги, но Александр Сергеевич был слишком увлечен возможными вариантами развития событий. Алина распахнула дверь и нерешительно вошла в кабинет. Она огляделась, не сразу осознав, что Соловьев разговаривает сам с собой. Она покашляла.

– Прости, задумался, – ответил Соловьев, подходя к ней ближе. – Что ты решила? – Она, опустив глаза, тихо промямлила:

– Могу я уйти пораньше?

– Да-да, конечно, – поспешил с ответом Александр Сергеевич. Это самое малое, что он мог сделать.

– Но ведь Ольги… – начала Алина.

– Даже не думай об этом! – Перебил ее Соловьев и чуть мягче добавил: – вызвать тебе такси? – Она помотала головой:

– Я лучше прогуляюсь. – Алина обернулась. – А Глеб Андреевич еще у себя? – Соловьев бросил взгляд в коридор. Дверь кабинета зама так и оставалась закрытой.

– Нет, он ушел. – Алина выдохнула и расправила плечи.

– Хорошо, тогда до завтра.

– Ты уверена? – С беспокойством в голосе произнес Соловьев. – Может пару отгулов возьмешь? – Она робко улыбнулась.

– Спасибо. Я в порядке. – И выскочила из кабинета, сопротивляясь желанию все же взять эти отгулы.

Выключив компьютер и сложив бумаги на столе, она схватила сумочку

и пиджак и направилась в сторону лифта. Александр Сергеевич проводил ее нахмуренным взглядом, но Алина еще раз улыбнулась и помахала ему рукой на прощание. Может она и правда в порядке.

– Что ж завтра узнаем, – бросил Соловьев и закрыл дверь. Ему предстояло еще раз перепроверить все бумаги к завтрашней встрече. Он сел за стол и поежился. В кабинете стало слишком холодно. В поисках пульта от кондиционера он обыскал стол. Пульта нигде не было. Неужели он его забыл в кабинете Глеба? Черт! Придется спуститься за ключом к охране.

Глава 5. Глеб

Черт! Черт! Черт! Глеб сидел в машине на стоянке и яростно колотил по рулю. Что ж он не сдержался? Он ведь знает, каково это, держать себя в руках. И еще эта дрянь! Она ж могла до дома дотянуть со своими новостями! Могла же промолчать! Черт! Ох и дел она наворотила! И что теперь делать?

Обессилев, Глеб уронил голову на руль, оглушая стоянку пронзительным громким сигналом, затем еще раз и еще. Все равно рядом никого нет. Рабочий день-то еще не закончился. Хотя. Для него закончился. Черт. Глеб с силой вжал гудок. И отпустил, выдохнув. Так делу не поможешь.

Он поднял голову и устремил свой пытливый ум куда-то вглубь стоянки. Так. Что он там сказал Соловью? Что они с Алиной встречаются? Точно! Прекрасная мысль! Глеб в голос присвистнул. Проще простого!

Пускай Алина все сделает за него!

Повернув ключ в замке, Глеб направил машину к выезду и (просто подарок судьбы какой-то) увидел Алину, вышедшую из главного входа.

Колеса, тихо шурша по асфальту, несли его вперед, и, поравнявшись с девушкой, Глеб опустил стекло. Алина, задумавшись, не сразу заметила его, а когда заметила, испуганно дернулась и ускорила шаг. Глупышка, он же быстрее.

– Алин, – елейным голосом произнес Глеб. Фу, даже самому противно стало. Но когда надо, он может. – Алина. Ну, не беги, давай поговорим. – Она остановилась. Глеб тоже. Лицо ее пылало огнем, а глаза горели. Глеб ахнул. Тварь, она что, его еще виноватым считает? Ничего себе! Алина, набравшись храбрости, закричала на всю улицу:

– Нам не о чем с тобой разговаривать! Проваливай! – От удивления глаза Глеба чуть не выскочили из орбит. Да, как она смеет! Он заглушил мотор и вылез из машины. Ярость затмевала ему разум. Так, тише, тише, спокойно. Алина ему нужна. Выдохнул.

– Алин, – Глеб попытался взять ее за руку, но она вырвалась. – Прости меня. – Боже, опять эти унижения. Он готов был провалиться сквозь землю. Эта зараза требует от него слишком многого. И результат, не факт, что будет желаемым. Ну да ладно. – Я сегодня погорячился. С кем не бывает. – Звонкий шлепок оставил отпечаток на щеке Глеба.