Очень зеленая «Авада»
Шрифт:
— Убери руки! — зашипел на него второй. — И спрячься, пока не увидели… Повторяю еще раз: во-о-он над дверью висит Бузинная палочка. Волдеморт увидит палочку и непременно за ней потянется. От нее магическая нить идет к весам, от них — к арбалету, потом — к стакану с водой, который прольется на весы, весы толкнут арбуз, арбуз сдвинет с места воздушный шарик, шарик качнет гирю, гиря приведет в движение манекен в виде Поттера, а тот активирует магическую сеть! И всё!
— Ничего себе всё, — пробормотал Шеклболт. — А попроще нельзя было придумать?
— Попроще — это к маглам, — отрезал
На пороге особняка возник Волдеморт. Он был разъярен, взбешен, доведен до белого каления проклятым письмом-кричалкой. Оно нагло летало по двору поместья и уворачивалось от заклинаний, которыми лупил в него Темный Лорд.
— Волдеморт, выходи! Выходи, подлый трус!
— А-а-а-а!!! — заорал Волдеморт и бросился в глубину парка, где разглядел своего заклятого врага — Поттера.
— Нет! — охнул Грюм, но было поздно: Том схватил манекен, швырнул на землю и принялся по нему топтаться, выкрикивая бессвязные ругательства. В то же мгновение гиря слетела со своей подставки, шарик лопнул, арбуз свалился с дерева, стакан опрокинулся, арбалет выстрелил, магическая нить порвалась, Бузинная палочка, описав дугу, взвилась в воздух и нацелилась в сторону сидящих в засаде. Неведомая сила схватила их и дала такого пинка, что его хватило до самого Хогсмида.
В ту ночь мадам Розмерта была разбужена громкими криками, идущими из ее собственного винного погреба. Два голоса — басовитый и тонкий — ревели с пьяной старательностью:
— Волдеморт… подлый трус! Голова… как арбуз!
Что вы знаете о магии домовиков?
Написано с глубокой признательностью Михаилу Михайловичу Жванецкому и Роману Андреевичу Карцеву за миниатюру «Я видел раков», которая послужила основой для этого ретеллинга.
— Спасайтесь! — истошный вопль шеф-повара перекрыл тревожный гул множества голосов.
Домашние эльфы Хогвартса притихли на мгновение, а потом заметались по огромной кухне, исчезая поодиночке и группами. Куда угодно, лишь бы подальше от армии Волдеморта, которая пошла на штурм замка!
— Винки, чего сидишь?! — крикнул кто-то. — Беги!
Домовуха поморщилась. Орут, толкаются, из-за них забыла, о чем думала. А, вот же они. Холодные, аж стеклышко запотело…
На столе перед ней стояли три бутылки, полные пива. Винки подперла чумазые щеки кулачками, поерзала на стуле и принялась рассуждать с самого начала.
— У меня вчера был кувшин с пивом. Большой. Но один. А сегодня три бутылки. Но маленькие… — она поскребла кудлатую голову. В рассуждениях таился неуловимый изъян. — Вчерашний кувшин был ну очень большой. Но один. Вчера. А сегодня целых три бутылки! Но маленькие. Но три. Сегодня.
Где-то наверху громыхнуло. С потолка посыпалась пыль. Винки чихнула и поменяла крайние бутылки местами.
— Ну совсем маленькие… Пузырёчки какие-то, а не бутылки. Зато сегодня. А кувшин ну очень большой. Как бочка. Но вчера. Вот если бы вчера у меня были три маленькие, а сегодня один большой! Большой — но один. А маленьких —
В кухню сунулась жуткая шестиглазая башка акромантула, щетинистые лапы заскребли по дверному косяку. Винки недовольно покосилась на незваного гостя и сказала «кыш!»
Все знают про эльфийскую магию. Акромантул жил в Запретном лесу, был дремуч и ничего не знал. Поэтому его без затей шваркнуло о стену и вышвырнуло в коридор. Обратно паук предпочел не возвращаться.
Новый взрыв на верхних этажах. Бутылки задребезжали, домовуха заботливо отставила их друг от друга.
— Такой большой кувшин… но вчера. Один. А сегодня аж три! Но бутылки. Маленькие. Эх, будь у меня вчера три больших кувшина! У меня сегодня и одного нет, но тот вчера был ну о-о-чень большой!
Мимо уха просвистело что-то ярко-зеленое и ударилось в посудный шкаф у дальней стены. Посыпались тарелки. Винки полезла под стол почесать пятку, а когда выпрямилась, над ней, наставив волшебную палочку прямо ей в лоб, возвышался некто в черном плаще.
— Дернешься — убью, — предупредил он. — Зови вашего главного.
Винки старательно задумалась и быстро пришла к выводу, что просьба незнакомца невыполнима: из всего эльфийского населения Хогвартса она знала Добби, одну рассеянную повариху и шеф-повара. Это он, что ли, главный? Так поди знай, куда он спрятался… Последнюю мысль она решила высказать вслух.
— Врешь, тля ушастая! — рявкнул некто и попытался сграбастать домовуху за ворот ветхой мантии.
— Уйди, противный! — обиделась Винки.
Об эльфийской магии нападавший определенно знал. Он даже попробовал отмахнуться палочкой, но зеленая вспышка улетела в одну сторону, а он сам — в другую, прямиком в большой котел на плите. Винки хихикнула: в котле было доверху вчерашней овсянки. Человек-каша барахтался в клейком месиве, пытаясь нащупать свою палочку. Домовуха немножко послушала отборную брань, доносившуюся из котла, потом вспомнила, что ее ждет важное дело, и предложила ругателю отправляться к гоблинской бабушке. Котел подпрыгнул, закружился в воздухе и вместе со всем содержимым вылетел в трубу.
Домовуха вернулась к бутылкам. Их по-прежнему было три.
— Ну разве это выбор, скажите на милость?! Или один большой вчера, или три маленькие сегодня… А тут еще и «Авада». Ну очень зеленая! Вот если бы это было пиво…
Так и не решив, что лучше — большое, но вчера, или маленькое, но сегодня, — Винки одну за другой выхлебала три бутылки и нетвердым шагом отправилась на прогулку по коридорам Хогвартса. Ей вдруг пришло в голову, что там еще не все знают про магию домовиков.
Точка в вечном споре
Странное место где-то на пересечении миров.
— У Снейпа мерзкие сальные патлы! Читайте канон!
— Глупости! Его Роулинг не любила, вот и пихала «сальные волосы» в каждую свою книгу!
— Печень у него больная, наверное… А волосы замечательные!
— Он неряха! И моет голову раз в год!
— Волосы Северуса — шелковый водопад цвета ночи, ниспадающий ниже лопаток…
— Сосульки! Грязные, липкие сосульки!