Шрифт:
Мой визит в Утопию
Элизабет Корбетт
I
Это заняло бы слишком много времени и слишком сильно истощило бы ваше терпение, если бы я подробно начала рассказывать вам, почему или как я отправилась в Утопию, или даже точное географическое местоположение этого столь спорного места. Достаточно того, что я была там, и то, что я увидела и услышала во время своего краткого пребывания, было настолько удивительным, что я сразу записала про все это и чувствую, что сейчас это вполне достойно вашего внимания.
Был
По одной из тех счастливых случайностей, которые часто встречаются в снах и романах, но так редко случаются в реальной жизни, у меня в портмоне оказалась визитная карточка старой одноклассницы и подруги, давно вышедшей замуж, как и я, но которая, я была уверена, не забыла меня. Я решила немедленно нанести ей визит.
Испытывая естественные сомнения относительно правильности направления своих шагов, я спросила необходимую информацию у хорошо одетого мужчины, который проходил мимо меня, и должна сказать, что была приятно удивлена, получив вместо грубого ответа, брошенного через плечо и при этом едва слышного, весьма учтивое и вежливое указание, что еще раз напомнило мне, что я нахожусь в Утопии.
Поскольку расстояние было невелико, я вскоре добралась до дома моей подруги и, выяснив у служанки, что миссис Дженкинс дома, передала свою визитную карточку и стала ждать ее прихода.
Мне не пришлось долго ждать, в одно мгновение моя подруга оказалась рядом со мной, а ее нежные объятия так же ясно, как и слова приветствия, говорили о том, что она рада меня видеть. Невозможно было устоять перед ее радушием и не успела я опомниться, как обнаружила, что удобно устроилась в ее уютной библиотеке, шляпка и плащ убраны с глаз долой, на маленьком столике рядом со мной – соблазнительный ужин, а посыльный отправлен за моим багажом.
– Ты просто обязана остановиться у нас, – решительно сказала Лора. – И мы постараемся сделать твой визит как можно более приятным, не так ли, Уильям?
– Конечно, постараемся, дорогая, – сказал мистер Дженкинс и добавил столько слов удовольствия от того, что наконец-то увидел близкую и часто упоминаемую подругу своей жены, что я сдалась, вполне довольная, и начала чувствовать себя, по настоянию Лоры, как дома.
После того, как она задала, а я ответил на бесчисленное множество вопросов о судьбе и местонахождении общих знакомых, и мы оба воскликнули, по меньшей мере, дюжину раз:
"Боже, как же здорово снова видеть тебя!" и "Кто бы мог подумать?"
Глядя на раскрытую газету на столе, я попросила:
– Не позволяй мне прерывать свои вечерние привычки, Лора. Я уверена, что ты читала до того, как я вошла, потому что мне показалось, что я слышала тебя, когда стояла в холле.
– Нет, – сказала Лора. – Это Уильям читал газету, и он как раз дочитал ее, когда ты появилась.
– И чуть не прикончил тебя этим, – засмеялся ее муж, – потому что ты почти заснула, когда Джейн
Лора тоже рассмеялась и ответила:
– Ну, я думаю, что так оно и было, потому что статья была на редкость глупой, и я очень устала. Ты не представляешь, каким капризным был малыш весь день, и он не позволял медсестре прикасаться к нему.
– Ну, ничего страшного, – успокаивающе сказал мистер Дженкинс. – Я займусь им сегодня вечером, так что к завтрашнему вечеру ты будешь отдохнувшей и бодрой.
– Право же, Лора, – мягко сказала я, – у тебя образцовый муж: читает тебе газету вместо того, чтобы наслаждаться ею в тишине, как это свойственно мужьям вообще, и, что еще более замечательно, предлагает присмотреть за твоим ребенком ночью, просто чтобы дать тебе поспать. Боюсь, ты и наполовину недостаточно благодарна за такой подарок.
Лора посмотрела на меня с выражением неподдельного изумления, которое быстро сменилось улыбкой, когда она ответила:
– О, я действительно забыла, ты не привыкли к обычаям нашей страны, и поэтому даже такая мелочь, как это, удивляет тебя, но…
– Пустяковое дело! – прервала я её. – Неужели ты считаешь обычным делом иметь мужа, который заботится не только о твоем развлечении, но и о твоем комфорте?
Лора снова улыбнулась и ответила:
– Я полагаю, что только в Утопии можно найти мужей совершенно идеальными, а жен вполне довольными, поэтому я легко могу представить, что ты считаешь Уильяма образцом, хотя на самом деле он действует так, как должен действовать любой мужчина при тех же обстоятельствах, то есть пытаюсь уменьшить заботы, разделяя их и обязанности своей жены, и увеличить радость, разделяя с ней, свои собственные утехи.
– Но, – начала я, – общепризнано, что особая обязанность женщины…
– Измотать себя! Да, я знаю, что в вашей части света в это верят, – тепло сказала Лора, – но я рада сообщить, что в Утопии такой веры не существует, и поэтому даже нечто подобное здесь неслыханно. Мы давно решили, что самое тяжелое бремя не должно ложиться на более слабого партнера по брачному контракту (конечно, когда я говорю "более слабый", я имею в виду физически слабого), и наши дети получают соответствующее воспитание. Как естественное следствие этого, наши мужья не остаются в неведении относительно своих обязанностей, и мужчина, который мог спокойно спать, пока его жена ходила по комнате с ребенком, или который мог наслаждаться тихим вечером с сигарой или газетой, когда его жена нуждалась в поддержке и утешении от его слов, а также от его присутствия, был бы признан чудовищем и наказан по заслугам.
– И каким образом вы это делаете? – спросила я.
– Ну, лишить его дома – очень подходящая мера наказания для любого мужчины, который не знает, как ценить семью. Я полагаю, такого преступника отправили бы в "Исправительный дом для холостяков", и там он был бы обязан прислуживать другим в точной пропорции к степени, в которой он позволил своей жене перегружать себя ради него. Представьте себе страдания женатого мужчины, внезапно лишенного всех удобств своего дома и доброго внимания своей жены, у которого не осталось даже мизерного удовольствия от поиска её недостатков, и скажите мне, не думаешь ли ты, что жена, таким образом, не будет отомщена сполна!