Обычный рейс
Шрифт:
Захлопываю «калитку» на спине скафандра и бегом в «Колхоз». Корабль уже приступил к выполнению манёвра – сила тяжести заметно уменьшилась и я в скафандре смог передвигаться довольно легко. Времени, правда, у меня осталось не так уж и много, может минут десять…
Не знаю, как переживут этот манёвр куры в клетках. Жалко будет, если не переживут!
Ещё раз осматриваю состояние «Колхоза» и слезаю по стремянке в зелено-коричневатую муть бассейна. Нажимаю кнопку на ПДУ и прячу его в прозрачный гермокарман на рукаве скафандра. Поверхность бассейна накрывается глухими щитами, чтобы исключить
Теперь я ничего не могу изменить…
Стоило только погрузиться в воду, как я оказался в невесомости. В этом нет ничего нового – в Центре подготовки космонавтов мне довелось провести в бассейне около сотни часов, отрабатывая действия при выходе из корабля в открытый космос. Единственные отличия – там не копошились рыбы и вода была прозрачной.
Хотя глубина бассейна не превышает метра в самом глубоком месте, вода, которая оказалась надо мной, соответственно, тоже стала тяжелее и теперь в несколько раз сильнее давила на меня. Пришлось ползти по дну на более мелкое место, поднимая со дна грязь. Забрало скафандра измазалось до полной непрозрачности… Ползти нужно было недалеко, только непонятно – куда! Мне пришлось изрядно побарахтаться, пока я не понял, что слой грязи и воды надомной уже не так сильно давит… Лежать предстоит долго!
Эти несколько часов мне показались просто бесконечными. Наконец, пискнул таймер у меня в наушниках, давая понять, что время активного торможения уже закончилось.
Хватит прятаться от перегрузок!
Я изловчился, занял, как мне показалось, вертикальное положение, встал… И тут же упал, уткнувшись шлемом в какую-то преграду и поскользнувшись на скользкой жиже на дне бассейна. Начал протирать рукавом скафандра забрало шлема, но только размазал жирную жижу по стеклу…
– Вот же… безобразие! – в сердцах ругнулся я. – Гермощитки!
Я ведь их не убрал! И теперь из-за них не могу встать! Теперь – надо найти ПДУ! Я его засунул в гермокарман, только увидеть ничего не могу…
С большим трудом мне удалось оттереть жижу со стекла, чтобы через него хоть что-то разглядеть.
Так… ПДУ – в кармане на рукаве… Достаю. В перчатке не нащупаешь нужную кнопку, а увидеть… Да что тут разглядывать!
Нажимаю на место, где, по моему представлению, должна быть кнопка. Только почему-то ничего не поменялось, хотя гермощитки должны открываться с характерным звуком. Жму рядом – стало темно.
– Совсем хорошо!
Еще раз ту же кнопку… Свет включился. Теперь – чуть ниже…
Послышалось чуть заметное урчание моторчиков, поднимающих гермощиты.
Теперь мне удалось нормально встать. Я несколько раз попытался отмыть стекло скафандра, но смог добиться только нескольких просветов в жирной грязи.
Кое-как выбравшись из бассейна, я немного постоял, давая грязной воде стечь с меня, и медленно побрёл в душевую кабину, где около часа под горячими струями пытался отмыть скафандр прямо на себе. Чертовски трудное дело, учитывая, сколько он весит!
Наконец, окончательно обессилев, я выбрался из скафандра и поплёлся в командную рубку…
* * *
Я плюхнулся в кресло.
Цифры
Теперь – другое дело! Маленькое, «мультяшное» изображение моего «Альбатроса» скользило по тонкой линии оптимальной траектории. Орбитой это назвать трудно. Скорее, спираль или эвольвента, с каждым витком приближающаяся к Ганимеду. Лишь через несколько часов орбита станет эллиптической и можно будет заняться спасательными работами
Сколько же у меня есть времени?
Смотрю параметры, сравниваю своё «место»… Нормально! У меня почти десять часов! Замечательно! Я успею привести в порядок и корабль, и себя! Конечно, сажать «Альбатроса» на Ганимед – не стоит! То время, которое потеряю на спасательной операции, наверстать не смогу! Такие энергопотери, как при незапланированной посадке, потянут за собой сложную коррекцию траектории… Получается, что четырежды сесть на Ганимед и вернуться на «Альбатрос» получится быстрее и правильнее, чем один раз посадить «Альбатрос» на поверхность.
Ещё не факт, что удастся догнать Плутон, который за эти несколько часов успеет «убежать»…
Кстати, придётся подготовить к полёту «Шляпу» – десантную «тарелочку», которую так назвали за характерную форму ещё в стадии проектирования.
Робот-уборщик сейчас катался по полу в «Колхозе» и старательно отмывал жирную грязь, оставленную мной. У него получалось всё очень ловко. Я заглянул в клетку. Несчастные птицы всё-таки не пережили длительную перегрузку… Ладно, отправлю их на разделку – не от болезней же они погибли! Пусть робот-повар их осмотрит, может, что-то ещё пригодится в пищу…
Скафандр сушился. Не могу сказать, что он сильно изменился, хотя теперь уже не такой белоснежный, как в день старта. Ну и ладно!
Зашёл в отсек, в котором стояла «Шляпа». Быстренько осмотрел её: всё на месте, всё исправно! Заряжена полностью…
Да что с нею могло случиться? Автоматика следит за состоянием и заряженностью батареи, заправкой химических двигателей ориентации… Я её проверял больше как дань традиции и привычке.
Теперь – надо бы отдохнуть.
В итоге, у меня осталось шесть часов – вполне достаточное время для отдыха, чтобы не чувствовать себя варёным.
* * *
Ещё одна коррекция, и траектория «Альбатроса» замкнулась во вполне предсказуемую эллиптическую орбиту. Теперь мне ничего не стоит рассчитать местонахождение корабля в любой момент времени. Я согласовал работу бортовых компьютеров «Шляпы» и «Альбатроса». Теперь это вполне легко сделать в одиночку, хотя каких-то восемьдесят лет назад было по силам лишь целым коллективам инженеров, а в ЦУПе в одной смене работало около ста человек…
Задраиваю входной люк на потолке… Несколько секунд ожидания… Зелёные буквы на экране: «К ПОЛЁТУ ГОТОВ!»…